Алекс Рудин – Упрямый хранитель (страница 24)
Это так чертовски глупо! Но сейчас это единственное, что я могу себе позволить, тонкая грань между совестью и эгоистичным желанием, хрупкий компромисс, который ненадолго успокоит моих внутренних демонов и убедит альтер эго в том, что я ещё способен что-то контролировать.
– Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью, – шепчу ей в волосы, ещё крепче прижимая к себе. – Я поговорю с Ритой, мы всё уладим. Обещаю.
Зефирка молчит и не двигается, просто позволяя мне впитывать её тепло, словно солнечные лучи после долгой зимы.
Отпусти её, идиот!
Незаметно вдыхаю сладковатый аромат её волос и нехотя разжимаю руки, отступаю назад и тут же отворачиваюсь.
Моё внезапное поведение наверняка удивляет её, но я не могу снова встретиться с ней взглядом. Эта пытка будет для меня невыносимой. Безопаснее не видеть её лица и дать ей спокойно уйти.
– Курт? – тихий голос звучит растерянно и неуверенно.
Нет! Нет! Нет! Только не произноси моего имени…
– Сена, пожалуйста… уходи, – с трудом выдавливаю я из себя.
– Но разве ты этого хочешь?
Нет, чёрт возьми! Я хочу поцеловать тебя и трахнуть прямо на этом столе.
– Да! Уходи, пока я не натворил глупостей… Прошу тебя…
– Но…
– Никаких «но»! Сена, я не имею права быть безрассудным. Просто уйди!
Сжимаю кулаки так сильно, что костяшки пальцев начинают ныть от напряжения. Я чувствую себя хищником, готовым в любой момент броситься на жертву и разорвать её на части. Сдерживаю своего внутреннего зверя всеми возможными способами, хотя так хочется плюнуть на всё и поддаться искушению.
Сена принимает моё поражение и тихо исчезает из кабинета. Надеюсь, я помог ей справиться с эмоциональным потрясением, и она больше не окажется в таком состоянии. В противном случае я подвёл её.
Тру глаза ладонями, пытаясь сбросить навалившуюся тяжесть произошедшего и привести мысли в порядок. Так продолжаться больше не может. Я не способен нормально работать, пока испытываю болезненную одержимость одной из своих спортсменок.
Мне срочно нужно снять стресс и переспать с кем-нибудь. Желательно не один раз.
Глава. 17 Под ногами – лед, в глазах – огонь
Сена.
Я не люблю фигурное катание.
Само действие без всякого контекста меня никогда не привлекало. Проводить на холоде по десять часов в сутки, то и дело вытирая задницей беспощадный лед – спасибо, но без меня.
Тогда почему я так отчаянно держусь за этот спорт?
Адреналин. Я могу сколько угодно жаловаться на холод, бесконечные синяки и мозоли, на тяжёлую сумку с коньками, но все эти неудобства меркнут перед тремя минутами абсолютного счастья, когда кровь бурлит от адреналина, а сердце готово выпрыгнуть из груди. В эти мгновения я настолько растворяюсь в своей истории на льду, что перестаю осознавать, где нахожусь и что происходит вокруг. Элли объясняла это чувство способностью отпускать себя. Для меня же наоборот – это возможность обрести себя настоящую.
Иногда кажется, что только здесь, на ледяной арене, я по-настоящему свободна. Лишь во время выступления я могу позволить себе расслабиться и забыть обо всём: о том, как сдать экзамен на чужом языке, как убедить Риту в том, что я достойна места в сборной, или как перестать думать о сексуальных ямочках на щеках доктора Максвелла.
Лёд освобождает меня от необходимости принимать решения и бороться с внезапно возникающими проблемами без инструкции. Здесь есть чётко прописанный сценарий, и остаётся лишь следовать ему, полностью доверяясь музыке и движениям.
Для большинства спортсменов выступление – это огромный стресс. Каждый выход сопровождается колоссальным психологическим напряжением, и все ищут собственные способы отвлечься и перезагрузиться. А я? Я жду выхода на холодный танцпол, словно это спасательный круг посреди бушующего моря. Стоит моим конькам коснуться прохладной поверхности – и мир вокруг исчезает. Я физически ощущаю, как расслабляются мышцы, а из груди вырывается глубокий облегчённый вдох.
Вот сейчас всё идеально: под ногами – лёд, в глазах – огонь. Готовьтесь, будет жарко!
Я всегда знала, что морозная арена – моё надёжное убежище, мой способ сбежать от реальности.
Здесь я дома.
Но сегодня я открываю для себя совершенно новую зависимость – другой источник адреналина.
Танцы! Уличные, мать вашу, танцы захватили меня с головой. И если вы считаете, что «уличные» значит «непрофессиональные», то вы сильно ошибаетесь. Даже на трибунах фигурного катания я не видела столько зрителей, сколько собиралось сегодня на выступления любимых команд.
Соревнования проходят в два этапа: баттл с командой-соперником и собственная программа. За каждый этап выставляют баллы и голосуют зрители через специальное приложение. Четыре команды с наибольшим количеством голосов проходят дальше.
Обычно уличные танцы не предполагают какой-то театральности или сюжетных линий, но просто сложной техникой уже никого не удивишь. Каждая команда виртуозно миксует стили, исполняет акробатические трюки и демонстрирует идеально синхронные связки. Чтобы выделиться среди лучших, нужно сделать всё не просто хорошо, нужно – виртуозно!
Дон где-то вычитал, что ностальгия продаёт лучше всего, и предложил концепцию номера в стиле аэробики восьмидесятых. Именно поэтому сейчас я стою в ярко-розовом облегающем купальнике с открытой спиной и салатовых лосинах. На голове красуется обруч того же кислотного цвета саранчи, а под ним – огромный начёс из крупных локонов, эффектно спадающих на плечи.
– Детка! Ты просто секс! – восхищённо заявляет Марта, поправляя свой высокий рыже-красный накладной хвост, в который Дон умудрился вплести мерцающие светодиоды.
– Спасибо, конечно… Но, когда вы приглашали меня в команду, я почему-то представляла себя в карго-штанах и свободной толстовке, – хихикаю я и украдкой поправляю впивающийся между ног купальник.
– Раньше так всё и было, но с появлением интернета андеграунд стал… – Марта щёлкает пальцами, подбирая нужное слово, – ну как бы это сказать… Он перестал быть андеграундом в чистом виде. Теперь творчество проще монетизировать, а значит появились определённые законы рынка и свои правила игры.
– Например?
– Ну, например, если хочешь привлечь максимум внимания, недостаточно просто выйти на улицу и крутануть сальто. Таких трюкачей по всему миру миллионы, и публика уже не впечатляется. Тут нужен эпатаж, шоу! Сделай это сальто в костюме кенгуру, и тогда никто тебя не забудет.
– О, теперь поняла! – заливаюсь я звонким смехом.
– В спорте ведь иначе, да? Там главное – техника исполнения? – уточняет Марта, поправляя выбившиеся пряди моей причёски.
– Конечно, там в первую очередь оценивают мастерство и сложность элементов. Но поверь, элемент зрелищности тоже имеет значение. Хочешь, раскрою тебе секрет? – я заговорщицки понижаю голос, и Марта любопытно кивает. – На соревнования я всегда надеваю бюстгальтер с пуш-апом. Слышала байку, что за более женственные формы можно получить пару дополнительных баллов.
– Вот же сексисты! – вспыхивает подруга, явно имея в виду судейскую бригаду.
– Это лишь слухи, – поспешно остужаю её возмущение, не желая никого обвинять в предвзятости или сексуализации спорта. – Но знаешь, дыма без огня не бывает…
В этот момент дверь вагончика распахивается, и внутрь стремительно врывается Дон:
– Девчонки, мы следующие! – он резко переключается и застывает с раскрытыми от удивления глазами. – Матерь Божья! Что это за произведения искусства передо мной?
Дон переводит восхищённый взгляд с меня на сестру и обратно, явно довольный результатом кропотливой работы Марты.
– Март, ну-ка покажи хвост, лампочки ещё не перегорели? – он тянется к её костюму проверить заряд подсветки.
– Нет пока! Главное, чтобы они не отвалились прямо во время моего выступления! – огрызается она, раздражённая тем, что именно ей приходится страдать из-за сумасбродных затей брата.
– Не переживай ты так, я их намертво приклеил суперклеем.
– Что?! Ты серьёзно сейчас?!
– Успокойся, это же накладной хвост…
– Придурок, я его в аренду взяла!
– Ну, значит вернёшь с эксклюзивным тюнингом! – Дон громко хохочет, пока Марта испепеляет его убийственным взглядом.
В дверях появляется Джекки в таком же кислотном купальнике, как у нас:
– Эй, народ! Вы скоро там? Нас уже объявляют!
– Идём!
Мы вываливаемся из вагончика на улицу и направляемся к импровизированной сцене, окружённой мощными прожекторами. Сейчас они погашены специально для того, чтобы команды могли эффектно появляться из темноты. Дон собирает нас в тесный круг перед тем, как каждый займёт свою стартовую позицию:
– Ну что, готовы разорвать Urban Tribe в клочья?
– По-другому и быть не может, иначе я тебя этим самым хвостом и придушу! – игриво угрожает Марта брату, напоминая о своих жертвах ради общего дела.
– Вперёд!
– Раз, два, три – ёлочка гори… – едва успеваю я шёпотом произнести своё особое заклинание перед выходом на сцену.
Сразу после моих слов на нас обрушиваются яркие вспышки прожекторов, выхватывая фигуры из темноты эффектными рывками света.
Мы начинаем номер под оригинальную версию песни Уитни Хьюстон «I Wanna Dance with Somebody», задавая настроение выступлению. Но спустя пару мгновений мелодию перебивают энергичные R-n-B биты, и наша невинная аэробика мгновенно трансформируется в дерзкий джаз-фанк с элементами хип-хопа. Парни вырываются вперёд, отвлекая зрителей динамикой движений и плотностью трюков. Тем временем мы с девчонками незаметно в полумраке надеваем ролики и готовимся сменить Тоби, Дона и Бенитто.