Алекса Гранд – Дочь для магната. Подари мне новую жизнь (страница 3)
– Ага. Дима подарил.
Протягиваю Свободиной руку, чтобы она могла лучше рассмотреть изящное плетение, и млею от зарождающегося в груди тепла.
Все у нас с мужем хорошо. Как прежде. Просто я зачем-то себя накрутила.
Опускаюсь в свободное кресло и листаю меню, замечая, как по хорошенькому Лизкиному личику пробегает тень. Спросить ничего не успеваю, приятельница сетует на проблемы сама
– А от моего не дождешься. Весь в кредитах. Никак за машину не выплатит, а мы ее еще и ударили. Ремонт надо делать косарей на тридцать, а у нас нет.
– Возьми допы. Там у нас группа новая как раз набирается. Отдадим ее тебе.
В знак поддержки я мягко сжимаю тоненькие Лизины пальчики и отвлекаюсь на подошедшую официантку. Заказываю чашку орехового капучино и медовик и откидываюсь в кресле.
Беседа течет непринужденно. Мы обсуждаем современные тренды в преподавании и курсы повышения квалификации, которые планируем посетить через пару месяцев, болтаем о бывших одноклассниках, повысившемся проценте по ипотеке, лифчиках и прочей ерунде.
И, когда ненадолго между нами повисает небольшая комфортная пауза, Вера нас ошарашивает.
– А мы со своим разводимся.
– Как?
– Почему?
– У вас ведь все хорошо было. Замечательные близнецы. Дом свой огромный. Пес.
– Он мне изменил.
Тихо-тихо произносит Соболева и беспощадно комкает салфетку. Ее пухлые губы сжаты в тонкую линию. Ноздри трепещут. Жилка на шее бьется нервно и лихорадочно.
А мы лишь изумленно открываем и закрываем рты. Не знаем, что сказать.
– И как ты это обнаружила?
Первой из нас отмирает Танька. Подвигается ближе к Вере и осторожно обнимает ее за плечи. Я же невольно подаюсь вперед и упираюсь локтями в столешницу – так сильно меня волнует затронутая тема.
– Переписку его прочла. Никогда раньше так не делала. Уважала его личные границы. А тут что-то торкнуло. Он пароли начал менять вдруг. Стал выходить из комнаты во время телефонных звонков. И даже ванную начал принимать с телефоном.
Соболева транслирует слово в слово то, что я совсем недавно читала в глупых статьях, и от этого внутренности покрываются изморозью. Я примеряю чужую ситуацию на себя и бессознательно вспоминаю те моменты, когда Дима выскальзывал из спальни, чтобы ответить на звонок.
Повторяю мысленно, как мантру, и снова корю себя за беспочвенные подозрения. Если я перестану доверять мужу и буду во всем искать подвох, сколько протянет наш брак?
Долго? Вряд ли.
– Ей всего двадцать, представляете? Молоденькая совсем. Студенточка. Познакомился с ней на вечеринке у друга и все. Появились командировки какие-то. Совещания внеплановые. Он даже на курорты ее возил. А самое паршивое знаете что?
– Что?
– Она не в курсе, что он женат. Повелась на его. Ухаживания. Влюбилась.
– А ты-то откуда знаешь?
– А я с ней виделась. Сохранила номер телефона. Встретилась. За чашечкой чая. В глаза ей хотела посмотреть.
– Посмотрела? А дальше что? – сочувственно шепчет Таня и крепче обнимает окаменевшую Веру.
– Держать не буду. Пусть валит на все четыре стороны.
– А как же семья? Дети?
– Нет никакой семьи. Сплошное вранье.
Твердо высекает Соболева, встряхивая головой, а я ощущаю горечь, оседающую на языке.
Смогла бы я так же решительно сжечь мосты?
Глава 3
Думаю об этом, когда захожу в ювелирку и отрешенно изучаю витрины, где выставлены драгоценности. Массивные колье. Изящные цепочки. Стильные браслеты из белого золота. И кольца – скромные тонкие полоски и вычурные перстни с крупными камнями.
Продавец-консультант делает в мою сторону шаг, но моментально меняет направление, стоит в магазин зайти вальяжному толстосуму и его молоденькой спутнице.
На вид мужчине около сорока. У него с десяток лишних килограмм. Второй подбородок. И телефон последней модели, который стоит примерно как поддержанный автомобиль.
Девчонке же на вид едва больше двадцати. Она пышет красотой и молодостью. Демонстрирует идеальные длинные ноги и белозубую улыбку. И заглядывает своему папику в рот, чем вызывает у меня приступ отвращения.
– Котик, а когда мы полетим на Мальдивы?
– Не знаю, пупсик. Моя забеременела. Анализы там всякие, обследования, клиники. Как я сейчас уеду?
– Ты же сказал, что вы разводитесь.
– Потерпи немного, малыш. Заберу ребенка и женюсь на тебе. Верь мне, хорошо?
Начинающий лысеть обрюзгший мерзавец явно вешает любовнице лапшу на уши, и она восторженно его слушает. Радостно обманывается, глупо хихикает и принимает в подарок набор – дорогущее кольцо и сережки с бриллиантами.
Мне же настолько тошно от этого лицемерия, что я стремительно выскакиваю из этого бутика и пытаюсь протиснуться сквозь толпу, сгрудившуюся в очереди за кофе.
Но люди стоят настолько плотно, что я спотыкаюсь, роняю сумочку и врезаюсь в чью-то каменную грудь. Сталкиваюсь взглядом с обладателем ярко-синих глаз и непозволительно пухлых губ и отчего-то прирастаю к полу.
Похожий на греческого бога мужчина улыбается краешком губ и присаживается на корточки, принимаясь собирать мои рассыпавшиеся вещи. Возвращает мне все в целости и сохранности и протягивает мощную ладонь.
– Андрей.
– Спасибо, что помогли, Андрей.
– А вас как зовут?
– Дина.
– Приятно познакомиться, Дина. Не хотите составить мне компанию и выпить чашечку ароматного капучино?
Мой новый знакомый подается немного вперед, вторгаясь в личное пространство, а я невольно кошусь на его безымянный палец и замечаю полоску незагорелой кожи.
Киваю выразительно на неоспоримое доказательство и вопросительно выгибаю бровь.
– А вы…?
– Формально женат. Но у нас уже давно нет секса с супругой. Мы даже спим в разных кроватях. Просто сынишка только в школу пошел, у него и так стресс. Как мы ему скажем, что мама и папа разводятся?
Андрей заливается соловьем и пытается поймать меня за запястье. Я же ловко уклоняюсь, качаю головой и саркастично интересуюсь.
– И со многими это срабатывало?
– Со всеми.
Поняв, что со мной этот номер не прокатит, признается мужчина и небрежно ведет плечом. Я же спешу затеряться в стайке студенток, проходящих мимо, и гадаю, что с этим миром не так.
Соболева своим рассказом словно запустила парад измен в моей жизни, и теперь они преследуют меня повсюду. Я встречаю предателей в гипермаркете, на заправке, на парковке у дома и даже в библиотеке, куда я направляюсь, чтобы нарыть материал для научной статьи.
Но вишенкой на торте становится Верин звонок спустя пару дней и пропитанное горечью тихое.
– Дин, ты прости меня, пожалуйста…
– За что я должна тебя прощать?