Алекс Вик – Достойный. Начало пути (страница 34)

Чтобы пробраться через сорняки, потребовалось много сил. Акциос то и дело останавливался перевести дух, затем, отдышавшись, лез дальше. «Терпи, – говорил он сам себе, – случались вещи и похуже, чем эта непролазная скала». Хорошо еще, что это испытание не на скорость. Никаких песочных часов, грозы и исчезающей опоры.

И он вытерпел. Вершина приблизилась неожиданно, когда Акциосу казалось, что сейчас будет еще какое-нибудь препятствие. Он уперся локтями в горизонтальную поверхность, образующую со склоном тупой угол, закинул по очереди обе ноги и, перекатившись, очутился на твердой ровной земле. Руки слегка дрожали от напряжения, ладони горели, а в ногах чувствовалась сильная усталость.

Акциос поспешил посмотреть на проделанный им путь, пока он не исчез, и как раз успел увидеть надвигающийся густой туман, за минуту полностью окутавший склон. Вместо пропасти во всей комнате оказался каменный пол. «Вот и всё», – облегчено выдохнув, подумал он, поднялся на ноги и направился к выходу. Даже как следует обрадоваться сил не осталось.

Только когда Акциос вышел из корпуса, он наконец осознал, что навсегда покончил с этой комнатой, что не придется больше стоять в общем зале в изматывающем ожидании, отсчитывать количество попыток, расстраиваться каждый раз, когда приходится выходить проигравшим. Даже не верилось, что он справился с последним испытанием с первого раза. Хотя нет. Пора уже было показать, на что он способен, и он показал. И, как говорил Гидрих Монк, стал еще сильнее. От этого осознания ощущалась поразительная легкость, но в то же время внутренний голос твердил, что на этом он не остановится, пора двигаться дальше. Ведь самое сложное еще впереди.

Глава 12. Средство от уныния

Настал черед Рика сдавать первый экзамен. Инна Леви и комиссия из двух преподавателей устроились за продолговатым столом, приготовившись принимать и оценивать результаты трехмесячного труда ремесленников. Рик сидел на своем месте и держал перед собой арбалет обеими руками, словно боялся выпустить. Он поглядывал то на экзаменаторов, то на Акциоса и Маркуса – ребята пришли с другими студентами с боевого факультета, чтобы поддержать сокурсников.

С самого утра Рик снова стал задумчивым, немногословным и даже невнимательным: несколько минут ходил по комнате и искал свой значок, который всё это время лежал в кармане. И зачем, спрашивается, он его туда положил? В общем, его мысли уже куда-то унеслись, наверное, на открытую арену – демонстрировать свое творение. Поэтому Рик ужасно торопился, но никак не мог собраться. Наконец, убедившись, что форма выглядит безупречно, башмаки чистые, а волосы причесаны, он быстрым шагом направился в мастерскую. И хотя Рик хотел прийти пораньше, пришел точно к началу экзамена.

Но ничего, времени отдышаться и собраться с мыслями оказалось предостаточно. Инна Леви зачитала в длинном свитке имена студентов в той очередности, в которой они должны подходить с ремесленными предметами. Рик в этом списке занимал одно из последних мест.

Экзамен делился на две части, в мастерской проходила первая часть. Здесь проверяли все предметы, кроме оружия – его предстояло испытывать на второй части экзамена, на открытой арене. Рику и остальным можно было прийти сразу туда, но Инна Леви настоятельно советовала присутствовать на обеих частях экзамена, дабы получить как можно больше знаний, учесть опыт и ошибки товарищей.

Вот Рик и сидел, вцепившись в свое орудие, пока комиссия оценивала ремесленные инструменты, предметы одежды и прочие вещи. Рядом с ним на столе лежал черный тканевый мешочек наподобие колчана, куда Рик сложил три стрелы – больше выточить не успел. Он рассматривал механизм, и так и эдак представляя, как будет стрелять из него, и надеялся, что ничего не оторвется и не сломается. Иногда Рик перекидывался короткими фразами с ребятами по соседству, но всё равно мало напоминал прежнего разговорчивого Рика.

– Чего он так трясется? Его арбалет из дорогущих материалов, – вполголоса бубнил Маркус, глядя на Рика. – Ему наверняка только за это экзамен примут, даже если он не стреляет.

– Тут не в стрельбе дело, Маркус, – также вполголоса отвечал Акциос, – а в ремесленных свойствах, вложенной духовной энергии – вот что они оценивают. Стрельбу, конечно, тоже.

– С таким деревом даже я сварганил бы какую-нибудь штуковину. Во дает, как будто раскол увидел.

– С чего ты взял? По-моему, он просто сосредоточен, – сказал Акциос. Маркус улыбнулся краем рта.

– Да? Тогда почему он бледный, как простыня?

В этот момент Рик повернулся к ним, будто всё слышал. По его лицу сложно было угадать, что именно он испытывал. Оно не выражало никаких эмоций, разве что губы были плотно сжаты и, по правде говоря, он действительно был бледнее обычного. Акциос показал ему поднятый вверх кулак. Рик попытался улыбнуться и снова впился глазами в экзаменаторов.

Становилось скучно, Акциос вздохнул. А вот Маркусу начинало нравиться здесь находиться, он с живым интересом смотрел на студентов ремесленного факультета. Вот один продемонстрировал прочные духовные нити, другой – непромокаемую бумагу, третий – нагревающуюся от духовной энергии фигурку из камня. Комиссия осматривала, трогала эти вещи, в конце концов Инна Леви с кивком произносила: «Принимаем» – и ставила отметку у себя в свитке. После этого студенты выдыхали и спокойно возвращались на свои места.

Подошла девушка и положила на стол с виду ничем не примечательное кольцо. Инна изобразила недовольство и жестом руки попросила показать особенности ремесленного предмета. Девушка направила духовную энергию, и кольцо закрутилось на столе в желтой ауре. Преподаватели смотрели на это с минуту, чего-то ожидая.

– Это всё? Значит, оно будет так крутиться, пока не закончится духовная энергия? – осведомился сидящий справа от Инны мужчина. Девушка молча наклонила голову вперед. Вот кто теперь в самом деле побледнел. – Кхе, безделушка.

Инна Леви подалась вперед, положив локти на стол:

– Разве я не учила вас, что ремесленные предметы должны приносить пользу? Какая же польза от твоего кольца?

Студентка молчала, польза от крутящегося кольца никак не хотела придумываться. Мужчина сказал:

– Ну… Сойдет за детскую игрушку. Как считаете?

Сидящая слева женщина глубоко вздохнула и закрыла лицо ладонью. Благодаря этому жесту Акциос вспомнил ее: женщина присутствовала на проверке духов при поступлении в академию. Это была Лорелея Вульф – глава ремесленного факультета. Второго преподавателя он не знал. Инна, пристально глядя в лицо студентки, постучала пальцами по столу.

– Ладно, так и быть, – выдохнула она. – Засчитаем. Но учти, это только потому, что кольцо имеет хорошую энергетическую емкость. Не для того становятся заклинателями духов, чтобы… – и прочитала нотацию о призвании, что с такими успехами можно стать лишь обыкновенным подмастерьем и что надо ставить перед собой более высокие цели.

Больше никто из студентов не отличился, у остальных получились заурядные предметы, так что под конец первой части списка Маркус тоже утомился.

Когда очередь дошла до оружия, студентов пригласили пройти на открытую арену. Там уже всё было готово. Знакомые манекены редкой силы, с желтой аурой, смиренно ожидали своего часа. Здесь позволили рассаживаться кто как хочет, поэтому Акциос и Маркус заняли места на скамье рядом с другом и теперь могли вблизи рассмотреть его венец творения. Арбалет был гладким, хорошо отполированным. Рик покрыл его лаком, так что глубокий коричневый цвет дерева блестел на солнце.

Рядом с друзьями Рик словно ожил, начал болтать без умолку: как он вставлял светоч, как спусковой механизм долго ему не поддавался, как он распределял духовную энергию и больше всего – как не успел его опробовать. Особенно его беспокоила работа прицела и дальность стрельбы.

Ребята слушали его, наблюдая за сдающими экзамен. Каждому студенту давалось по три минуты для поражения цели, причем необязательно было полностью уничтожить манекен, достаточно лишь нанести видимый урон – это будет значить, что в бою ремесленник сможет за себя постоять, защититься или помочь другим.

Студенты, осмелившиеся сделать оружие, отлично справились с экзаменом. Одного за другим комиссия отправляла на свои места с одобрением и похвалой. Инна Леви поставила очередную отметку в свитке и громко произнесла: «Ричард из рода Стоунов».

Рик вскочил со скамьи и понес арбалет, расправив плечи. В это время помощники из числа старшекурсников убрали поврежденный манекен и прикатили на его место целый. Сначала следовало показать оружие комиссии. Преподаватели рассмотрели арбалет и разрешили начинать.

Рик положил мешочек со стрелами на землю, подвинул очки к переносице, неторопливо взял одну стрелу, вставил ее и натянул тетиву до щелчка. Стрела послушно легла на свое место. Рик обхватил арбалет снизу ладонью левой руки, приподнял его на уровень подбородка и заглянул в прицел. Правой рукой он снял предохранитель, поднес указательный палец к спусковому крючку и замер.

Арбалет равномерно засветился от вложенной духовной силы, снова послышался щелчок. Выпущенная стрела просвистела над головой манекена и устремилась за пределы арены, скрывшись из виду. Акциос округлил глаза, он не ждал такого поворота событий. Расстояние до манекена было не таким уж и большим, пару десятков шагов, не больше. Неужели прицел Рика все-таки не доработан? Осталось две стрелы. Если Рик и их пустит также, то потратит всё отведенное время, пока будет их искать. Экзаменаторы же не придали значения промаху и спокойно ждали следующего выстрела. Из арбалета можно стрелять – это уже хорошо.