Алекс Рудин – Тайновидец. Том 11: След мертвеца (страница 6)

Глава 3

– Ну что, едем домой к Аладушкину? – спросил сам себя Никита Михайлович, трогая мобиль с места. – Он живет тут неподалеку, в переулке Приезжих Баронов.

– Забавное название, – улыбнулся я.

– А вы знаете, откуда оно взялось? – поинтересовался Зотов, выруливая на проезжую часть.

– Откуда мне знать? – удивился я. – До этой минуты я даже не слышал о таком переулке.

– За время Смуты ряды столичной аристократии основательно в пределе, – объяснил Никита Михайлович, – Кто-то погиб, кто-то отправился в ссылку. После того, как император победил, и в Империи установился мир, оказалось, что многие государственные должности просто-напросто некому занимать. И тогда в столицу толпой хлынули аристократы из захолустья. Им порядком надоело сидеть в своих медвежьих углах, и все они захотели оказаться поближе к императорскому двору. Нетрудно догадаться, что своего жилья в Столице у них не было. Поэтому они селились на съемных квартирах.

Никита Михайлович притормозил, пропуская веселую компанию, которая переходила улицу, не глядя по сторонам.

– А в этом переулке – он тогда назывался Садовым – один предприимчивый купец как раз построил два новых доходных дома. Вот он и принялся сдавать квартиры приезжим дворянам. Среди горожан долго ходила байка о том, что у него на каждом этаже живут по три графа и пять баронов. Потом и сам переулок стали называть переулком Приезжих Баронов. И название прижилось.

– Чего только не бывает на свете, – улыбнулся я.

А затем, пользуясь свободной минутой, послал зов Юрию Горчакову.

Мы с Юрием познакомились при не самых приятных обстоятельствах. Он нарушил имперские законы, пытаясь лишить магического дара своего брата.

Но все закончилось сравнительно благополучно. Юрий признал свою вину. Он понес наказание, и сейчас служил магом-менталистом при управлении Тайной службы. Это позволяло Юрию развивать свои способности и не нарушать при этом закон.

– Добрый день, Александр Васильевич, – ответил Юрий на мой зов. – У вас ко мне какое-то дело?

– И очень важное, – признался я. – Помощник господина Зотова с минуты на минуту должен привести к вам свидетеля – дворника из Таврического сада. Мы только что с ним разговаривали, и дворник очень напуган предстоящей проверкой у менталиста. Юрий Николаевич, я прошу вас обойтись с ним как можно мягче. Вы ведь сможете его успокоить?

– Разумеется, – серьезно ответил Юрий. – Я же менталист. Не беспокойтесь, Александр Васильевич, с дворником все будет в порядке.

– И очень вас прошу: не внушайте ему, пожалуйста, никаких ментальных установок, даже если вам покажется, что это для его же блага. Все-таки, причинять добро нужно только с согласия пациента.

– Разумеется, – ответил Горчаков. – Обещаю вам, что не стану ничего внушать этому дворнику. Вы же помните, один раз я уже попробовал, и последствия мне не понравились.

– Спасибо, Юрий Николаевич, – улыбнулся я. – Заезжайте как-нибудь ко мне на Каменный остров на чай с пирогами. Прасковья Ивановна изумительно печет пироги.

Юрий поблагодарил меня за приглашение, а затем извинился и закончил разговор. Оказывается, дворника уже доставили в управление.

***

Никита Михайлович свернул в узкий переулок, стиснутый высокими домами, и остановил мобиль возле тротуара.

– Приехали, господин Тайновидец.

Здания в переулке Приезжих Баронов выглядели хоть и не величественно, но вполне солидно. Фасады домов украшали фальшивые колонны и скульптурные изображения мифических существ. А большие окна намекали на то, что в здешних квартирах просторные комнаты с высокими потолками.

– Наверное, снимать здесь жилье довольно дорого? – предположил я.

– Так и есть, – кивнул Зотов. – Но господин Аладушкин три года назад выкупил свою квартиру у домовладельца.

– У служащих Министерства иностранных дел такое хорошее жалование? – удивился я. – Или Аладушкин получил богатое наследство?

– Ни то, ни другое, – покачал головой Никита Михайлович. – Я узнавал. Но откуда-то он взял деньги. Нам сюда.

И Зотов кивком головы пригласил меня в подворотню.

Из внутреннего дворика до нас долетели рассерженные голоса. Похоже, там о чем-то спорили. Миновав низкую арку, мы увидели, как солидный господин в черном пальто, похожий на адвоката, наседает на перемазанного углем истопника.

– Это безобразие, – кипятился он. – Я в полицию буду жаловаться. Дерут с жильцов такие деньги, и спрашивается, за что? За то, чтобы мы боялись спать по ночам? Имейте в виду, я этого дела так не оставлю.

– Да что же я могу поделать, господин Полуянов? – оправдывался истопник. – Мы с Егоркой уже и отраву по всем углам разложили, а они все шмыгают, проклятые.

– Так стреляйте в них из ружья! – не унимался Полуянов. – Сделайте хоть что-нибудь!

– В чем дело, господа? – сухо поинтересовался Зотов, подходя к спорщикам.

Полуянов живо обернулся и тут же попытался привлечь Никиту Михайловича на свою сторону.

– Крысы у нас в доме расплодились, вот в чем дело. Бегают по комнатам прямо среди белого дня. Домовладелец, видите ли, в отъезде, а его работнички ничего не могут поделать. А между тем эти противные твари напугали мою супругу и наверняка разносят какую-нибудь заразу!

– Откуда крысы? – нахмурился Никита Михайлович, сурово глядя на истопника. – Мусор редко вывозите?

– Ничего не редко, – отбивался окружённый стопник. – Вывозим, как положено. А вы сами-то, господа хорошие, кто такие будете? И что вам здесь нужно?

– Тайная служба, полковник Зотов, – бросил Никита Михайлович. – Мы к госпоже Аладушкиной.

Услышав про Тайную службу, господин Полуянов побледнел и как будто стал меньше ростом.

– Прошу извинить меня за эту безобразную сцену, господа! – изменившимся голосом сказал он. – У меня срочные дела.

С этими словами Полуянов стремительно скрылся в подворотне.

– Знаем мы эти дела, – мстительно бросил ему в спину истопник. – Порядочные семьи разрушать да денежки из клиентов тянуть.

– О чем это вы? – хмуро поинтересовался Зотов.

– Я про адвоката этого Полуянова, – с огромной радостью сообщил истопник. – Все знают, что он грязными делишками занимается. Бракоразводные процессы устраивает. А уж какими способами работает, стыдно сказать. Да вы наших жильцов порасспросите.

– Тайную службу это не интересует, – оборвал истопника Никита Михайлович. – У нас нет времени.

– А к ведьме загляните, – торопливо закивал истопник, – да расспросите ее как следует. Точно вам говорю, не без ее помощи господин Аладушкин пропал.

– Про какую ведьму ты говоришь? – стремительно обернулся Никита Михайлович.

– Ну как же, – изумился истопник. – Теща господина Аладушкина, госпожа Гюнтер. Она ведьма и есть. А вы не знали? Ходит вся в чёрном, а смотрит так, будто душу из тебя вынимает. Вчера на лестнице с ней столкнулся, так у меня сердце в пятки ушло.

– Хватит болтать! – второй раз оборвал Зотов говорливого истопника. – Займись лучше крысами, а я попрошу полицию проверить.

Он открыл дверь в подъезд.

– Александр Васильевич, вы идёте?

– Вы считаете, что теща господина Ладушкина занимается темной магией? – с интересом спросил я истопника. – И у вас есть какие-нибудь доказательства?

– Сами увидите, господа хорошие, – мрачно ответил истопник. – А только я вас предупредил.

Больше я ничего от него не добился и поспешил вслед за Зотовым.

Мы поднялись на второй этаж, и Никита Михайлович Вдавил кнопку звонка. В глубине квартиры раздался резкий скрежещущий звук.

Нам открыла горничная, похожая на тихую, перепуганную мышь.

– Прошу за мной, – не глядя в глаза прошептала она. – Господа примут вас в гостиной.

Я прислушался к ее эмоциям. Кажется, эту девушку уже давно мучил какой-то страх.

В гостиной было темно из-за наглухо задернутых штор. Магическая лампа под потолком едва светила.

В кресле возле чайного стола сидела довольно молодая женщина в черном платье с кружевным воротником. Ее лицо выглядело заплаканным. Веки опухли, а светлые волосы были небрежно собраны в прическу.

Рядом с ней сидел мужчина с такими же светлыми волосами. На нем был строгий черный костюм. Тонкие губы мужчины признательно кривились.

– Добрый день, – поздоровался Зотов, входя в гостиную. – Только что выяснились новые обстоятельства пропажи господина Аладушкина, и я должен задать вам несколько вопросов.

– А кто это с вами? – всхлипнула женщина.

– Граф Александр Васильевич Воронцов, – представился я. – Помогаю господину Зотову в расследовании. А вы госпожа Аладушкина?

– Моя дочь носит фамилию Гюнтер, – раздался из угла гостиной жёсткий властный голос.