Алекс Рудин – Украденные сны (страница 40)

Зотов шагнул назад и поднял руку. В его ладони ярко-зеленым светом вспыхнуло какое-то боевое заклинание. Наверняка, мощное и смертоносное.

Вот сейчас он шарахнет им призрака — и конец! Исчезнет не только бывший обер-прокурор Рябушинский, но и возможность поговорить с ним.

А в том, что перед нами именно бывший обер-прокурор, я не сомневался. Он даже после смерти вел себя как важный государственный чиновник. Полыхал гневом и взрывался негодованием.

— Стойте, Никита Михайлович! — крикнул я Зотову.

К счастью, Зотов и призрак принадлежали разным мирам. Поэтому призрак не смог коснуться начальника Тайной службы. Все, что ему оставалось — размахивать пухлыми руками и грозно завывать:

— Арестовать их! Сюда!

Зотов тоже сообразил, что немедленно уничтожать призрака не стоит. И даже погасил заклинание.

А я решил попробовать переговоры. И начал с главного:

— Мы не преступники.

Призрак стремительно развернулся и уставился на меня.

— Вы — некроманты! — прорычал он. — Гнусные колдуны!

— Но у нас есть разрешение, — возразил я.

— Покажите бумагу! — надменно потребовал призрак.

И резко протянул ко мне руку.

Бумаги у меня не было, поэтому я взглянул на Зотова:

— Ваша очередь, Никита Михайлович.

Зотов коротко кивнул:

— Господин Рябушинский? Я — начальник Тайной службы Империи полковник Зотов. Вы меня узнаете?

Призрак отпрянул и вгляделся в лицо Зотова.

— Господин Зотов? — ледяным тоном процедил он. — Я мог бы сразу догадаться. Вашей бесцеремонности позавидует любой некромант. Говорите, у вас есть разрешение? Кто же его подписал? Я могу на него взглянуть?

— Извольте, — кивнул Зотов, доставая бумагу.

Разумеется, призрак не мог бы ее взять. Поэтому Никита Михайлович развернул документ и показал его призраку.

— Разрешение подписано нынешним обер-прокурором князем Барятьевым, вашим бывшим заместителем. Его величество в курсе.

— Барятьев? — скривился призрак. — Ну, конечно! Чего еще ждать от этого слюнтяя. Эх, не успел я его со службы выгнать! У меня вы бы никакого разрешения на использование запрещенной магии не получили. Дудки! Дознание положено вести законными методами, и все тут.

— Тем не менее, теперь Барятьев обер-прокурор со всеми полномочиями, — сухо напомнил Зотов. — И он подписал разрешение.

— А печать? — уцепился призрак за последнюю возможность.

Он послюнявил палец, а потом попытался поскрести ногтем печать на документе.

— Печать настоящая, — расстроенно пробормотал бывший обер-прокурор. — Ну, хорошо. Итак, зачем вы меня вызвали? Что желаете узнать?

— Вообще-то, мы вызывали не вас, а вашего соседа, — язвительно сказал Зотов. — Рядом с вами похоронен мастер снов Тимофей Градов, вот он-то нам и нужен. А на вашу могилу зелье попало случайно.

Призрак гордо выпрямился и торжествующе уперся ладонями в свои колышущиеся бока.

— Вот! — с победным видом заявил он. — Поэтому я никогда не давал разрешения на ваши магические методы. Я знал, что вы безответственны и обязательно допустите ошибку. Имейте в виду, я непременно сообщу об этом в Имперскую канцелярию и сделаю это сейчас же. Вашу Тайную службу давно пора хорошенько пропесочить!

Не желая больше тратить время на разговоры с нами, призрак бывшего обер-прокурора Рябушинского развернулся и решительно двинулся к калитке, которая вела на проспект.

— Полынь! — горестно простонал Леонид Францевич. — Мы не разложили полынь вокруг его могилы. Теперь его нечем удержать!

Глава 20

Призрак стремительно удалялся. Сквозь его полупрозрачную фигуру просвечивали гнущиеся от холодного ветра деревья.

— Остановите его! — приказал Зотов эксперту.

— Как? — простонал Леонид Францевич. — Некромантия — это целый ритуал. Если допущена хоть одна ошибка…

Не дослушав, Зотов поднял руку. Наверное, начальник Тайной службы собирался уничтожить призрака, но я схватил Зотова за рукав:

— Стойте!

— Что?

Никита Михайлович попытался стряхнуть мою руку.

— Как имя обер-прокурора Рябушинского?

— Петр Павлович. Черт, да отпустите же! Он уйдет.

— Я попробую его остановить. Только не мешайте.

— А если у вас ничего не выйдет? — спросил Зотов.

Но я, не слушая его, побежал вслед за призраком по кладбищенской дорожке.

— Петр Павлович! Господин Рябушинский, подождите!

Призрак остановился, услышав мой крик.

— Ваше сиятельство, нам нужна ваша помощь! — выкрикнул я, догнав его.

— А с чего это я должен вам помогать? — осведомился призрак, грозно пронзая меня взглядом.

— Вы же служитель закона, — нашелся я. — Должностное лицо Империи.

— Был, — поправил меня призрак. — Пока на мое место не назначили этого дурака Барятьева.

По крайней мере, он остановился и слушал меня, а не пытался сбежать за ограду кладбища.

— Мы расследуем серию убийств, — объяснил я. — Все они произошли во сне. Мы подозреваем, что к ним как-то причастен мастер снов, который похоронен рядом с вами. Поэтому мы и пытались вызвать его призрак. Но у нас ничего не вышло. Счастье, что появились вы.

— Для меня это очень неприятная процедура, — ворчливо заметил Рябушинский.

Потом прищурился и окинул меня внимательным взглядом:

— А вы кто такой?

— Граф Александр Васильевич Воронцов, — представился я.

— Не припомню, — хмыкнул призрак. — Впрочем, вы слишком молоды. Почему вас привлекли к расследованию?

— У меня дар Тайновидца. Господин Зотов считает, что я могу принести пользу. Но сейчас речь не обо мне. Вы можете нам помочь.

— А зачем мне это делать? — нахмурился призрак Рябушинского. — В Имперской канцелярии я больше не служу, как вы сами можете видеть. Спасибо, хоть похоронили за государственный счет. Зато пенсию моей вдове назначили мизерную! Надежда Федоровна сама мне жаловалась. Как придет ко мне на могилу — каждый раз плачет. А мне это слушать невыносимо!

Призрак горько вздохнул.

— Как мы жили! — доверительно сказал он. — Душа в душу — не то, что нынешняя молодежь. А какого гуся Надежда Федоровна запекала по воскресеньям. С яблоками! Вы когда-нибудь пробовали гуся с яблоками, молодой человек? А яблоки обязательно надо брать зеленые, с кислинкой. Ох, какой вкус они придают гусю!

— Уверен, вы с Леонидом Францевичем прекрасно поймете друг друга, — улыбнулся я. — Он тоже большой любитель хорошей кухни. Кстати, это именно он вас вызвал.

Призрак обер-прокурора брезгливо поморщился: