Алекс Рудин – Охота на кощея (страница 57)

Сытин держал на руках беспомощного Сеньку.

Эх, бля! Как удачно, что у него руки заняты! Не сможет пальцами щёлкнуть.

Везёт тебе, Немой! Не иначе, как боги на твоей стороне!

Рыжий охранник загромыхал ключами, и я приготовился.

Вот открылась тяжёлая дверь. Из-за неё повеяло жаром. Сухой пустынный ветер выдул в коридор облачко мелкого песка.

Давай, Немой! Перекидываемся!

В голове звонко щёлкнуло.

Я упал на четыре лапы и прошмыгнул в камеру демонов, чуть не сбив с ног Никиту Ильича!

Глава 28: Заманчивое предложение

Оказывается, кошачьи лапы ни хрена не предназначены для бега по песку! Тем более, по горячему, блядь, песку!

Песок обжигал подушечки лап, налипал на шерсть и забивался между пальцами. Я же потом лапы вылизывать заипусь!

Кроме того, я банально буксовал, а на поворотах меня заносило так, что только хвост помогал вырулить.

Бежать пришлось потому, что за мной гнался Сытин и орал:

— Немой! Стой, сука!

На бегу начальник Тайной стражи щёлкал пальцами левой руки. Это придавало мне дополнительную прыть. Как-то не хотелось останавливаться и проверять радиус действия сытинской магии.

Статую князя я уже изображал, и мне не очень понравилось. Играть статую бегущего с выпученными глазами кота у меня не было никакого желания.

Поэтому я увязал в песке, оставлял за собой облако пыли, но упрямо молотил лапами и бежал всё дальше и дальше.

Наконец, крики Сытина смолкли далеко за моей спиной. Я прислушался и решил, что можно сбавить скорость и оглядеться.

Песок к этому времени закончился. Я неторопливо трусил по растрескавшейся корке голой земли, которая здорово напоминала засохшую грязь. Тут и там попадались круглые лужи совершенно свежей, жидкой грязи. Лужи то и дело булькали, из них медленно поднимались и лопались гигантские пузыри. Горячий ветер провонял тухлыми яйцами.

Одна из луж вдруг зашипела. Из неё повалил пар, а затем в небо ударил столб воды и рассыпался обжигающе-горячими брызгами.

Я шарахнулся в сторону. Так и обвариться недолго, бля!

Не подбегая близко к лужам, я неторопливо трусил по грязевой пустыне, высматривая хоть какого-нибудь демона. Но пустыня была совершенно безжизненна. Даже ящерицы не попадались.

В одном месте по глиняному руслу сочился чахлый ручеёк. Я осторожно попробовал воду лапой. Тёплая, но не обжигает. В пасти давно пересохло, поэтому я наклонился к ручейку и лизнул воду языком.

Тьфу, бля! Рот наполнился тошнотворной солёной горечью. Меня чуть не вытошнило.

Отплевавшись, я взглянул наверх. В белёсом небе неподвижно висело тусклое солнце. Никакого потолка не было видно. Я сильно засомневался, что до сих пор нахожусь в княжеской темнице. Обстановка вокруг больше напоминала какой-то другой, совершенно ипанистический мир.

Стараясь не думать об этом, я упрямо бежал подальше от тюремного коридора и Сытина. Хер его знает этого колдуна — сколько времени ему понадобится, чтобы отыскать меня в этой камере! А мне ещё с демонами надо поговорить.

Вдали, у самого горизонта показалась чахлая пыльная зелень. Ветер переменился и дунул в морду прохладной влажной свежестью. Я почуял запах чистой воды и со свежими силами побежал дальше.

Зелень превратилась в высокие пальмы. Толстые чешуйчатые стволы еле заметно раскачивались на ветру. Широкие ажурные листья, казалось, царапали высокий небесный свод.

Под корнями одной из пальм пробивался родник и превращался в ручей с прозрачной водой. Я с разгону забежал в воду, лизнул её, и принялся жадно лакать. Вода была чистой и свежей. Не то, что тухлятина в пустыне!

Напившись, я выбрался на берег и завалился прямо в жёсткую траву. Лапы после пробежки гудели.

Шелестевшая на ветру пальма давала приятную тень. В этой тени лежали выбеленные солнцем кости какого-то рогатого чудовища. Судя по виду костей, при жизни оно было размером со слона, не меньше!

Жёстка трава так оплела кости, что они еле проглядывали под буро-зелёным покровом.

Я потянулся было языком, чтобы вылизать натёртые подошвы, но вовремя опомнился. Бля, так и одичать недолго!

Перекидываемся, Немой!

В голове звонко щёлкнуло.

Я с удовольствием потянулся, ощущая во всём теле приятную лёгкость. Последствия долгой пробежки исчезли бесследно. Значит, колдовство не только раны лечит!

Вот только жрать хотелось неимоверно. Попадись мне сейчас облезлая крыса, или лягушка — съел бы и не поморщился. Но вся местная живность куда-то попряталась.

Я с тоской взглянул на пальмы. Высоко под самыми листьями висели огромные грозди плодов, похожих на финики.

Похоже, придётся опять перекидываться в кота. Ну, а хер ли? Влезу на пальму, отгрызу гроздь плодов поаппетитнее. Потом слезу, перекинусь обратно и пообедаю. А на сытый желудок и демонов искать приятнее!

Сочинив этот план, я со вздохом поднялся с травы. Точнее, попытался подняться. Только ни хрена у меня не вышло!

Всего за несколько минут проклятая трава незаметно оплела мои руки и ноги. Она даже под рубашку пролезла, да так ловко, что я ничего не почувствовал.

Прямо на глазах гибкий стебель оплёл моё запястье и прижался к нему, словно родной! Бурая зелень порозовела, и потом стала наливаться бордовым цветом.

Э, бля! Да эта гадина кровь из меня пьёт!

Я рванулся изо всех сил и сумел вскочить на ноги. Стебли травы потянулись вслед за мной. Я выхватил меч и рубанул их, стараясь не задеть лезвием сухую твёрдую землю. Стебли посыпались на землю. Я увидел, что внутри они полые, словно трубки. Из срезов на землю сочились розовые капли.

Трава снова оплела мои ноги. Корень пальмы взрыхлил сухую почву и попытался обвиться вокруг меня. Я вовремя отпрыгнул в сторону.

Не, бля, так дело не пойдёт!

Я побежал к краю коварного оазиса, туда, где не было травы, а лежала только корка запёкшейся на солнце земли. Выскочил из-под тени пальм и погрозил мечом неизвестно кому.

Сука, изрубил бы за такое!

Там, где трава приникла к коже, остались едва заметные ранки. Они зудели, словно комариные укусы.

Не раздумывая, я отбежал подальше и перекинулся в кота. А потом сразу же — обратно. Когти и зубы — это хорошо, но меч надёжнее!

Вот только желудок теперь окончательно прилип к спине. В животе немилосердно бурчало и булькало.

А что делать, Немой? Придётся потерпеть! Самого не сожрали, и радуйся!

Оставшийся без добычи оазис словно подёрнулся дымкой. Он задрожал, и вдруг растворился в воздухе, словно его и не было никогда. Осталась только корка растрескавшейся земли, а на ней — побелевший скелет неизвестного чудовища.

Из пустой глазницы рогатого черепа показалась змеиная голова. Она внимательно посмотрела на меня и вдруг подмигнула блестящим зелёным глазом.

Еле слышно шурша чешуйками, змея принялась выползать из черепа. Зеленовато-бронзовое тело тянулось наружу и укладывалось аккуратными кольцами на сухой земле.

Ипать! Да как она там поместилась-то?!

Голова змеи поднялась вровень с моими глазами.

— Пришёл, князь? — спросила змея.

Я снова удивился тому, что слова она произносит чётко, без всякого шипения.

— Пришёл, — ответил я, настороженно глядя на змею.

Меч я убирать не стал. Не то, чтобы опасался нападения. Но на всякий случай, решил не расслабляться.