Алекс Рудин – Охота на кощея (страница 24)
— Да некогда мне, Марфа ждёт! — отозвался леший.
И нерешительно добавил:
— Ну, разве только кружку.
Мы выпили. Самогон горячим комком провалился внутрь. Горло обожгло. Изнутри пошло приятное тепло.
— Хорошо! — довольно сказал я.
Васило крякнул, вытер усы и с громким хлопком растворился в воздухе.
Духи возбуждённо перешёптывались.
— Ну, где там ваша пещера? — спросил я. — Показывайте!
Глава 12: Великий шаман
— Ты — великий шаман, Немой! — почтительно прошептал мне Айсак.
Мы уже третий час шагали по степи в направлении, которое было известно только духам. И это называется — «пещерка неподалёку»!
— С чего ты так решил? — поинтересовался я, утирая пот со лба.
— Я не знаю другого шамана, к которому являлись бы духи стихий, — ответил Айсак.
— А как обычно шаманы встречаются с духами?
— Обычно шаман просит духов принять его. И если они соглашаются — тогда он бьёт в бубен и пляшет в клубах священного дыма, пока не упадёт замертво. А его душа отправляется на встречу с духами и молит их о помощи.
— Утомительный способ, — удивился я.
— Да! — подхватил Айсак. — Не каждый шаман возвращается обратно на землю. И ещё ни к одному шаману духи не обращались за помощью сами.
Айсак помялся и добавил:
— Ты возьмёшь меня к себе в ученики, Немой?
Начинается, бля!
Я покачал головой.
— Нет, Айсак, не возьму.
— Почему? — огорчился шаманёнок.
— Компания у меня плохая. Всё время пьют, ругаются матом и кого-нибудь убивают.
— Я тоже научусь! — пообещал Айсак.
Я тяжело вздохнул.
— Именно этого я и боюсь.
— Не преувеличивай, Немой, — возразил сидевший на моём плече Мыш. — не все таковы, как ты рассказываешь. И даже люди.
— Прости, Мыш! — извинился я. — Но ты же понимаешь...
— Ну, пожалуйста, Немой! — заканючил Айсак.
— Ладно, — согласился я. — Под ответственность Мыша. Раз уж он так верит в людей.
— И в нечисть, — дополнил Мыш.
— Тем более, — легкомысленно заключил я.
Духи всё это время плыли впереди, не касаясь травы и совершенно не уставая.
Наконец, вдали показались удивительно плоские горы. Точнее, вдали они маячили уже давно. Но их синеватая полоска удачно сливалась с низкими облаками. Увлечённый разговором с Айсаком, я умудрился попросту не заметить их. И только когда практически перед носом открылись крутые склоны и узкие ущелья — обратил на них внимание.
Да, и горы, честно говоря, были невысокие. Два-три полёта стрелы, не больше. Склоны змеились потоками застывшей лавы, а верхушки словно кто-то срезал гигантским ножом.
Ещё через час мы подошли вплотную к горам. Вблизи было видно, что серые бока выкрошены ветром и дождями. В расщелинах поселилась не только трава, но кусты, и даже деревья.
— А что там, наверху? — спросил я духов.
Духи недоумённо переглянулись. Ну, или мне так показалось.
— Никто не знает. Мы никогда не бывали там.
Вот так. Выходит, не только люди ленивы и нелюбопытны.
— Показывайте — где пещера, в которой сидит ваш друг.
Духи показали на узкий проход, до самого верха заваленный огромными угловатыми камнями.
— Охренели, что ли? — изумился я. — А как я попаду внутрь?
Айсак только охнул. Видимо, на его памяти никто не разговаривал с духами так невежливо.
Духи снова переглянулись.
Бля!
Мне на мгновение показалось, что я различаю у них подобия лиц. Так скоро и по именам звать начну!
— Мы не подумали об этом, — хором признались они.
Я внимательно оглядел вход в пещеру. Сверху каменный завал не доходил до потолка. Похоже, некрупное животное вполне могло бы там пролезть.
Например, кот.
— Айсак, — сказал я. — достань из мешка ту стеклянную бутыль. Только осторожно, не разбей её.
Айсак развязал мешок и вытащил из него бутыль с самогоном. Я с тревогой наблюдал за его действиями, но не вмешивался.
А хер ли?
Если уж завёл себе помощника — так доверяй ему.
— Что там, Немой? — спросил Айсак, глядя, как я вытаскиваю тугую пробку.
— Волшебное зелье, — ляпнул я и сделал жадный глоток.
Потом увидел, каким взглядом Айсак смотрит на бутыль, и спохватился.
— Я пошутил. Это крепкий напиток. Он опьяняет и вредит здоровью. Если выпить слишком много.
— Как кумыс? — уточнил Айсак.
— Ну... примерно.
— А слишком много — это сколько?
Я пожал плечами.
— А хер его знает. У меня никогда это не получалось.