Алекс Рудин – Укротитель миров: магические твари (страница 3)
— От верблюда, — отрезал Бердышев. — Оцепление полиция выставила. Наша задача — досконально проверить квартал. Вперёд меня не лезть, оружие держать наготове. Если что — стреляйте на поражение. Не убьёте, конечно, но хотя бы задержите. Всё ясно?
— Так точно, — нестройным дуэтом ответили Захаров и Лопухин.
Баронесса Поклонская промолчала.
Внедорожник влетел на Большой проспект со стороны Каменноостровского. Жан Гаврилович гнал, пока не увидел в темноте летней ночи белые полицейские мундиры. Подъехав к оцеплению, капитан резко затормозил.
— Сюда нельзя! — кинулся к машине какой-то квартальный.
Жан Гаврилович выпрыгнул из кабины. Молча отодвинул квартального в сторону и кивнул курсантам:
— За мной!
Полицейский пристав Никита Сергеевич Зотов, увидев Бердышева, вздохнул с облегчением.
— Слава богу!
— Что здесь? — поздоровавшись, спросил капитан.
Его цепкий взгляд уже обшаривал тёмные громады домов вдоль проспекта и полукруглые провалы подворотен.
— Тишина, — ответил Зотов. — Такое спокойствие, что жутко делается.
Бердышев коротко глянул на майора. Поэтические образы сейчас были неуместны.
— Обычно после выброса твари лезть начинают, — торопливо объяснил майор. — Ну, мелкие — новорожденные. Мы их поджидаем — и того! А потом уже дворы зачищаем.
— А сейчас?
— Ни одной твари! Словно попрятались все.
Бердышев кивнул. Слова майора только подтвердили серьёзность вызова.
— Карта есть?
Несколько секунд Бердышев молча изучал схему квартала. Затем поднял голову и нашёл взглядом курсантов.
— Слушайте внимательно! Здесь две подворотни. Каждая ведёт в свой двор. Вы втроём идёте в левую, я — в правую. Держаться вместе, прикрывать друг друга.
Он дождался кивка курсантов и продолжил:
— Мелких тварей не трогать, пусть бегут на полицию. Наша цель — крупная магическая тварь. После подворотни будет двор с гаражами — смотрите внимательно! Затем арка, и ещё один двор, с мусорными баками. В нём мы встречаемся. Дальше — по моей команде. Всё понятно!
— Так точно! — хором ответили курсанты.
На этот раз — все трое.
— Вперёд! — скомандовал Бердышев и нырнул в правую арку.
Уже на ходу он привычным движением достал из кобуры пистолет и дослал патрон. Краем глаза Бердышев видел, как его подопечные скрылись в левой арке.
Ему показалось, что тонкая тень вырвалась вперёд, и капитан снова поморщился.
Ох, уж эти аристократы!
Всегда они лезут геройствовать.
Будь его воля — он бы этих заносчивых снобов и близко не подпускал к академии. Пусть сидят по своим поместьям и гордятся пожелтевшими родословными.
Резко тряхнув головой, капитан выбросил из неё ненужные мысли. Ему предстояла работа — привычная и любимая. Это не в классе с сосунками нянчиться!
Капитан Бердышев работал инструктором Имперской Магической академии уже пятый год. Но до сих пор не мог привыкнуть к тому, что списан в запас.
Его Императорское величество, видите ли, решил, что в империи наступил мир и покой! И можно рассадить боевых офицеров по классам, а то и отправить по домам, наградив орденами и пенсией.
Вот почему Жан Гаврилович Бердышев был так рад внезапным ночным звонкам. Хотя никогда бы в этом не признался.
Он обшарил взглядом подворотню.
Никого.
Только жёлтый свет одинокого фонаря отражался от гладких булыжников мостовой.
Прижимаясь правым плечом к холодной кирпичной стене, капитан пошёл в направлении двора. Он не спешил — тварь никуда не денется. Но если её пропустить — она бросится на полицейских. А те не сдержат её, даже если успеют пустить в ход автоматы.
Он едва успел выглянуть во двор, как услышал звонкие крики. Затем хлопнули выстрелы — один, и следом ещё два!
Не задерживаясь во дворе, капитан рванул наискось, к тёмному зеву следующей арки. Тварь была где-то там.
Возможно, сейчас она рвёт одного из его курсантов!
Капитан выскочил в следующий двор. Из противоположной арки по-прежнему доносился женский визг.
Чёртовы лабиринты питерских проходных дворов!
Бердышев бросился туда, но справа раздался слабый мужской крик, а за ним — яростное хриплое рычание.
Капитан крутнулся на каблуках, вскидывая пистолет, и увидел в тени мусорного бака две барахтающиеся тени.
Захаров?
Лопухин?
Почему не стреляют?
Бердышев прицелился, но тени слились в одну.
Сделав шаг, капитан увидел, как в лунном свете блеснуло длинное стекло. Оно вонзилось в мохнатую шею твари!
Тварь жалобно и пронзительно завыла, а потом завалилась набок, дёргая короткими ногами.
— Жан Гаврилович!
Капитан увидел, как из арки напротив выскочили три тени.
Его курсанты. Все трое!
Значит, целы?
Бердышев коротко ругнулся и бросился к месту схватки.
Глава 2
Тварь зарычала, оскалила длинные жёлтые зубы и кинулась на меня.
Я не стал раздумывать, из какой преисподней взялась эта зверюга. Поджал ноги и рывком выбросил их вперёд.
Получи, гадина!
Крыса легко увернулась. Ударилась боком об угол контейнера и снова прыгнула. Зубы впились в мою руку, разрывая мышцы, и я принялся беспорядочно молотить крысу подошвами кроссовок.
— Отцепись, сука!
Несколько ударов угодили в мягкое брюхо. Крыса дёргалась и рычала, не выпуская моё предплечье.
Чёрт, как же это было больно!
Крысиные зубы вонзались в предплечье, словно тупые иголки. Они не могли резать, зато протыкали руку, превращая её в мочалку из крови и мышечных волокон.