Алекс Рудин – Тайновидец. Том 7: Там чудеса (страница 3)

На лице Жадова появилось облегчение.

– Вы думаете, у вас что-то получится? – с надеждой спросил он.

– Я сделаю все возможное, – твердо ответил я и увидел, что банкиру стало легче от моих слов. Он сделал еще глоток коньяка, потом покосился на бутылку.

– У вас хороший бренди.

– Как только я что-то выясню, я сразу пришлю вам зов, – ответил я.

Жадов допил бренди, поставил бокал на стол и тяжело поднялся из кресла.

– Благодарю вас, господин Тайновидец, – устало кивнул он и направился к двери.

Игорь Владимирович вышел, чтобы проводить Жадова. Я поднялся из-за стола и посмотрел в окно. Жадов тяжело шел к своему мобилю. Возле калитки он остановился и оглянулся. Мы с ним встретились взглядами, и я кивнул, успокаивая банкира.

Затем повернулся к Лизе.

– Ну, что ты думаешь о рассказе Григория Павловича?

Лиза отложила блокнот и потерла лоб, сбрасывая маску секретарши.

– Он верит, что его сын ни в чем не виноват, – сказала она.

Дом тоже прислал теплый импульс. Он внимательно слушал наш разговор и был полностью согласен с Лизой.

– Благодарю за кофе, – вслух сказал я, поднимая глаза к потолку.

А потом по-свойски уселся на краешек стола девушки.

– Да, мне тоже кажется, что Григорий Павлович уверен в невиновности своего сына, – согласился я. – Интересно, почему полиция считает по-другому? За что они арестовали молодого человека?

Я почувствовал, что меня охватывает привычное любопытство, и потер руки.

– Кажется, нам на голову свалилась очередная магическая история, – улыбнулся я.

И мы с Лизой весело рассмеялись.

На улице послышался рокот мотора. Это отъезжал мобиль Жадова. Игорь Владимирович не уехал вместе с банкиром. В окно я видел, как дед идет обратно к дому.

– Похоже, серьезный разговор еще не окончен, – подмигнул я Лизе.

Вернувшись в кабинет, Игорь Владимирович удобно уселся в кресло и с улыбкой посмотрел на нас.

– У вас отличная команда, – одобрительно сказал он.

Затем принюхался и добавил:

– И отличный бренди.

– Хотите? – весело предложил я.

Игорь Владимирович покачал головой.

– Не сейчас. У меня еще много дел. Но как-нибудь вечером я непременно к тебе загляну. Ты давным-давно обещал показать мне свою обсерваторию.

– Я всегда рад вас видеть, – кивнул я. – Заезжайте в любое время.

Затем помолчал и сменил тему.

– Игорь Владимирович, почему вы решили помочь банкиру Жадову?

Дед пожал плечами.

– Жадов – мой деловой партнер, – ответил он. – Кроме того, я несколько раз общался с его сыном. Мне кажется, молодой человек не может быть замешан в ограблении.

Игорь Владимирович лукаво улыбнулся.

– Кроме того, Григорий Павлович владеет недвижимостью в квартале Разбитых Статуй, а это немаловажно.

Лиза с любопытством переводила взгляд с меня на Игоря Владимировича.

– А что это за квартал Разбитых Статуй? – спросила она. – Никогда о нем не слышала.

– Это очень любопытное место, – улыбнулся я. – Говорят, лет тридцать или сорок тому назад в этом квартале любили селиться молодые художники и скульпторы. У них даже была своеобразная коммуна, так что каждый дом в этом квартале по совместительству еще и мастерская.

– А почему разбитые статуи? – не поняла Лиза.

– Да потому, что у молодых скульпторов редко покупали их работы, – рассмеялся я, – и чтобы прокормиться, они продавали их городским властям. А власти дробили эту красоту в щебень и мостили им улицы. Не пропадать же добру.

– Ничего себе, – удивилась Лиза. – Делать из статуи мостовые, это же очень дорого.

– Имперское казначейство может себе это позволить, – объяснил я. – А молодых талантов надо поддерживать. Рано или поздно они вырастают в настоящих мастеров, и вот тогда их работы находят лучшее применение.

Игорь Владимирович согласно кивнул.

– У Жадова есть в собственности несколько домов с мастерскими, – сказал он. – Возможно, какой-то из этих домов подойдет вам.

Он посмотрел на Лизу.

– Или у вас теперь другие планы, Елизавета Федоровна?

Не отвечая, Лиза взглянула на меня, и я весело покачал головой.

– Независимо от наших планов, Елизавете Федоровне обязательно нужна своя мастерская.

***

Глава 2

– Смешная фамилия у Жадова, – улыбнулся я, когда Игорь Владимирович уехал, и мы с Лизой остались вдвоем. – Хорошо подходит банкиру.

– Но не этому, – неожиданно возразила Лиза. – Григорий Павлович совсем не думал об украденных драгоценностях. Он беспокоился только о сыне.

Я легкомысленно пожал плечами.

– Он же сам сказал, что драгоценности застрахованы, и их стоимость возместит Имперское казначейство. Так что ему не о чем переживать.

Я прошелся по кабинету и убрал остатки бренди обратно в ящик.

– Что ж, раз взялись за дело, не будем откладывать его в долгий ящик.

С этими словами я плюхнулся в свое кресло и послал зов Мише Кожемяко:

– Привет. Слышал про ограбление ювелирной лавки на Главном проспекте?

– Конечно, слышал, – отозвался Миша. – Дело громкое. Все полицейское управление только о нем и говорит.

– А не ты случайно им занимаешься, дружище? – поинтересовался я.

– Нет, – с сожалением ответил Миша, – Степану Богдановичу повезло. Он был дежурным по управлению и выехал на вызов.

– Значит, дело ведет Прудников, – огорчился я. – Досадно.

– А почему ты заинтересовался этим ограблением? – насторожился Миша.

Я не видел причин скрывать от друга правду. Мише я мог доверять абсолютно.

– Ко мне обратился отец арестованного, банкир Жадов. Он не верит, что его сын мог сам подстроить ограбление. Мне показалось, что ему можно верить. Так что я решил взяться за это дело. Миша, я надеюсь, вы еще не отправили младшего Жадова в тюрьму? Он ведь сидит у вас в участке?