Алекс Зотов – Охота на архитектора (страница 4)

– Сережа, добрый вечер! Есть срочный разговор.

– Слушаю вас, Евгения Николаевна, – ответил Сергей, внутренне напрягшись и ожидая какой-нибудь неприятности.

– Короче, Пашка не хочет менять пики, говорит, что ему эти больше нравятся! – возбужденно проговорила Евгения Николаевна.

– О как! – изумился Сергей. – С чего это вдруг?

– Да ну его! Это он мне назло. Обиделся, что я на днях у подруги осталась ночевать. Мы с ней культурно выпили по бокалу вермута, немного заболтались, и она уговорила меня остаться ночевать у нее. А когда я позвонила, чтобы предупредить, что остаюсь у Анжелки, так он чуть не лопнул от злости. Мужлан! До него не доходит, что мне иногда требуется собственное жизненное пространство, общение с близкими по духу людьми, как-то культурно расти… Вам, наверное, не понять этого солдафона. В общем, подъезжайте послезавтра к десяти часам, подпишем акты и полностью с вами рассчитаемся. Он еще с вами о чем-то хочет переговорить, но о чем, я не стала выспрашивать.

– И что так? – осторожно из вежливости поинтересовался Замешаев.

– Я с ним временно не разговариваю. Моя Анжелка – психолог. Так вот, она говорит, что у него должна произойти самостоятельная «аккумуляция осознанной бессознательности». Или нет… Кажется, Анжелка, наоборот, сказала «аккумуляция бессознательной осознанности»… ну, короче, как-то так… В общем, пусть теперь помучается, поаккумулирует, – решительным тоном проговорила Евгения Николаевна.

За два года Замешаев хорошо изучил мужа Евгении Николаевны Павла Петровича Ведиборенко, который являлся первым заместителем главы администрации городского округа Зарянска. В местных деловых кругах он считался человеком очень влиятельным, более того, многие называли его реальным хозяином города. За два с лишним десятилетия, продвигаясь вверх по карьерной лестнице, он умудрился пережить несколько администраций округа, при этом всегда оставаясь на плаву и каждый раз лишь укрепляя свое влияние в городе. Замешаев давно понял, что Павел Петрович хоть и человек достаточно состоятельный, но «золотыми унитазами» никого поражать не собирается, при этом совсем «сироткой» выглядеть тоже не хочет.

Внешность Павла Петровича была обманчивой. Невысокий розовощекий толстяк, эдакий простоватый, добродушный весельчак и балагур. Но на самом деле это был достаточно холодный, расчетливый человек цепкого, быстрого ума.

Два года назад Сергей как-то рассказал о нем Жеке. Тот тогда, помолчав, задумчиво изрек: «Ох и намаешься же ты с ним!» Однако Сергей вполне успешно сработался с Ведиборенко, и особых проблем на протяжении всей работы между ними не возникало. Вот только в том, что Павел Петрович так запросто пошел на компромисс по поводу ограждения, было что-то довольно необычное и странное.

– Простите, Евгения Николаевна, а дистанционно мы эти вопросы не решим? Переговорить можем по телефону, подписанный акт меня вполне устроит в виде скана, а деньги можете плюхнуть мне на карту. Сэкономим массу времени.

– Боюсь, дорогуша, не получится. Более того, приезжайте не опаздывая. У Пашки намечено совещание с главами районов, поэтому времени будет мало. Он на эти совещания опаздывать ужасно не любит! Начинает психовать, как черт!

– Я понял вас, – старясь скрыть раздражение, ответил Сергей. – Ну, раз надо, то буду послезавтра ровно в десять.

Жека вопросительно взглянул на Сергея.

– Все нормально. Теперь ничего не стоит между мной и победой! – весело изрек Замешаев, повернувшись к Жеке.

Друзья просидели на кухне до двенадцати часов ночи. Вспомнили старые добрые времена, обсудили общих знакомых, поспорили по поводу российской политики, по поводу судьбы человечества в целом и, конечно, не забыли коснуться их вечного спора об обоснованности воинствующего модернизма в искусстве и архитектуре в начале двадцатого века. Жека, увлекшись спором, несколько раз начинал небрежно крутить в руках стоящую на столе вазочку. В какой-то момент Сергей обмер, когда она чуть не выскользнула из рук друга на пол. Во всем остальном, несмотря на их непримиримый вечный спор о воинствующем модернизме в искусстве, встреча прошла душевно и интересно. Исчерпав все аргументы в вечном споре и обсудив все глобальные проблемы человечества, друзья, позевывая, разбрелись по комнатам.

Глава 5

В семь утра Сергей уже готовил завтрак на двоих. Жека появился хмурым и помятым.

– Вот всегда удивляюсь твоей особенности. Пьем вроде наравне, а с тебя как с гуся вода – свеж, бодр и полон сил, а я как после недельного запоя, – сварливо проворчал он, заинтересованно рассматривая стол, на котором стояла сковорода с яичницей, тарелка с тонко нарезанной колбасой, сыром, а также две чашки горячего куриного бульона и две дымящиеся кружки свежего кофе .

– Ты сейчас к родителям или у меня останешься? – спросил Сергей.

– К старикам. Маманя попросила новую гардину ей в спальне установить. Батя совсем сдал, возраст, однако… – вздохнув, печально произнес Жека.

– Я пошел творить, когда будешь уходить, свистни мне, чтобы я дверь закрыл, – и Сергей отправился в кабинет. За напряженной работой день, как всегда, пролетел необъяснимо быстро. Вечером он наскоро поужинал и тут же вернулся в кабинет, продолжив корпеть над проектом. Ближе к ночи позвонил Жека и попросился переночевать. Отец простыл, мать боится открывать на ночь окна, а спать в духоте Жеке невыносимо. Через час он был у Сергея. Какое-то время он побродил по квартире, с кем-то оживленно беседуя по телефону, и вскоре угомонился под бубнеж телевизора в выделенной ему комнате. Утром Сергею предстояло ехать на объект к клиентам.

– Если ты к родителям, могу подбросить, это по пути, – проговорил Сергей, рассматривая себя в зеркале придирчивым взглядом. – Только давай в темпе, я уже опаздываю.

– Отлично, я уже полностью готов, – с набитым ртом воскликнул Жека, выбираясь из-за кухонного стола и шаря глазами в поисках футболки.

Спускаясь в лифте на паркинг, Сергей глянул в телефон. Оказалось, что вчера он пропустил кучу сообщений от жены. «Ладно, разберусь позже», – решил он, пряча телефон в сумку.

 Выходя из лифта, Жека вдруг заметил развязавшийся шнурок и, присев, не спеша начал его завязывать. Замешаев укоризненно взглянул на друга и молча поспешил к машине. Неожиданно где-то рядом завелся двигатель, и белый «Фольксваген-Пассат» начал медленно двигаться к нему наперерез. Когда расстояние сократилось до десяти метров, двигатель «Пассата» взревел, и машина стремительно понеслась на Замешаева. Тот едва успел отскочить в сторону, при этом стукнулся спиной о стоящую позади машину и повалился на пол. Из остановившегося «Пассата» выскочил человек, подбежал к пытающемуся встать Сергею, молча нанес ему неумелый удар в челюсть и потянул на себя сумку с его плеча. От неожиданности Сергей на какое-то мгновение потерял сознание, но когда чьи-то чужие руки начали срывать с его плеча старую любимую кожаную сумку, он инстинктивно вцепился в нее обеими руками. Неожиданно до его сознания донесся звук удара, сдавленный вскрик и шум борьбы. Затем послышался звук взревевшего двигателя, визг колес, и Замешаев краем глаза заметил уносящийся прочь автомобиль.

Немного придя в себя, он увидел Жеку, навалившегося коленом на чье-то тело, которое безуспешно барахталось под ним. Приглядевшись к мычащему под коленом друга парню, Сергей удивленно воскликнул:

– Елки-палки! Жека, так это же один из тех клоунов, которые пытались подрезать у меня сумку из машины! Помнишь, я вчера тебе рассказывал?

– Вот как? – удивленно спросил Жека и с силой схватил противника за горло. Тот взвизгнул и забился еще активнее.

– Ну-ка, тварь, колись, что вам нужно от моего центрового другана? – прошипел Жека, сделав страшное лицо и выпучив глаза. – Я сейчас достану одну штучку, и ты, сучара, соловьем у меня запоешь! Все поют! – с этими словами он вынул из кармана связку ключей и, выбрав самый длинный ригельный ключ с пугающе острым концом, приставил его к груди испуганного парня.

– Сейчас, фраер тощий, я проткну тебе грудину, чтобы дышалось легче, а если продолжишь молчать, то и глазик выколю. Ты понял меня? – произнес Жека, выпучив глаза и состроив страшную гримасу.

Сергей ошеломленно смотрел на друга не в состоянии поверить, что лишь вчера вечером тот ему яростно доказывал, что развитие объективных свойств современности в архитектуре не может быть остановлено или ускорено искусственным путем. Словно уловив его состояние, Жека поднял голову и быстро ему подмигнул. Что-то наконец щелкнуло в голове Сергея, и он истерически закричал: «Жека, не надо! Третья ходка тебе ни к чему!» Жека быстро бросил на него удивленный взгляд и задумчиво проговорил: «Пожалуй, ты прав, но калекой я его все равно сделаю. Чисто ради удовольствия».

Парень на полу в ужасе застыл и наконец дрожащим голосом заговорил:

– Мужики, ничего личного. Нас Саша Кумар послал срезать фотик. Говорит, что вещь очень раритетная и дорогая, пообещал дать штуку баксов. Сказал, что надо сделать срочно, а иначе покупатель отчалит. Это все! Я клянусь!

– А как вы, глисты парашные, его выпасли? – страшно рявкнул Жека, мотнув головой в сторону Сергея.

– Во вторник Кумар нам дал адрес и номер машины. Сказал, чтобы пасли у паркинга с утра до вечера. Мы как его машину увидели, так к ней и приклеились.