Алекс Уокман – Джек. История в антиутопии (страница 5)

– Джек

Немного подождав продолжения, но не услышав его, он ответил

– Что?

– Пора

– Что пора?

– Просыпаться.

Его заволокло пеленой густого тумана, а потом он проснулся.

Резко дернув головой, как обычно бывает после сна, Джек начал осматривать всё вокруг, чтобы убедиться, что это не очередной сон. В поезде по-прежнему были все те, кто зашёл вместе с ним на станции. Он выглянул в окно. Но совершенно не понимал, в какой части города находился. Сейчас он мог контролировать свои мысли, они имели логичность и он осознавал, что находится не во сне. Поезд начал замедлять движение, что означало его близость со станцией. Не раздумывая, Джек вышел. Чтобы было в течении следующего получаса он не помнил потом. Он также как и во сне бессознательно побрёл куда-то, совершенно забыв о своей изначальной цели. Его не удивляло то что он оказался в той области города которая была ему неизвестна. Он проспал свою станцию. Он зашёл куда то на окраины.

– «этого мне ещё не хватало» – подумал Джек

На горизонте появились трое фигур. Их лиц не было видно, их скрывали маски. Но только не те маски, которые были образом. Эти было в буквальном смысле маски. Двое в белых масках, изображающих безразличное лицо. На одном из была черно-зелёная повязка закрывающая рот. Джек понял, что так просто ему отсюда не выйти.

– Эй ты – крикнул один из них – ты что заблудился? Может быть тебе помочь найти дорогу?

– « Сейчас у меня есть несколько вариантов»

Трое подошли к нему. Безликие. Лишь голоса, которые ничего не говорили о том, кто они на самом деле.

– Что ты здесь забыл? Тебя эти отправили, втирать нам эту чушь про необходимость принимать препарат?

– Кто, Эти?

– Да мы сами не знаем, чёртовы кретины, они забрали Уайта, мы не смогли помочь ему. Они носят униформу, а глаза них такие словно они и не люди вовсе. Стив говорил что какой то там отдел, я не запомнил. И после он тоже исчез.

– Что за препарат? – Джек вдруг со злостью схватил одного из них, с повязанным платком за воротниковую часть одежды

– Эй, Эй ты что свихнувшийся чтоли – Сказал один из двоих в маске и достал револьвер, направив на Джека

Джек отпустил его. После сказал :

– Опусти ствол. Это было на автомате. Я лишь раз случайно слышал что-то об этом препарате. Но совершенно не понял о чём идёт речь. Одного в униформе я уже видел и по описанию он похож на одного из таких. Что вы знаете об этом? Говорите всё.

– Недавно – опустив револьвер, сказал тот что был в маске (Несмотря на то, что у этих двоих маски были одинаковыми, у того что начал говорить на шее была татуировка с символами которые ни о чём не говорили Джеку а у другого был надет темный капюшон) – до нас начали доходить слухи о людях, которые распространяют идею об обязательном употреблении некого препарата который должен сделать общество более умным и работоспособным. Сначала, особых признаков мы не замечали, нам было совершенно плевать. Всё это было каким то не распространённым, мало кто знал об этом. Но некоторые действительно начали употреблять. Со временем, все принимало другие формы. Один из тех с кем мы общались, Уайт был одним из первых кого мы знали лично, за кем пришли с требованием принимать препарат. Он отказался, напрямую высказав все что думает о них. А потом, мы не знали, что случилось с ним, Он не выходил на связь. Вскоре он исчез. В этом деле не стала разбираться полиция, как мы поняли, идея об этом проникла и в их среду. Но тогда мы ещё знали обо всём этом совсем немногое, да и не понимали что происходит. Со временем мы начали замечать, что с окружающими происходит, что то не то. Они не стали проявлять признаков эмоций, люди стали совершенно не такими, какими были обычно. Мы не принимали препарат. Но и не могли больше поддерживать связь с теми кто подсел на него. Со временем, мы стали замечать, что в СМИ все чаще стали говорить о нём, как бы издалека. Со временем, они стали говорить напрямую, и теперь он упоминается почти во всех новостных лентах. А потом, Ещё один наш приятель, Стив, решил разузнать о том, что это такое. Не знаю как и где, но он смог раздобыть информацию о нём. Он узнал что люди перестающие его употреблять, медленно умирают. Или теряют рассудок. Некоторые из тех, кого мы знали, делали попытки избавиться от него. Только все заканчивалось, думаю, ты догадываешься каким образом. Некоторые живы до сих пор, благодаря этому же препарату, но для нас они уже давно потеряли то, что делало человека человеком. А те, у кого происходило понимание того что что-то не так, те кто пытался очнуться давно уже мертвы. После, раз в месяц приходили те, с проверками, кто принимает препарат. Те, кто напрямую говорил правду о том, что не принимают, исчезали. Но не сразу. К ним приходили, пытались убедить и если в течении длительного времени человек отвечал отказом то те спокойно приходили за ним. Я думаю, что ты догадываешься, что они оказывались там же где и те кто пытался вырваться. Были и те, кто лгали. Они, живут сейчас, в постоянном страхе, что за ними придут вновь и распознают ложь. Мы же просто меняли место обитания. Мы не лгали. Нам всегда было плевать на них. И тогда, мы вооружились до зубов. И теперь, если мы увидим кого-либо из них мы просто завалим их к чёрту. Или сдохнем сами. Выбор не большой. Но мы не собираемся сидеть, и просто ждать пока за нами придут. Проще самому стать опасным, это необходимость для выживания в этом мире. Который когда то был другим, и я помню то время. И сейчас наши ряды расширяются. Те кто устали жить ложью, объединяется и вооружается вот только нам приходится менять место обитания или же просто запирать двери и сидеть ждать пока туда ворвутся. Такого, насколько я знаю ещё не происходило. Но всё может резко поменяться. Никто не знает чего ждать от них и кто они вообще. А, я забыл про Стива. Когда он говорил о том, что близок к правде, и что скоро узнает, откуда происходит препарат, и кто замешан в том чтобы все стали его употреблять, он также исчез. Сейчас никто не знает этого. У нас есть лишь предположения. Мы думали о правительстве, но после оставили эту идею. Мы думали и о тайных организациях, но всё здесь слишком туманно. Но ясно одно – кому то выгодно контролировать людей. Ты не похож на того кто принимает его. Ты показал признаки сильных эмоций, твой гнев убил мои сомнения.

– Получается, что независимо от возраста, положения, денег, приходят вообще за всеми?

– Да. Проверяют каждого. Время условной свободы —один месяц. А потом приходят. За всеми. Мне ясно, почему многие употребляют его. Люди просто идиоты. Они слабы перед теми, кто показывает свою власть. Молодые способны понимать что здесь что то не так, тогда как люди постарше без раздумий начинают употреблять считая что так и нужно, если это появилось и происходят проверки. Но теперь, мы не можем что-либо исправить. Большинство людей уже в плену. А мы стоим над пропастью. В шаге от того чтобы кануть в небытие.

– Но за мной никто не приходил. Никогда. Давно это началось?

– Появляться начало всё это несколько лет назад.

Что? – в недоумении сказал Джек – Сколько лет точно это всё существует?

– Уже около двух лет

– Но в течении этих двух лет никто не приходил за мной. Я общался с другими людьми, хотя конечно замечал странности, в том что поведение каждого из них было каким то простым и безразличным но я особо не придавал этому значения. Так или иначе, те кто находиться под воздействием препарата – люди. Пусть как вы и говорите лишённые эмоций. И только сегодня я увидел одного из тех о ком ты. Видимо сегодня настал мой день.

Трое развернулись и пошли в другую сторону, остановившись на короткий миг. Тот, что держал револьвер, развернул голову в сторону Джека и сказал:

– Если хочешь, можешь присоединяться к нам. Если совсем надоест такая жизнь.

– Постойте. Скажите ваши имена

– Мы не говорим своих имён- сказал один за всех – и тебе не советуем.

– Но как тогда я снова найду вас, если мне что-нибудь нужно будет узнать?

– При желании найдёшь. Нас много. И все мы -одно целое. В новом мире нет более места личности. И не будет ещё очень долгое время, и потому, единственный способ существовать здесь это быть одним целым. И я надеюсь что однажды, наступит тот день, когда нас станет больше чем их, день, в котором солнечный луч пробьёт эти серые небеса, и мы сможем снять свои маски и вновь стать частью мира, когда-то утерянного. Но тот луч солнца будет иным, он не будет холодным и едва различимым, это будет луч совершенно другого солнца, из того мира в который живым видимо уже больше не попадёт никто из нас. – сказав это трое направились прямо по дороге и свернули где то на углу, исчезнув среди зданий.

То, что он узнал, было подобно тому, словно его полили мощной струёй ледяной воды из шланга. Джек, и без этого уже получивший достаточно неприятных событий в жизни, был отчасти удивлён тем, что на самом деле мир стал даже хуже, чем он думал. Теперь, он не задумывался даже о том зачем Аэлин прикончила того полицейского. Ни она, ни Алекс не казались теми, кто употреблял препарат, а значит, они были сознательными, и в них проявлялись самые настоящие, живые эмоции. А если это было так, значит они знали о том, что к чему. И они могли знать это задолго до того, как об этом узнал Джек. Облик мира в их глазах был иным, и от этого вдруг у Джека защемило в груди. Он то, видел мир другим, ещё задолго до этого он был совершенно иным. Он смог прожить какую- то часть своей жизни там, а они? Они были ещё совсем юными, и не успели ощутить все те чувства, которые пережил он. Хотя теперь он не был в этом уверен. Есть люди, которые за короткий промежуток времени могут почувствовать и понять столько всего, что даже те, кто прожил дольше, чем они на многие годы, оказываются теми, кто чувствовал немногое. Джек не относил себя к тем, кто чувствовал немногое в жизни, но более он не считал что они могли понимать меньше, чем он, считать так было бы несправедливо по отношению к ним. Но всё же, что-то разница эта давала. Единственным различием было время. У него было больше времени. И теперь, когда позади него осталось немало всего, он сочувствовал тем, кому выпало жить на этом отрезке времени. Ему стало не по себе. Он захотел вновь вернуться в скоростной поезд, и уснуть там. В нём всегда было тепло. Но движущийся поезд сейчас был где то далеко от него. Он снова побрёл, не понимаю куда, для него это не имело значения, лишь бы отвлечься от неприятных мыслей. Он ходил от одной улице к другой, бесцельно тратя время, которое для многих уже давно утратило смысл. Каково это- не чувствовать времени? Каждый день бессознательно автоматически выполнять данные кем то задания, даже не задумываясь даже для чего? И тогда у Джека промелькнула неприятная мысль, полностью поглотившая его- А чем он занимался в течении этих нескольких лет? Он занимался тем, чего особо не понимал. Да он знал, как выполнять действия, которые приведут к нужным результатам, но не было ли это то самое автоматическое выполнение, чьих то заданий? Тогда, ему не было до всего этого никакого дела, ведь он не думал о последствиях того, что делал. Он был эгоистичен, думая лишь о себе и своей семье даже не подозревая тогда, чем занимался на самом деле, и как всё это повлияло на окружающий его мир, в котором он пребывал сейчас. Мысли вихрем носились в сознании, и постоянные вопросы не давали покоя – Почему в течении нескольких лет никто не приходил за ним? Чем он занимался? Почему он только сейчас узнал о том, что происходит на самом деле? Но на эти вопросы ответов не было. Ему Оставалось только одно- принять все так, как есть. Изменить ничего уже нельзя. И в разуме вдруг всплыл вопрос- «Что я вообще здесь делаю?» и он вспомнил о том как в начале дня ждал звонка. Ему показалось это весьма странным совпадением, но именно после того как он вспомнил свою изначальную сегодняшнюю цель, раздался звонок его телефона. Достав его из кармана, он нажал кнопку «принять вызов» и поднёс телефон к уху.