Алекс Рудин – Егерь-2: Назад в СССР (страница 8)

– Давай, Андрей Иванович, – кивнул генерал.

– Первое – вы привозите мне нормальный корм для собак.

– Хорошо.

– Второе – вы подыскиваете им постоянных хозяев.

Георгий Петрович приподнял бровь.

– Андрей Иваныч, ты – егерь. Не хочешь оставить хороших собак себе?

Я помотал головой.

– Нет. Неизвестно, как повернётся жизнь. А за животными нужен систематический уход. Их мало просто кормить – нужно выгуливать и натаскивать. Лайки – рабочие собаки. Грустно будет, если они превратятся в обычных дворовых псов.

– Согласен, – кивнул генерал.

– Третье условие – по окончании сезона, я сам решу, где буду работать. Как вы и сказали.

– Договорились. Ещё что-то?

– Да. В ближайшее время мне нужно съездить в Ленинград. Перевестись на заочное отделение и подыскать врача отцу.

– Что-то серьёзное? – спросил Георгий Петрович.

– У меня есть подозрения, – уклончиво ответил я.

Генерал несколько секунд испытующе глядел на меня.

– Хорошо. Будет тебе врач, самый лучший. Я договорюсь и позвоню тебе на неделе. И вот что. На двух обходах тебе будет тяжело. Я попробую помочь с транспортом. Ты вроде говорил, что умеешь водить машину?

– Умею, – кивнул я.

– Прекрасно! Значит, что-нибудь придумаем. Ну, что, по рукам, Андрей Иванович?

Георгий Петрович протянул мне ладонь.

– По рукам!

Мы обменялись рукопожатием.

– Слушай, Андрей Иваныч! – неожиданно сказал генерал. – А ведь сегодня суббота.

– Да.

Я непонимающе уставился на генерала.

– В клубе у вас кино, – улыбнулся он. – И танцы. А ты здесь торчишь по моей милости. Вот что! Отменяется твоя сегодняшняя работа! Как старший по званию, приказываю: хорошенько отдохнуть перед рабочей неделей, а с понедельника приступить к подготовке базы к приёму охотников. Как понял?

– Вас понял, товарищ генерал-лейтенант! – улыбнулся я. – Разрешите выполнять?

– Разрешаю, – кивнул Георгий Петрович. – Сержант!

Белобрысый сержант подбежал к нам.

– На сегодня отбой! Дождётесь машину – и мигом в расположение части. Дальнейшие приказы получите у командира.

– Есть! – козырнул сержант.

– Александр Сергеич! Извольте грузиться в машину! Отвезём товарища Синицына домой. Пусть отдохнёт перед трудной работой!

– Неужели согласился? – обрадовался Тимофеев.

– Согласился, – ответил я, не скрывая улыбки.

– Вот спасибо, Андрей Иваныч!

Тимофеев обрадованно пожал мне руку.

– Хорошие люди всегда договорятся! – наставительно сказал Георгий Петрович. – Рустам! Заводи! Едем в Черёмуховку!

Глава 4

Сегодня у Кати было очень важное дело.

Накануне Фёдор Игнатьевич ездил в Волхов. Между прочими заботами он по просьбе Кати заехал на улицу Ломоносова. Там он вошёл в чистый подъезд пятиэтажного дома, поднялся на третий этаж и позвонил в дверь, аккуратно обитую коричневым дерматином.

Когда дверь открылась, Фёдор Игнатьевич произнёс кодовые слова, которым научила его Катя. Через минуту председателю вручили большой, но лёгкий свёрток из плотной бумаги, крест-накрест перетянутый крепким шпагатом.

Спускаясь по лестнице, Фёдор Игнатьевич нёс свёрток на вытянутой руке, слегка отставив его от себя. Прежде, чем сесть в машину, он открыл правую дверь и торжественно положил свёрток на пассажирское сиденье.

Всю дорогу до Черёмуховки председатель поглядывал на свёрток, проверяя – не сползает ли тот с сиденья на ухабах тряской дороги. А когда добрался до деревни, то первым делом завернул к старухе Степановне, у которой Катя снимала комнату.

Катя встретила Фёдора Игнатьевича возле калитки. Видимо, она издалека услышала звук мотора и заранее вышла на улицу. Увидев в руках председателя свёрток, Катя радостно охнула, заулыбалась и чмокнула Фёдора Игнатьевича в щёку.

Председатель смущённо крякнул и покраснел от удовольствия.

– Спасибо, Фёдор Игнатьевич! – звонким от волнения голосом сказала Катя.

– На здоровье, дочка! – ответил Фёдор Игнатьевич. – Как тебе живётся? Не тесно? Говорил я в совхозе насчёт отдельной квартиры, но пока возможности нет. Вот в будущем году запланирован новый дом – там и справишь новоселье.

– Всё хорошо, Фёдор Игнатьевич! – ответила Катя. – Мы с Варварой Степановной живём душа в душу.

– Может, из мебели что надо? Или другое какое? Говори, не стесняйся. Я сейчас в город часто мотаюсь из-за этого убийства, будь оно неладно! Позавчера опять с Андреем Ивановичем ездили. Не поверишь – два часа следователь мурыжил!

Услышав про убийство, Катя зябко повела плечами. А Фёдор Игнатьевич продолжал, как ни в чём ни бывало:

– И на вторник снова пригласил. Подробности, вишь, ему нужны. Говорит – со временем в памяти могут всплыть мелкие, но очень важные детали происшествия. А то, что людей от дела отрывает – это он в толк не берёт. Ну, закон, конечно, важнее! Но ведь и дела кто-то делать должен. Да! Так что, поедем во вторник в город. А может, и ты с нами? Пробежишься по магазинам, прикупишь себе чего-нибудь.

Говоря это, Фёдор Игнатьевич как бы невзначай поглядывал на Катю.

Катя еле заметно покраснела.

– Не знаю… у меня ведь работа. Надо пациентов предупредить. Я подумаю. Спасибо, Фёдор Игнатьевич!

– Подумай-подумай! – кивнул председатель. – Ну, я поеду. Дел невпроворот, да и Мария Антоновна дожидается. Все глаза проглядела, наверное.

С этими словами Фёдор Игнатьевич уселся в машину и уехал. Он был очень доволен тем, что первая часть его хитрого плана удалась.

А Катя внесла свёрток в дом и положила его на кровать. Хотела сразу же развернуть, но сдержала себя. Кровать была слишком мягкой для задуманного, да и одинокая лампочка под потолком светила слишком тускло.

«Ничего и не разгляжу, пожалуй» – подумала Катя. – «Лучше уж завтра утром в медпункте. При утреннем свете».

В субботу Катя проснулась рано. Утреннее солнце ласково заглядывало в окно. На ветке яблони щебетала какая-то птица. Катя потянулась в постели и рывком отбросила одеяло.

Босиком, в одной длинной сорочке, прошлёпала к умывальнику и долго чистила зубы, жмурясь от холодной воды. Потом оделась и позавтракала творогом со сметаной.

О пользе белкового завтрака Катя вычитала в журнале «Фельдшер и акушерка», который получала ежемесячно и аккуратными стопками хранила в стеклянном шкафу в смотровой медпункта. Каждый номер Катя читала от обложки до обложки, а самые важные статьи перечитывала по многу раз, словно конспекты, и даже запоминала наизусть.

Как раз в шестом номере журнала за прошлый год и была статья за подписью доктора медицинских наук Добронравова, в которой автор утверждал, что завтраки кашами вредны и ведут к раннему ожирению. А вот белок, наоборот, чрезвычайно полезен с утра.

Катя не хотела столкнуться с ранним ожирением. Поэтому, прочитав статью, немедленно перешла с гречки и овсянки по утрам на творог и яйца.

Закончив завтрак, Катя сразу же сполоснула тарелку, чтобы не оставлять её на вечер. Сняла со шкафа заветный свёрток, прижала его к груди и выскочила на улицу.

Возле медпункта Катю уже дожидалась пациентка. Сорокалетняя женщина недавно перенесла воспаление лёгких. Из больницы её выписали, строго-настрого приказав продолжить курс витаминов внутримышечно, и теперь она каждое утро приходила в медпункт за очередным уколом.

– Доброе утро, Нина Фёдоровна! – поздоровалась Катя. – Как ваше самочувствие?