Алекс Рудин – Укротитель миров: магические твари (страница 53)
— Когда он будет готов? — спросил Стоцкий. — Без этих ваших анализов и исследований!
— Завтра, — сказал Роберт.
Уверенности в его голосе я не услышал.
— Сегодня, — отрезал граф. — В восемь часов вечера.
— Хорошо, — покорно отозвался Роберт.
— Думаю, у вас ещё будет время хорошенько изучить Ивана Никифоровича, — улыбнулся граф. — Вряд ли он погибнет сегодня.
С этими словами Стоцкий повернулся ко мне и неожиданно подмигнул.
— Страшно?
Пару секунд он дожидался от меня ответа. Затем кивнул санитару:
— Этого тоже покорми. Пусть поест напоследок!
К этому времени оборотень сожрал всё мясо и принялся колотить пустым корытом по решётке. Ему явно нравились громкие звуки.
— Идёмте, Роберт! — прокричал граф, перекрывая шум.
Его глаза снова блестели, а щёки покрылись румянцем. Лощёный аристократ явно предвкушал вечернее представление.
Санитар принёс мне еду.
Я посмотрел на неё с отвращением. Где они взяли это мясо?
Но пересилил себя и принялся глотать. Очень скоро мне понадобятся силы.
Оборотень продолжал шуметь. Он уже ничего не соображал, но звериным чутьём понимал, что шум меня раздражает, и вовсю этим пользовался.
Поев, я уселся на матрас и закрыл глаза.
Оставалось ещё несколько часов, и я решил использовать их для тренировки. Возможно, это поможет мне выжить.
Сейчас вой и грохот были мне только на руку. Шум чертовски злил меня, а страх и злость вызывали прилив адреналина.
Мне понадобилось всего несколько секунд на то, чтобы увидеть матрицу бывшего урядника.
К моему изумлению, она стала значительно ярче и заполнила почти всё тело твари.
Это напоминало сложную сетку крупных и мелких кровеносных сосудов. Самый большой сгусток по-прежнему, находился в груди, справа от сердца твари. Он ритмично пульсировал, то ускоряясь, то замедляясь.
Интересно, что будет, если в него ударить оружием?
Бред!
Магия — это не плоть и кровь. Её железом не разрушишь.
Да и осиновым колом, пожалуй, тоже.
Одним движением пальцев я вызвал водяное облачко и сгустил его в каплю. Заморозил её и снова протянул в сторону твари тонкую ледяную паутинку.
Оборотень метался по клетке, но мне это совершенно не мешало. Паутинка легко дотянулась до него, уткнулась в пульсирующий комок магии.
Тварь заверещала, как будто ей наступили на хвост!
Даже с закрытыми глазами, я увидел, как она стремительно рванулась в сторону.
Матрица оборотня сжалась, словно в судороге.
А затем ледяная паутинка лопнула с тихим звоном.
Несмотря на вопли оборотня, я отчётливо расслышал этот звон.
Чёрт возьми!
Я рассчитывал ослабить оборотня.
Но магическая матрица твари оказалась слишком сильной.
На шум снова прибежала охрана.
— Что здесь происходит? — крикнул мне один из них.
Я пожал плечами.
— Откуда я знаю? Это ваш пекинес, его и спрашивайте, отчего он сходит с ума.
По движению губ я понял, что охранник выругался.
Но его слова потонули в воплях оборотня.
Охрана больше не уходила. Они притащили стулья и уселись возле выхода, держа автоматы на коленях и настороженно переглядываясь.
Только этого мне не хватало!
Колдовать на глазах встревоженных людей с автоматами — хреновая затея! Если один из них перепугается, я мигом поймаю шальную пулю.
Конечно, граф-психопат потом спустит с них три шкуры.
Но мне от этого легче не станет.
Оборотень постепенно успокаивался. Он сделал ещё круг по клетке, а затем улёгся, положил перемазанную кровью морду на передние лапы и уставился на меня немигающим взглядом.
По спине побежали ледяные мурашки.
А что если эта тварь тоже способна применять магию? И сейчас именно это и пытается сделать.
Я не стал играть в гляделки с безумным чудовищем. У меня были дела поважнее.
Бросив косой взгляд на охранников, я улёгся на матрас и отвернулся к решётке.
Во время драки в училище я смог надеть заклинание на руку, словно ледяную перчатку. А что, если попробовать сделать перчатки сразу на обе руки?
Заслонив ладони своим собственным телом, я вызвал водяное облачко и попытался разделить его надвое.
К моему удивлению, это получилось сразу же. Возможно, какое-то воздействие оказала еда, которой меня накормили. Или эмоции усиливали магию.
А эмоций во мне было — хоть отбавляй! Злость, страх, ненависть к чокнутому графу, боль за мастера Казимира.
Две большие капли воды дрожали в моих ладонях. Вот они помутнели, превращаясь в лёд. Я сделал быстрое движение руками, и кулаки оделись ледяной бронёй.
Стряхнув её, я попробовал снова. Затем ещё и ещё.
Я не знал, сколько времени у меня осталось, но не собирался тратить даже секунду на отчаяние.
Хрен вам!
В коридоре послышались шаги.
Я поднялся на ноги, стряхивая с ладоней брызги холодной воды.
Похоже, время пришло.
Граф Стоцкий вошёл в подвал. За ним следовала свита — доктор Роберт, санитары в голубых комбинезонах, личная охрана в дорогих костюмах и рядовые гвардейцы с автоматами.