Алекс Вектор – Узор праны (страница 3)

— Тебе нужно отдохнуть, — мягко сказала Лила, заметив мое состояние. — У нас есть свободная койка. Утром всё обсудим.

Старик кивнул в знак согласия.

— Да, сон поможет тебе восстановить силы. А нам нужно подумать, как поступить дальше. Ситуация… необычная.

Я хотел было возразить, сказать, что у меня еще много вопросов, но усталость взяла своё. Я лишь кивнул и позволил Лиле проводить меня к небольшой кровати в углу комнаты.

Засыпая, я слышал, как Лила и её дедушка продолжали тихо обсуждать что-то. Их голоса сливались в неясный шум, постепенно затихая. Последней мыслью перед тем, как провалиться в сон, была надежда, что утро принесет ответы на многочисленные вопросы, роившиеся в моей голове. А может быть, подумал я, проваливаясь в темноту, все это просто странный сон, и я проснусь в своей обычной жизни, которую почему-то не могу вспомнить…

Интерлюдия: Стражи порядка

Шатапати Амала Шарма нахмурилась, глядя на голографический экран. Сообщения о неучтенной "пустышке" продолжали поступать, вызывая растущее беспокойство. Она провела рукой по коротко стриженным седым волосам, чувствуя, как напряжение сковывает плечи.

— Дашапати Вирен, — обратилась она к молодому кшатрию, стоявшему рядом. — Что у нас есть по этому делу?

Вирен, высокий мужчина с острыми чертами лица и внимательным взглядом темных глаз, вывел на экран серию отчетов.

— Немного, шатапати. Большинство свидетелей — обычные шудры без нейроинтерфейсов записи. Описания противоречивы: кто-то говорит о юноше, другие утверждают, что видели взрослого мужчину. Единственное, в чем все сходятся — субъект выглядел растерянным и дезориентированным.

Амала задумчиво постучала пальцами по столу. Ситуация была нестандартной и потенциально опасной. "Пустышки" без кураторов — явление крайне редкое и всегда чреватое нарушением дхармы, священного порядка, на котором держалось их общество.

— Какие версии? — спросила она, хотя уже догадывалась об ответе.

— Основная — сбой в системе распределения кармы, — ответил Вирен. — Возможно, произошла ошибка при активации новой партии. Но есть и другая версия…

Он замялся, явно не решаясь озвучить мысль.

— Говорите, упа-прадхана, — подбодрила его Амала. — Сейчас важна любая гипотеза.

— Есть вероятность, что это не сбой, а… намеренное нарушение дхармы, — тихо произнес Вирен. — Возможно, кто-то пытается проверить нашу бдительность или… готовит что-то более серьезное.

Амала кивнула. Эта мысль уже приходила ей в голову, но она надеялась, что ошибается.

— Хорошо, — сказала она, выпрямляясь. — Вот что мы сделаем. Усильте патрули дхарма-ракшаков в секторе, откуда поступали сообщения и в соседних секторах. Эти стражи порядка должны быть особенно бдительны. Проверьте все доступные камеры наблюдения, может, удастся зацепиться за что-то конкретное. И свяжитесь с Центром Кармического Контроля — пусть проверят свои системы на предмет сбоев или… несанкционированного вмешательства.

Вирен кивнул, готовясь выполнять приказ.

— И еще, дашапати, — добавила Амала, понизив голос. — Держите это в узком кругу. Не хватало еще паники среди вайшьев и шудр, низших каст нашего общества. Если это действительно провокация, нам нужно действовать тихо и быстро.

— Понял, шатапати, — ответил Вирен. — Мы найдем эту "пустышку", кем бы он ни был.

Амала проводила взглядом удаляющегося дашапати. Внутреннее чутье, отточенное годами служения дхарме, подсказывало ей, что это дело гораздо серьезнее, чем кажется на первый взгляд. Она повернулась к окну, глядя на огромную структуру станции, уходящую вверх. Где-то там, в лабиринте улиц и переходов, скрывалась загадка, которую им предстояло разгадать. И от этой разгадки, возможно, зависело гораздо больше, чем безопасность одного сектора.

Глава 2

Сознание снова возвращалось медленно, словно я выныривал из глубокого омута. Первым пришел запах — странная смесь металла, пыли и чего-то неуловимо органического. Затем звуки — тихое гудение каких-то механизмов и отдаленный шум, напоминающий гул огромного улья.

Я открыл глаза и несколько секунд просто смотрел в потолок, пытаясь собрать воедино обрывки воспоминаний. Память услужливо подкинула образы вчерашнего дня — бесконечные коридоры, страх погони, встреча с рыжеволосой девушкой. Лила, вспомнил я её имя.

Осторожно приподнявшись на локтях, я огляделся. Небольшая комната была заставлена странными приборами и механизмами, назначение которых оставалось загадкой. В углу виднелся верстак, заваленный инструментами и деталями. Сам я лежал на узкой койке, застеленной потертым, но чистым одеялом.

— А, проснулся наконец, — раздался знакомый голос. В дверном проеме стояла Лила, держа в руках поднос с чем-то дымящимся. — Дедушка уже начал беспокоиться, что ты впал в кому.

Девушка подошла ближе, и я смог разглядеть её лицо "на свежую голову". Россыпь веснушек на бледной коже, яркие зеленые глаза, внимательно изучающие меня. Она выглядела уставшей, но в уголках губ таилась легкая улыбка.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Лила, ставя поднос на небольшой столик рядом с койкой. — Голова не кружится? Тошноты нет?

Я прислушался к своим ощущениям. Тело казалось тяжелым, но боли не было. Только странное чувство пустоты внутри, словно что-то важное было утрачено.

— Вроде нормально, — ответил я, удивляясь хриплости собственного голоса. — Только… всё как в тумане. Я не очень помню, как здесь оказался.

Лила кивнула, словно ожидала такого ответа.

— Ну, это не удивительно, учитывая твое состояние вчера, — она протянула мне кружку с горячим напитком. — Вот, выпей. Это поможет прояснить мысли.

Я с благодарностью принял кружку. Жидкость пахла травами и чем-то неуловимо знакомым. Сделав глоток, я почувствовал, как тепло разливается по телу, прогоняя остатки сонливости.

— Спасибо, — пробормотал я, делая еще один глоток. — Ты… ты спасла меня вчера, да?

Лила присела на край койки, внимательно глядя на меня.

— Можно и так сказать, — ответила она после паузы. — Хотя, честно говоря, я до сих пор не уверена, что это было правильным решением.

В её голосе слышалась настороженность, и я вдруг остро осознал, насколько странной и потенциально опасной должна была казаться моя ситуация для этих людей.

— Я понимаю, — медленно произнес я, подбирая слова. — Я благодарен за помощь и… я не хочу создавать проблемы. Если нужно, я уйду.

Лила покачала головой, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Не говори глупостей. Куда ты пойдешь в таком состоянии? — она вздохнула. — Послушай, ситуация сложная, но мы попробуем разобраться. Дедушка хочет с тобой поговорить. Он… он может помочь.

В этот момент в комнату вошел пожилой мужчина. Его появление было настолько бесшумным, что я вздрогнул от неожиданности. Старик двигался с неожиданной для его возраста грацией, внимательно изучая меня пронзительным взглядом стальных глаз.

— Итак, наш таинственный гость пробудился, — произнес он, и в его голосе слышалась смесь любопытства и осторожности. — Полагаю, пришло время для серьезного разговора.

Старик подошел ближе, и я смог разглядеть его лицо. Глубокие морщины говорили о прожитых годах, но взгляд оставался ясным и цепким. Одет он был в потертый комбинезон, испещренный карманами и странными приспособлениями.

— Меня зовут Прамод, — представился старик, присаживаясь на стул рядом с койкой. — А как нам называть тебя, юноша?

Вопрос застал меня врасплох. Я открыл рот, чтобы ответить, но вдруг осознал, что не могу вспомнить своего имени. Паника накрыла меня волной, и я судорожно вцепился в края одеяла.

— Я… я не знаю, — прошептал я, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу. — Я не помню своего имени. Я вообще ничего не помню о себе.

Лила и Прамод обменялись встревоженными взглядами. Старик нахмурился, поглаживая бороду.

— Спокойно, юноша, — мягко произнес он. — Давай начнем с простого. Что ты помнишь? Любые детали, даже самые незначительные.

Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Образы мелькали в моем сознании, словно обрывки сна.

— Темнота… коридоры… чувство, что меня преследуют, — медленно проговорил я. — И… странное ощущение пустоты внутри, будто чего-то не хватает.

Прамод кивнул, словно услышал что-то знакомое.

— А что насчет этого мира? — спросил он, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Касты, кураторы, "пустышки" — эти слова тебе о чем-нибудь говорят?

Я нахмурился, пытаясь уловить смысл слов. Они казались смутно знакомыми, но в то же время чужими, словно термины из забытого учебника.

— Я… не уверен, — честно ответил я. — Эти слова что-то значат, но я не могу вспомнить что именно.

Лила, до этого молча наблюдавшая за разговором, подалась вперед.

— Дедушка, — тихо произнесла она, — ты же не думаешь, что он…

Прамод поднял руку, останавливая внучку.

— Давай не будем делать поспешных выводов, — сказал он, но в его голосе слышалось напряжение. — Сначала нам нужно убедиться.

Старик повернулся ко мне, и его взгляд стал еще более пронзительным.

— Послушай меня внимательно, — медленно произнес он. — То, что я сейчас скажу, может показаться странным или пугающим, но это важно. Наш мир — это искусственно созданная структура, похожая на огромную трехмерную мандалу в форме полусферы-пирамиды. И в этом мире существует строгая кастовая система. Брахманы, кшатрии, вайшьи, шудры — каждый знает свое место и свою дхарму, свой долг. Но есть и те, кого называют "пустышками" — это преступники, которых "очистили", стерли их память, чтобы дать им шанс начать жизнь заново и стать полезными членами общества. Ими управляют кураторы, которые следят за их реабилитацией и интеграцией. Но… иногда видимо случаются сбои в системе. Хотя до этого случая я не слышал ничего подобного.