Алекс Войтенко – Фантастика 2025-167 (страница 77)
Туда ушел пулемет со всем запасом снаряженных лент, штурмовая винтовка, которая наверняка может пригодиться в будущем, все алюминиевые трубки от весел, а также пластиковые контейнеры, еще недавно служащие для разогрева пищи в микроволновке, и еще кое-что по мелочи. Впрочем, мелочи все-таки оказалось более чем достаточно, и я едва смог закрыть контейнер на замки. Каким образом сюда помещалась лодка со всем своим содержимым, я просто не представляю. После чего, контейнер был задвинут в расселину, и я постарался обрушить часть склона, чтобы скрыть пребывание здесь нашей захоронки.
Пока же, мы с Евой, раскинули чуть выше берега палатку, что до недавнего времени стояла на лодке. С виду, она мало чем отличалась от сегодняшних тканей, если конечно не слишком углубляться в ее изучение. Закинули внутрь нее пару надувных матрацев, прикрыв их грубой холстиной нашего паруса, и занимались повседневными делами на берегу. Я изображал из себя рыбака, с успехом тягая из моря какой-то рыбу с помощью спиннинга. Хотя и понимал, что подобного средства лова пока еще не изобрели, но надеялся на то, что мне удастся выдать его за новейшее английское изобретение. Тем более что «made in USA» явно читалось на ручке удилища. И если кто-то обратит на это внимание, скажу, что мне привезли его из Индии. Кто его знает, где в той Индии находится эта самая «usa», а учитывая, что надпись явно английская, особенных вопросов думаю не будет. Тем более, что мы еще в дороге решили, что я выходец из Англии. Язык я знал хорошо, на островах имелось как минимум два университета, где могли дать знания о медицине. А заодно учеба в Англии, будет основной причиной того, что я не смог найти себе работу на материке. Как-то не слишком хорошо относятся в Испании, или Португалии к Англиканской Церкви, называя ее приверженцев чуть ли не еретиками.
— Здесь же, население пока не очень велико, да и надеясь что моя профессия окажется востребованной, поэтому мы с супругой и наняли лодку, которая сумела доставить нас к берегам этого острова, до тех пор пока окончательно не развалилась. — Именно эти доводы, были представлены нашедшим нас людям.
Островитяне, к нашему временному биваку вышли на третий день нашего здесь пребывания. Оказалось, какой-то пастух, видел, с одного из близлежащих холмов, видел, как наша лодка попала на прибрежные камни, и как мы с женой, разгружали ее пытаясь спасти, хоть какое-то имущество. Разумеется, к нам на помощь местный чабан не бросился, но по возможности сразу же доложил о происшествии в поселок на восточном берегу острова. Находящийся там руководитель общины, тут же собрал экспедицию, чтобы посмотреть, кто высадился на остров, и или оказать помощь, или же наоборот дать отпор неприятелю.
Одним словом, когда вооруженная кто, чем мог толпа показалась, чуть выше нашего бивака, спустившись с поросшего можжевельником, склона горы, то порядком напугала мою супругу. Из-за чего, когда узнали, что та находится в тягости, после долго извинялись перед нею, за неосторожное появление. Особенно обрадовавшись тому, что мы не простые крестьяне, попавшие в передрягу, хотя похоже здесь были бы рады и им. Хотя бы потому, что на острове сейчас насчитывалось всего около сотни рук, которых явно не хватало. А уж узнав, что я как бы в какой-то степени врач, так и вообще, готовы были отнести нас в головной поселок, хоть на руках. Причем, поверили даже на слово, потому что я сразу же объявил, что хотя и имею необходимые знания, но никаких бумаг из-за крушения нашей лодки у меня не сохранилось.
Тем, не менее, нам поверили, и предложили помощь, в доставке нас, и наших вещей в головной поселок Рибейра-да-Круш, который грозился в скором времени, перерасти в небольшой городок, и стать столицей острова. Разумеется, мы согласились с этим предложением, тем более, что мне был обещан сразу по прибытии удобный дом, для ведения частной медицинской практики, и даже некоторый доход, только ради моего согласия, остаться на острове. Как оказалось, даже на столичном острове Санта-Мариа, нет квалифицированного врача, а его место занимает недоучившийся студент из Барселоны. А, уж когда я за несколько сеансов, сумел подлечить спину святого отца из местной часовни святой девы Марии, ни о каких подозрениях в незнании католических канонов, не осталось и речи. Наоборот, святой отец, сам вызвался служить мне учителем, в познании истинной веры Христа, и разумеется я с радостью дал на это свое согласие. Одним словом, жизнь налаживалась.
Ева, разрешилась в положенный ей срок, третьего июля, мальчиком, больше похожим на меня самого, хотя имеющим и некоторые черты моей супруги. В момент рождения, отмечался праздник святого апостола Фомы, поэтому вторым именем, данным при крещении, оказалось имя Томаш, так записывается на Португальском имя — Фома. Первым именем было Диего, хотя имя как правило дает именно отец, но я решил, предоставить это право моей супруге, чему она была очень рада, назвав нашего сына, в честь своего отца.
Дальнейшая наша жизнь шла достаточно ровно. Выделенный нам дом, не очень удовлетворял вкусы моей супруги, да и по большому счету, получалось так, что мы живем в чужом доме, потому, что он так и продолжал оставаться собственностью нашего доброго хозяина. Поэтому спустя некоторое время, когда у нас появились относительно свободные деньги, я задумался о том, чтобы поставить собственный дом, и воплотить в нем те задумки и удобства, к которым и я и моя подруга привыкли в будущем. Пусть хотя бы частично, учитывая особенности текущего времени. Разумеется, всего воплотить бы не удалось, но хотя бы попытаться сделать хоть что-то.
К этому моменту, Ван дер Хаген, разочаровался в поисках серебра и олова, до него наконец дошло, что ничего похожего на острове не имеется. И в конце 1503 года, он собрав все до чего смог дотянуться, покинул остров, отправившись на материк, и передав бразды правления, своему другу Жуану Фонсеки. И если с предыдущим руководителем наши отношения складывались вполне мирно и дружелюбно, и взаимовыгодно, то Фонсеки, по каким-то одному ему единственным причинам относился к нам крайне негативно. Сразу же, после отъезда Хагена, он потребовал вносить в казну городка, почти неподъемную для нас сумму, в качестве налога на мою врачебную практику и вдобавок вдвое увеличил сумму оплаты жилья. Поэтому, уже через неделю, мы с женой и сыном, собрали все наши вещи, включая и давнюю захоронку, и с первым же попутным судном, покинули остров, вдруг ставший к нам, таким негостеприимным.
Через пять дней пути мы высадились в городке Понто-Дельгадо, острова Сан-Мигель. В отличие от Флориша, Сан-Мигель был уже достаточно плотно заселен, и можно сказать здесь было более цивилизовано чем на западных окраинах архипелага. По совету святого отца, проповедывающего на Флорише, мы обратились в местную епархию, где нам оказали всю возможную помощь, найдя место где можно было остановиться на первое время, и подобрав то жилье, которое пришлось нам по вкусу. После его приобретения, я наконец почувствовал себя вполне удовлетворенным. Разумеется, в нем пришлось делать капитальный ремонт, многое менять и перестраивать, но это был именно мой дом, дом моей семьи.
Там же в отдельном кабинете была открыта и частная практика. При этом я не старался показывать себя полноценным врачом. Даже моя практика именовалась, как: «Массажный салон». Но уже через какой-то месяц образовалась довольно значительная очередь. А самое главное, никаких претензий, касающихся лечения наложением рук, предъявить ко мне было невозможно. Лечение массажем известно с 982 года, когда Бенедиктинский монах, вернувшись из путешествия в Китай, привез с собою книгу, касающуюся массажных практик, и организовал первую школу, при Константинопольском Университете. Довольно скоро эти практики разошлись по всей Европе, и на медицинских факультетах начали изучать лечебный массаж как одно из направлений медицины.
То, что я осторожно применял при обычных практиках свой дар, еще нужно было доказать. А вот то, что мои усилия приносили людям облегчение, было лучшим доказательством моего мастерства массажиста.
Я прожил достаточно долгую жизнь. Уже находясь здесь дожил до семидесяти лет, добрался до цивилизации, сумел вновь создать семью, построить добротный дом, и могу уверенно сказать — вырастить сына. Дети сейчас взрослеют гораздо раньше, чем в будущем, и поэтому, почувствовав в один из дней, то, что мой срок подошел к концу, я призвал своего сына, и в присутствии своей супруги, передал ему свой дар, наказав, поступить точно также, когда пробьет его час. И неважно кто это будет. Сын, дочь, внук или правнук, но дар не должен исчезнуть. Он обязан сохраниться в нашей семье, и приносить ей благополучие и здоровье. Заодно предупредил сына о том, что если он может исцелить любого человека, практически от любой болезни, но себя увы, вылечить не получится. Это особенность дара, данного нам всевышним, и потому, свое здоровье, он обязан беречь.
— А, я, по возможности буду наблюдать за этим откуда-то сверху, и вполне возможно помогать очередному своему преемнику и потомку.
Завершил свой монолог я словами.