Алекс Войтенко – Фантастика 2025-167 (страница 221)

Ярема удивленно хлопнул глазами.

— В северных краях хозяева не предлагали тебе сладкое женское общество, чтобы не скучал один?

— А ты об этом... случалось, — Ярема посмотрел на безымянный палец дипломата. — Но ты женат.

— Эх, пан Яровой, заметно, что ты еще молод и плохо знаком с женской натурой! Думаешь, жена будет ждать, пока ты где-то неделями бродишь? — Зиновий снова улыбнулся. — Здоровая молодица стремится к телесной любви, такова уж человеческая природа. Я вот, например, только из страны уеду, как мне рога наставляют. Самое смешное, что она считает, будто это большой секрет, о котором никому неизвестно!

Чарнецкий хохотнул.

— Ого... сочувствую, — Ярема был несколько озадачен, ведь это впервые наблюдал мужчину, который не сошел с ума от ярости по упоминанию о супружеской измене. Даже о постоянных изменах.

– Не стоит! Больше меня беспокоит, что нет детей после пятого года супружеской жизни, планирую обращаться к врачам, — Чарнецкий поправил и без того безупречный воротничок рубашки. — Между нами молчаливый договор: когда я дома, все прилично. Когда же уеду... Тогда мы с ней сами по себе. Зачем друг друга мучить? Ты шляхтич, пан Яровой, должен понимать, брак — это дань рода, а не чувством.

- Конечно, понимаю, - Яреми сразу вспомнилась Галина. Неужели она станет такой же женой? А он таким мужчиной... Даже думать об этом было противно.

- Самое смешное, что среди ее любовников есть характерник, - добавил Зиновий мимоходом.

– Овва! А как зовут твою жену?

– Ирина.

Городской голова встретил их с большой свитой, но Ярема пропустил всю поздравительную речь, просчитывая шансы, может ли Ирина Чарнецкая оказаться той же Орысей.

— К величайшему сожалению, Великий Князь по причине озабоченности государственными делами не мог озарить своим присутствием наш скромный пир, — бормотал голова, кланяясь на ходу. — Впрочем, несомненно, вы увидите его в грядущем путешествии! Прошу, господа, проходите. Многие вельможные гости со всего Севера нетерпеливо ожидают встречи с вами, среди них господин Ракоци собственной персоной!

В центральном зале Ярема даже рассмотреть толком не успел, лишь заметил немалое количество государственных флагов, развевавшихся в Княжестве чуть ли не каждый шаг. Начались традиционные торжества: знакомства, рукопожатия, поцелуи женских пальцев, вереница лиц, костюмов, платьев, вееров, драгоценностей, чередование длинных необычных имен с не менее длинными и затейливыми титулами, расслоение и реверансы. Главное — любезно улыбаться и делать вид, будто тебе не безразлично. Закаленный Чарнецкий держался на высоте, а как прошло время, виртуозно прикрыл отход Яремы к столам, так как он изнемогал от голода.

Жаждущий характерник именно запивал утиную ногу бокалом красного вина, когда рядом известили:

— Ненавижу великосветские рауты.

Яровой скосил глаза. Представили ли их друг другу? Крепкий, смуглый и длиннокосый брюнет, надбровные дуги и подбородок слишком выпячиваются... Он не вспоминал этого лица.

— Пребывание в центре внимания изрядно возбуждает аппетит, — поддержал разговор Ярема.

Здоровья рассмеялся. На фоне остальных гостей у него была скромная черная одежда, которую украшала нескромно большая золотая цепь с рубином. В кольце Яремы был похож камень, правда, в четыре раза меньше.

- Любите вино? — мужчина кивнул на почти пустой бокал.

— Больше водки.

- Серьезное заявление! — рассмеялся незнакомец и долил ему до краев. — 3 лучших молдавских виноградника. Рад, что вам пришлось по вкусу. Будем!

Бокалы звякнули, Ярема таки пролил немного вина.

- Люблю красное, - незнакомец осушил бокал до дна и довольно крякнул. – Я, кстати, Влад Ракоци.

– Ярема Яровой, – ответил шляхтич, вытирая руку платком.

Он не сразу понял, что перед ним стоит один из самых влиятельных людей Княжества.

— Рад знакомству, — Влад не заметил смущения или просто сделал вид, что не заметил, и мужчины пожали руки. Ракоци имел тяжелую и холодную ладонь. – По глазам узнаю ветерана. Война оседает илом вокруг зрачков. Островная?

– Да.

— Гетманат прислал человека, знающего настоящих воинов! Хорошо. Вы способны оценить наши силы, пан Яровой.

— Я только охранник господина Чарнецкого, — Ярема разрывался между желанием есть и дипломатической обязанностью болтать.

- Конечно.

Господин Ракоци увидел кого-то в толпе и махнул рукой: Ярема заметил, что другие гости не решаются сюда соваться, чтобы не помешать их разговору.

– Позвольте вас познакомить, – Влад поклонился женщине, которая порхнула к столу. – Моя племянница Сильвия.

От взгляда на Сильвию характерник мгновенно забыл голод.

— Радость моя, это Ярема Яровой, атташе Гетманата, пытающегося притворяться простым охранником.

— Я знаю, дядюшка, — пробормотала Сильвия.

Ярема крякнул.

— Должен идти, пан Яровой, — усмехнулся Влад. — Бедняга останется за меня. Поверьте, ее волшебное присутствие гораздо приятнее моего!

- Спасибо, пан Ракоти.

— Поздравляю в Трансильвании, — Ракоци снова пожал руку: кажется, ему нравилось крепко сжимать чужие ладони. — Пойду напоследок опрокинусь несколькими словами с вашим коллегой. Хорошего вечера!

Ярема хотел было перевести дыхание, но Сильвия Ракоци принадлежала тем женщинам, в чьем присутствии дыхание перехватывает. Вишневое платье с открытыми плечами, туго затянутый корсет; черные волосы, алебастровая кожа, красные губы, а еще миндалевидные глаза, длинные ресницы, шея лебединая. Каждая черта – как серебряный шар. Она пользовалась каким-то волшебным средством или сама была ведьмой, потому что от нее расходилась удивительная сила, которая иссушала горло и перекрывала словарный запас.

— Пригласите меня к танцу, пан Яровой? – спросила Сильвия. – Люблю знакомиться с новыми людьми в танке.

Ярема не заметил, как торжественная часть вечера кончилась: заиграл оркестр, часть гостей двинулась к ужину, а часть танцевала. Среди танцовщиков он увидел Зиновия, который упорно нашептывал что-то на ухо стройной блондине.

– Нет, – отказал Ярема. — Рядом с вами я чувствую себя удивительно неуклюже. Было бы преступлением оттоптать ваши ноги.

Вот зачем он болтал о ногах? Взгляд теперь так и сползал на них.

– Умилена вашей заботой, – улыбнулась Сильвия. — В таком случае не хотите ли проглотить свежий воздух? С балкона открывается вид на город. Клуж-напока ночью прекрасное!

Не дожидаясь ответа, она подхватила его под руку, другой взяла бокал. Сероманец молча подчинился. Прикосновение к ее телу возбуждало, но прохладный вечерний воздух помог кое-как освежить голову. Он с удовольствием вдохнул полной грудью.

На балконе они оказались сами.

– Обожаю ночной город, – сказала Сильвия, пригубив вина.

Одна капля скользнула мимо, потекла подбородком. Женщина взмахом мизинца смахнула каплю, провела ею по губам. Характерник уже не сомневался, зачем Ракоци подсунул ему свою племянницу.

Он оторвал взгляд от острых ключиц, дернул себя за бороду и произнес, пока был силен:

— Я понимаю вашу задачу, сударыня.

— Дядюшка любит переводить на меня разговоры с гостями, — вздохнула госпожа Ракоци. Удивительно, она не мерзла на ночном ветру в открытом платье. — Совершает такую пакость постоянно, когда мне исполнилось пятнадцать лет и я стала завсегдатейкой подобных раутов. Однако, в отличие от многих других гостей вы мне интересны.

– Я имел в виду другую задачу.

- Другая задача? – она подняла тонкие брови. – Не понимаю.

Зиновий точно не одобрил бы этого маневра.

— Дамы, я подозреваю, что вы знаете, какая у нас миссия, поэтому хотите получить мое расположение... Но не стоит этого делать.

Ее темные глаза сверкнули. Сильвия прищурилась и кивнула головой.

— Обидно слышны подобные инсинуации, пан Яровой.

Дьявол! Неужели он ошибся?

— Искренне извиняюсь, я...

— Представим на мгновение, будто так и было, — прервала его Сильвия. – Продолжайте.

- Ладно, - Ярема собрался с мыслями. Когда уляпался, надо осторожно подбирать слова. — Хотел сказать, что не стоит пытаться повлиять на мои суждения. Я доложу обо всем увиденном, каким оно предстанет перед моими глазами. Не меньше и больше. Ваша красота невероятна... Но даже она не заставит меня попрать долг. Вот что я имел в виду.

— Ваше мнение понятно. Не беспокойтесь, я не буду склонять вас оскорбить долг, — улыбнулась Сильвия лукаво. — Можем просто приятно провести время… Как взрослые люди.

— Вынужден отказаться, — он не мог вспомнить другой случай, когда было так трудно произносить эти слова.