Алекс Рудин – Тайновидец. Том 11: След мертвеца (страница 11)

Никита Михайлович жестко усмехнулся. Эта усмешка повергла Пряникова в ужас.

– Допустим, вы здесь ни при чем, – неохотно кивнул Зотов. – Но вы можете что-нибудь знать. Вот вам вопрос. Приезжал ли когда-нибудь к Аладушкину широкоплечий мужчина на сером мобиле?

– Сюда, в министерство? – окончательно запутался Пряников.

– Ну не домой же, – поморщился Зотов. – Разумеется, сюда.

– Так посторонних в министерство не пускают, – с облегчением сообщил Пряников. – Гвардейцы внизу у всех документы проверяют.

– Значит, необычных посетителей не было?

– Не было. – Пряников решительно замотал лысеющей головой, стараясь выглядеть убедительным.

– Допустим, – не желал сдаваться Никита Михайлович. – Поговорим о другом. Есть у вас здесь секретные документы?

– Есть, ваше высокоблагородие, – сразу же выпалил Пряников. – Только вы уж простите, но рассказывать о них я не могу. Не имею права.

– Это и не нужно, – успокоил его Зотов. – Где они хранятся?

– В сейфе Тимофея Григорьевича. Вот.

Пряников указал в угол кабинета. Там возвышался массивный сейф, выкрашенный серой краской.

– Ключ от сейфа у вас есть? – поинтересовался Зотов.

– Нет. – Пряников снова замотал головой. – Ключ только у Тимофея Григорьевича. А дубликат в канцелярии министерства. Но мне его не выдадут, не положено.

– Хорошо, – разочарованно поморщился Зотов. – А остальные бумаги? Те, на которых нет грифа секретно? Где они хранятся?

– В архиве, вот здесь.

Пряников показал на неприметную дверь, которая находилась за его спиной.

– Откройте, – распорядился Зотов, поднимаясь из-за стола.

– Сию минуту!

Пряников растерянно похлопал себя по карманам. Наконец он отыскал ключ и открыл дверь. В архиве пахло пылью и мышами. На стеллажах беспорядочными грудами громоздились папки с документами.

– Это что за бардак? – изумился Зотов. – Как прикажете здесь разбираться?

– Так, Тимофей Григорьевич здесь каждую папочку знает, – объяснил Пряников. – Если что понадобится, он мне так и говорит: Принеси-ка, Евсей, синюю папку с третьего стеллажа, она на второй полке лежит.

– Допустим, – согласился Зотов. – Может быть, Аладушкин здесь и разбирается. А вы?

– А что я? – снова испугался Пряников. – Мое дело маленькое – приказы исполнять.

– В таком случае, слушайте приказ. Даю вам два дня на то, чтобы навести в архиве образцовый порядок. Каждая бумажка должна лежать на своем месте. Так чтобы и ребенок разобрался. Если заметите, что какие-то документы отсутствуют, сразу же присылайте зов лично мне.

В голосе Никиты Михайловича зазвучал металл. Пряников выпрямился и попытался втянуть живот.

– Слушаюсь, ваше высокоблагородие.

– Два дня, – строго повторил Зотов. – Лично проверю.

Он взглянул на меня.

– У вас есть еще вопросы, Александр Васильевич?

Я пожал плечами.

– Только один. Господин Пряников, вы знакомы с супругой Аладушкина?

– Нет, – удивился Пряников моему вопросу. – Тимофей Григорьевич никогда не приглашал меня к себе домой.

– Жаль, – улыбнулся я. – Всего вам хорошего и спасибо за чай. Постарайтесь разобраться с документами как можно быстрее. Этим вы очень поможете следствию.

– Слушаюсь, ваше сиятельство, – повторил Пряников.

Затем через открытую дверь тоскливо покосился на стол, где остывал его недопитый чай.

***

– Вряд ли этот Пряников причастен к пропаже Аладушкина, – сказал Зотов, когда мы вышли из министерства и сели в мобиль. – Слишком уж он простодушен.

– Думаю, вы правы, – согласился я.

– Мне нужно вернуться в управление. Разберусь с текущими делами, подумаю над тем, что мы сегодня узнали. А вы чем займетесь, Александр Васильевич?

– Поеду домой, – улыбнулся я. – Темнеет, и Лиза ждет меня к ужину. К тому же я надеюсь, что сегодня меня навестит горничная господ Гюнтер. Может быть, она расскажет что-то интересное о своих нанимателях?

– Да, горничная, – вспомнил Зотов. – Хотел бы я допросить ее вместе с вами.

– Так приезжайте, – предложил я. – Задержу ее под каким-нибудь подходящим предлогом.

– Может быть, и приеду, – кивнул Никита Михайлович. – В любом случае, Александр Васильевич, я прошу вас подробно записать ее показания. И сразу же сообщить мне, если узнаете что-нибудь интересное.

– Конечно, Никита Михайлович, – улыбнулся я.

В этот момент мне прислал зов лично Его Величество Император.

– Добрый вечер, Александр Васильевич, – вежливо поздоровался он. – Мне нужно с вами поговорить. Когда вы сможете прибыть во дворец?

– Прямо сейчас, – удивленно ответил я. – Мне нужно минут десять, чтобы добраться.

– Замечательно, – обрадовался император. – Вас встретят и проводят в мой кабинет.

– Что еще случилось? – проворчал Зотов, глядя на удивленное выражение моего лица.

– Меня вызывает к себе император, – ответил я. – Видимо, что-то срочное. Подвезете меня во дворец? Вам же все равно по пути.

***

Почетный караул у дворцовых ворот пропустил меня без лишних вопросов. Придворный, который поджидал на крыльце, встретил едва ли не дружески.

– Прошу за мной, Александр Васильевич, – радостно улыбаясь, предложил он.

Кажется, я стал своим человеком в императорском дворце. Ну, надо же!

– Как здоровье тетушки императора? – весело спросил я, когда мы поднимались по мраморной лестнице.

Придворный чуть не споткнулся от удивления.

– Великая княгиня чувствует себя прекрасно, – дипломатично ответил он. – Прошу за мной, Его Величество примет вас в своем кабинете.

Стол в кабинете императора был накрыт к чаю.

– Присоединяйтесь, Александр Васильевич, – поздоровавшись со мной, предложил Его Величество.

– Благодарю вас от всей души, но вынужден отказаться, – улыбнулся я. – Меня угощали чаем господа Гюнтер, а затем господин Пряников – это помощник господина Аладушкина. Так что еще одна чашка в меня просто-напросто не влезет.

– Какая разнообразная у вас работа, – рассмеялся император. – А я, как видите, работаю прямо на дому, то есть во дворце. Это очень удобно, но временами скучно.

– Думаю, многие подданные Империи позавидовали бы вам, – стараясь сохранить серьезное выражение лица, ответил я.

– Уверен, вы правы, – расхохотался император. – Что ж, вижу, вы включились в расследование. Это очень хорошо. Важно найти Аладушкина как можно быстрее. У нас на счету буквально каждый день.

– Могу я спросить, почему это так важно? – поинтересовался я.