Алекс Войтенко – Дорога на Тибет (страница 20)

Немаловажную роль сыграли и документы, обнаруженные в автомобиле Вагнера.

— Я подозревал, что достаточно скоро Семен Вагнер захочет выйти из игры. Но боясь за свою семью, не мог пойти на открытое противостояние с генералом и его людьми, тем более, что мне ясно дали понять, что смерти Игоря Николаевича Косова и его напарника, далеко не случайны, и то, что моя дочь может стать следующим кандидатом на устранение, не давали мне этой возможности. Именно поэтому, когда я узнал о том, что гражданин Вагнер, собирается покинуть нашу страну, собрав для этого все ценности, имеющиеся у него на тот момент, я решил, заложенная в багажник его автомобиля папка с компрометирующими документами, сыграет свою роль в этом деле. Правда я рассчитывал скорее на то, что эту папку найдут при попытке пересечения границы. Тем более, что незадолго до этого, пропуск гражданина Вагнера, был аннулирован, за истечением срока использования, а новый пока не был получен. Но оказалось, что он поступил несколько иначе, утопив свой автомобиль около форта «Каниц» а сам решил сбежать угнав мой катер.

С этой стороны, Сергей Анатольевич, был совершенно спокоен. Вызванный из уголовного розыска, криминальный эксперт, подтвердил версию о нападении на катер, принадлежащий полковнику, неизвестных лиц и возможного убийства гражданина Вагнера, с последующим ограблением. Тем более, что отправленный в Польшу запрос, о возможном появлении на ее территории постороннего человека, или каких-либо возможных происшествий, связанных с этим, не дал никаких результатов. За исключением, пожалуй, единственного происшествия, произошедшего в этот или следующий день, после исчезновения гражданина Вагнера.

В деревне Kąty Rybackie, что находится на восточном побережье Вислинского (Калининградского) залива, обнаружился угон автомобиля «Москвич-412», принадлежащего местному пастору католической церкви. Если то, что было обнаружено на катере полковника, всего лишь грамотно выстроенная сцена убийства, и Семен Вагнер остался жив, то вполне возможно, что именно он и является угонщиком автомобиля. Впрочем, достаточно быстро, от польской стороны были получены дополнительные сведения, которые дали возможность подтвердить непричастность беглеца, к этому происшествию.

Дело в том, что незадолго до этого дня, в вышеуказанной деревне появился некто Ежи Качевский, до недавнего времени, отбывающий уголовное наказание в одной из польских тюрем, за похожее преступление, а именно за угон автомобиля, совершенно три года назад. Пробыв в деревне пару дней исчез в неизвестном направлении. Чуть позже обнаружилась и пропажа автомобили. Местная полиция на сто процентов уверена, что пропажа автомобиля, принадлежащего местному святому отцу, дело именно его рук, тем более, что во время пребывания в деревне, между ним и пастором, произошла ссора. И Сергей Анатольевич, окончательно успокоился.

Разумеется, все эти допросы, и состоявшийся в итоге суд, изрядно потрепали нервы, оставили немалые шрамы, не только на здоровье, но и карьере мужчины. Но с другой стороны, Половцев, считал, что вышел из этого дела с минимальными потерями. Многие участники этого дела, получили большие сроки наказания, еще больше народа лишились погон и были вынуждены искать себе работу на гражданке, что в данный момент, было довольно сложно.

Что же касается самого полковника, то за помощь в проведении следственных мероприятий, и сотрудничестве со следствием, его всего лишь отправили на заслуженный отдых, сохранив в звании, и тем самым сохранив ему доступ к медицинскому обслуживанию в военных госпиталях. Что было очень немаловажным обстоятельством. С получением обещанной квартиры, в Светлогорске, пришлось, увы, распрощаться. При строительстве дома, были выявлены огромные нарушения, большой перерасход средств на отделку здания. Что говорить, если после сдачи дома в эксплуатацию вдруг выяснилось, что высота второго этажа, который предназначался для квартир высших должностных лиц округа, на семнадцать сантиметров, выше, чем остальные этажи этого здания, хотя общая высота, осталась прежней. А планировка квартир, выполнена совсем по иным проектам нежели на других этажах. Из-за чего выявлен перерасход средств на строительство. В итоге, дом изъят с баланса военного округа, и передан в качестве одного из корпусов, на баланс местного санатория.

С другой стороны, даже увольнение в запас, не оставило его на долгое время безработным. Всю жизнь прослужив в особом отделе вначале Центрального, а затем и Калининградского военных округов, полковник Половцев считался хорошим специалистом, и поэтому довольно скоро занял должность начальника службы безопасности, одного из коммерческих банков Калининградской области, причем с гораздо большим окладом, пересев с серой служебной «Волги» военного ведомства, на белый «Мерседес-Бенц», предоставленный банком. Свой катер, он в итоге продал, приобретя взамен, новенький морской катер, купленный им в соседней Литве, чему был очень рад. Валентина, отделалась легким испугом, получив по итогам проверки деятельности кооператива один год условно. Кооператив был решением суда закрыт, и прекратил свою деятельность. Наверное, единственной не пострадавшей в этом деле, оказалась жена Сергея Анатольевича — Надежда Ивановна. Хотя нервы знатно потрепали и ей. С другой стороны, именно она, больше всех переживала за смерть Семена Вагнера, считая, что он единственный, кто пострадал, совершенно незаслуженно.

Примерно через год, после вышеописанных событий, Сергей Анатольевич Половцев, решил поинтересоваться, что происходит с недвижимостью в находящейся в далеком городке Зальцведеле, которую он в свое время, так ловко приобрел, оформив документы, вместо погибшего Карла Беккера, на своего зятя Семена Вагнера, оформив ему соответствующие документы. Была некоторая надежда на то, что можно будет получить доступ к «Трабанту» и соответственно к спрятанным в нем документам. А там глядишь, и вернуть доступ к дому. Ведь Вагнер в свое время оставил от лица Карла Беккера, доверенность на свою супругу Викторию Беккер. Так что если все сложится с документами, глядишь и можно считать, что дом обрел настоящего хозяина.

Поэтому к весне 1991 года, на имя дочери Валентины, была приобретена туристическая путевка, по старинным городкам Германии, и дочка отправилась в двухнедельный тур. Зальцведель, значился третьим городком из пяти, и трехдневная остановка в нём, позволила его дочери, помимо посещения местных музеев и развалин средневекового замка, добраться до известного адреса, и хотя бы поинтересоваться судьбой обретенной, но утраченной, ввиду некоторых обстоятельств недвижимости за рубежом.

Самым большим ударом, для Сергея Анатольевича, оказалось то, что Семен Вагнер, или точнее уже Карл Беккер, оказывается жив и здоров. Каким образом он вырвался из этого приключения, разумеется осталось за кадром, но и того, что узнала дочь, было более чем достаточно. Оказалось, что последний год, Карл спокойно жил в своем доме на Людвиг-Франк-штрассе 27, и служил в местной полиции занимая должность дорожного инспектора, в звании обервахмистра, что примерно соответствует званию старшины, на территории СССР. А буквально неделю назад, оставил свой дом на попечение друга Ганса Керхера и его молодой жены, сдав его им внаем, и отправился по словам своего приятеля, в путешествие по Европе. И обещал появиться не раньше чем через год.

— Раз Семен остался жив, значит мы сможем подать на него в суд, и заставить вернуть нам украденные им деньги и драгоценности, что он забрал из домашнего сейфа. — Тут же выразила свое мнение Валентина, завершив свой рассказ. — И никуда он не денется в своих Европах. Интерпол и не таких разыскивал. Я тут уже набросала, примерное заявление, осталось проконсультироваться с юристом, и можно будет его отправить, по известному адресу.

— Твою, господа бога мать! — Тут же, не выдержав сорвался на мат, обычно весьма сдержанный глава семьи.

— Если одно только слово о том, что Семен оказался жив, дойдет до милиции, все мы отправимся туда, где Макар телят не пас. А, ты сучка, крашенная будешь белых медведей, ублажать в сугробе на Крайнем севере, ты это понимаешь? Ни хрена ты не понимаешь! Если сейчас выяснится, что Семен, находится в Германии, да еще в доме, который получен с моим участием, с непонятно откуда взятым наследством, оформленным на его имя, все мы отправимся за решетку. Его еще разыскать требуется, и доказать, что Беккер и Вагнер одно и то же лицо. А ты — вот она. И другого пути для нас не будет. А все из-за тебя, скотина, в кого ты только пошла шалава!

— Яблочко от яблони… — Слова Валентины, прервались сильным звуком пощечины, со стороны Надежды Ивановны, заставившим Валентину, сидящую на диване, завалиться набок, и оставившим красный след на ее щеке, от ладони матери.

— За сорок лет совместной жизни с твоим отцом, я ни разу даже не взглянула на другого мужчину, а вот в кого уродилась ты, большой вопрос!

С этими словами, женщина поднялась со своего места и прошла в спальню, закрыв за собой дверь на ключ. Там подошла к своему ложу, достала из тумбочки фотографию Семена, и бережно извлекла ее из траурной рамки.