Алекса Корр – Анжелика (страница 37)

— Позвольте представиться, граф Кайден Орлеанский… Мне бы хотелось поговорить с Вами как мужчина с мужчиной.

Вздернул вопросительно бровь, потом прошел к креслу и упал в него, потирая сбитые костяшки на руке и понимая, что мне сегодня еще удастся спустить пар, а может и не раз… Но перед этим решил послушать, о чем же таком этот граф хочет со мной поговорить?

Тот расценил моё поведение как согласие, приободрился, прошел к стоящему рядом с моим креслом, второму креслу и развалился в нем, после чего начал свою речь:

— Ваша Светлость, перейду сразу к сути… Я знаю, кто Вы и что Вас связывает с госпожой Ликой. Во всяком случае, именно так её знают тут… Она приехала к нам в попытке скрыться и начать жизнь с чистого листа, не хотела, чтобы кто-то знал, что она является Вашей женой и герцогиней… Я сразу очаровался этой женщиной и не позволю Вам, явившись, уничтожить то хорошее и светлое, что между мной и Анжеликой, появилось… Мы с ней любим друг друга… В тот день, когда она увидела Вас в постели с баронессой Свирской, а потом еще и послушала Ваши слова на записи, её сердце было разбито… Мне стоило больших усилий сделать так, чтобы она отогрелась и вновь поверила мужчине… Не стойте между нами, Вы лишний, тем более, теперь. Уезжайте, добейтесь развода и живите своей жизнью и дайте нам быть счастливыми…

Договорить он не успел, так как я подскочил и схватил его за горло.

— Тварь… Ты знал, что она моя жена и протянул к ней свои мерзкие лапы! Да я могу просто размазать тебя сейчас по стенке и буду в своем праве, а могу вызвать на поединок…

Страха в его глазах я не увидел. Он смотрел прямо и даже с вызовом. Попытался ответить и мне пришлось немного разжать хватку, чтобы у него это получилось:

— И подвергнете позору женщину? Ведь придется озвучить причину вызова на поединок… А Вы мало доставили ей неприятных минут, чтобы еще и подвергать позору???... А размазать по стенке… можете, но тогда оставите женщину, которой причинили немало страданий, без опоры и поддержки, а не рождённого еще ребенка без отца…

Разжал хватку и отошел к окну:

— Убирайся…

Граф поднялся и направился к двери, но, когда он уже взялся за ручку, я его окликнул:

— Стой! …

Тот тут же развернулся, и я от всей души зарядил ему кулаком по холеной морде.

От удара его отбросило к стене, и он уставился на меня, стирая с лица кровь.

Сам открыл дверь протащил его по коридору, а потом спустил с лестницы, после чего вернулся в номер, достал бутылку какого-то спиртного, отбил горлышко и влил в себя несколько глотков.

Легче не стало… Но пришло понимание, что я сделаю дальше…

Сел к столу, достал лист бумаги и написал:

« Как обещал, навязываться Вам я больше не буду, сегодня покидаю Энск. Приложу все усилия, для того, чтобы добиться так нужного Вам развода как можно быстрее, чтобы ребенок смог носить фамилию отца. Прощайте, Анжелика…»

Глава 43

Даниэль Савойский, герцог

Написав записку, запечатал конверт, который нашел тут же и понял, что больше я не могу оставаться тут…

Энск душил меня, и я спустился вниз, отдал письмо хозяйке гостиницы, приказав утром отправить в дом наместницы, а также приказав подготовить моего коня и собрать провиант в дорогу.

И уже через час я покинул это место…

Дорога до столицы пролетела незаметно, останавливался только для того, чтобы дать передохнуть коню, да самому на три-четыре часа закрыть глаза.

А в поместье сразу же столкнулся с вопросительным взглядом матушки, которая выбежала на крыльцо меня встречать.

Прошел мимо неё и отправился в свои покои. Разговаривать не хотелось, что-то объяснять тоже. Но матушка была не из тех женщин, которые готовы оставаться в неведении, поэтому она решительно вошла следом за мной в мою гостиную и встала с таким видом, что я понял, если ничего ей не объясню, она тут ночевать будет.

Пришлось сказать ей, что я нашел жену и что она отказалась разговаривать со мной, мириться не собирается и что у неё вообще уже новая жизнь, в которой для меня нет места и что я принял решение добиться расторжения брака до истечения трехлетнего срока. Что решение принято и отговаривать меня бессмысленно.

Услышав это, матушка схватилась за грудь, а потом обессиленно опустилась в кресло. Обругав себя на чем свет стоит, крикнул слуге, чтобы позвал моего лекаря и подал ей стакан воды. При бежавший лекарь стал её осматривать, а потом незаметно моргнул мне, и я понял, что мной пытаются манипулировать, а поэтому, пока лекарь хлопотал над матушкой, пошел искупался и переоделся в домашнее.

Вдовствующая герцогиня, не дождавшись от меня реакции, на которую рассчитывала, быстро пришла в себя и попыталась опять в ультимативном тоне затеять разговор об Анжелике, надеясь выяснить у меня, где она сейчас живет, но я осадил её, слегка повысив голос, чего я никогда до этого не делал, попросив не лезть в мою личную жизнь.

Услышав мои слова, она обиделась, заявила, что уезжает в родовое поместье, раз её сын такой непроходимый чурбан и гордо ушла в свои покои, хлопнув дверью. Лекарь же шепнул мне, что недомогание было разыграно и здоровью вдовствующей герцогини ничего не угрожает. Но это я и так понял, по его знаку, так что, поблагодарил его, но попросил все же наведаться к ней в покои ближе к ночи.

После чего я быстро поужинал, написал прошение на имя Императора о расторжении брака и упал спать, собираясь на следующий день с самого утра наведаться во Дворец к Рэйнару и заставить его расторгнуть наш брак с Анжеликой.

Лика

Прошло уже несколько недель с момента отъезда герцога Савойского из Энска. Сначала я переживала, раздумывала, а правильно ли я поступила, постоянно ждала какого-то известия из столицы, касательно нашего с герцогом брака, а потом просто мне надоело это, и я переключилась на решение других вопросов, тем более, что объявление в газете принесло свои плоды и в Энск стали стекаться мужчины, которые хотели устроиться на работу на стройку.

Карлос и Эндер лично разговаривали с каждым кандидатом и разделяли людей на бригады. Особо порадовало, что в Энске объявился Альберт — строитель с большим опытом работы прорабом с очень хорошими рекомендательными письмами.

Когда Карлос сообщил мне об этом, мы с ним подумали и решили назначить его ответственным за строительство новой больницы и Альберт с энтузиазмом принялся за дело.

Работа закипела… Теперь, когда рабочих строительных специальностей было много, ничего не мешало делать все в быстром темпе, тем более, что и дела в нашем конструкторском бюро шли хорошо и достаточно большие деньги регулярно поступали на мой счет.

Сначала я пыталась все контролировать, во все вникать, но потом поняла, что если ты женщина, которая не разбирается в технических вопросах, то нечего лезть и мешать тем, кто в этом деле является профессионалом.

К этому выводу я пришла после того, как чуть не устроила скандал, увидев, как рабочие, через несколько дней после заливки фундамента больницы, стали возводить и стены.

Я-то в своем мире слышала, что после возведения фундамента, ему давали время, минимум месяц, чтобы он набрал крепость и только после этого приступали к дальнейшим работам, а тут, оказывается, были технологии, какие-то примеси, которые позволяли сократить этот срок до пяти дней… И видя мое возмущение, Альберт искренне недоумевал, что же меня не устраивает, а потом еще и оскорбился, что я сомневаюсь в его профессионализме.

Поэтому я решила переключиться на другие вопросы и поменьше лезть к строителям. Тем более, что в Энск приехал агроном, которого отправил ко мне Мик. Я показала ему имеющийся около домика на холме виноградник, потом мы объехали другие места, где раньше выращивали виноград, а теперь эти виноградники стояли заброшенные.

Объяснила ему, что хочу наладить выращивание винограда и изготовление хорошего вина, предложила ему взяться за эту работу и переехать в Энский уезд.

Мужичок оказался фанатиком своего дела и долго охал, и ахал, рассматривая лозы около дома наместника, называя сорта и восторгаясь ими. Услышав мое предложение, он долго не раздумывал и как итог, во флигеле появился новый постоялец. Оказывается, он был одиноким и ему не надо было советоваться с семьей и заниматься переездами.

А еще, через три дня после отъезда герцога, в Энске появился Эндрю, с которым мы согласовали судьбу детского лагеря и подписали Договор о сотрудничестве. С ним приехали проектировщики, бригада строителей и после подписания Договора, в Энском уезде появилась еще одна строительная площадка. Пока рабочие расчищали место, мы вновь трудились над чертежами, я рассказывала, как я вижу будущий лагерь.

Эндрю арендовал для себя дом в городе и сказал мне, что руководить работами он будет лично, против чего я ну вот вообще не возражала. Мы с короной стали равноправными партнерами и меня эта радовало. Все-таки Рэйнар молодец и, как призанлся мне после подписания Договора Эндрю, Его Высочество был готов к тому, что я буду требовать именно равноправное партнерство.

Некоторое время после визита Даниэля в Энск я графа Орлеанского не видела, а Дуся принесла мне слухи из Энска, что на графа напали и он сильно пострадал, когда отбивался от разбойников. Те, кто его видел, говорили, что у него было разбито лицо и поломаны несколько ребер, но я этим слухам не верила.