Алекс Рудин – Аристократ на отдыхе. Том 4 (страница 55)

— А где Семен? — спросил я. — Я назначил ему тренировку. Освободил время и жду.

— Он заболел, ваша милость, — отведя глаза в сторону, сказал Евграф Семенович.

— Неожиданно, — я пристально посмотрел на лавочника. — Мы с ним полчаса назад говорили по магофону.

— Вот после этого у него живот и скрутило. Съел, наверное, что-нибудь не то.

Евграф Семенович упорно не смотрел на меня.

— Это может быть что-то серьезное, — нахмурился я. — Сейчас позову Аркадия. Пусть съездит с тобой, осмотрит парня.

— Не надо, ваша милость! — замотал головой Евграф Семенович. — Я к нему уже городского лекаря вызвал.

— Ну, Аркадий лишним не будет, — возразил я. — Что-то я волнуюсь за парня. Позвоню ему, узнаю — как самочувствие.

— Да он в постели лежит, ваша милость!

Но уже набрал номер Семена. И в упор посмотрел на лавочника, в кармане которого зазвонил магофон.

— Жена, наверное, — забормотал Евграф Семенович. — Я ей потом перезвоню.

Я дал отбой, и магофон в кармане лавочника тут же умолк. Прищурившись, я снова набрал номер, и опять раздалась веселая мелодия.

— Зачем же ты у сына магофон забрал? — поинтересовался я. — А если ему хуже станет? Как он врачу позвонит, или тебе?

— Случайно получилось, наверное, — пробубнил Евграф Семенович, уставившись в пол. — Да там жена с ним. Она позвонит, если что.

— Давай, рассказывай, — предложил я. — Не трать мое время. Что у вас случилось?

— Да ничего не случилось, ваша милость! Это наше дело, мальцевское. Вас оно не касается.

— Что ж мне, пытать тебя, что ли? — вздохнул я.

При этих словах Евграф Семенович втянул голову в плечи. А рыжую бороду, наоборот, воинственно выпятил.

— Ладно, — кивнул я. — Заводи машину. Поеду с тобой в город, сам поговорю с Семеном. Он мой ученик, я за него отвечаю.

— Он мой сын! — выкрикнул Евграф Семенович.

И тут же опомнился.

— Простите, ваша милость!

— Заводи! — строго напомнил я.

— Да не нужно вам время тратить. Здоров он. Это я запретил ему к вам приезжать. И магофон отобрал.

— Почему? — спросил я.

— Потому что он совсем с ума сошел с этой магией! Собирается в Столицу, хочет в Императорскую академию поступить.

— И что в этом плохого? — не понял я.

— А кому я дело передам, если Семен магом станет? Другого сына у меня нет!

— Понятно, — кивнул я. — Идем со мной, Евграф Семенович.

— Куда? — насторожился Мальцев.

— Поговорим. Иди за мной.

Я чуть повысил тон, и это подействовало на Мальцева как удар. Он даже вздрогнул.

Не оглядываясь, я пошел по дорожке к пруду. Евграф Семенович шел за мной.

— Присаживайся, — кивнул я на скамейку, которую плотники поставили на берегу пруда. — Расскажу тебе одну историю.

Мальцев послушно опустился на скамейку.

— Я родился в этом доме больше ста лет назад, — я кивком указал на островерхую башенку, которая торчала из-за высоких яблонь. Мой отец был Одаренным. Больше того — он был ликтором. Знаешь, что это такое?

Евграф Семенович молча кивнул.

— Он получил титул барона за то, что всю жизнь служил Ордену Ликторов и императору. И хотел, чтобы я продолжил его дело.

Евграф Семенович хмуро смотрел на меня, зажав ладони между коленей.

— Меня он не спрашивал, — усмехнулся я. — Просто решил, и все. Но в пять лет у меня не появился магический Дар. И мой отец сильно расстроился. Он до того обиделся на судьбу, что перестал меня замечать. Как будто я был в чем-то виноват перед ним. За два года он ни разу не спросил, как у меня дела.

— Я не знал, ваша милость, — пробормотал Евграф Семенович.

— Ты слушай дальше. Магический Дар неожиданно проявился через два года. И отец тут же отправил меня в Орден Ликторов. На тридцать лет. И снова не спросил, хочу ли я этого.

Я подобрал небольшой камешек и швырнул его в пруд. По воде пошли круги.

— Тридцать лет — это очень много, Евграф Семенович. Для обычного, неодаренного человека это большая часть жизни. И мой отец за меня решил, на что я должен потратить эти годы.

— Вы разозлились на него? — спросил Евграф Семенович.

— Не то слово, — скривился я. — Ладно, это было давно. Знаешь, мне повезло. Служба в Ордене Ликторов оказалась моим призванием. А если бы не повезло? Раз или два раза в год — как получалось — я приезжал домой. Подолгу разговаривал с мамой. Узнавал, как дела у младшего брата. Старался чем-то помочь ему, подсказать. Но с отцом я не разговаривал никогда.

— Я понял, господин барон, — медленно сказал Мальцев.

— Надеюсь, — кивнул я. — Разберись в себе, Евграф Семенович. Ты ведь тоже когда-то хотел стать магом.

Мальцев снова вздрогнул и опустил голову.

— Но не стал, — хрипло сказал он. — Дара не было. Пришлось идти в лавочники.

— Не всем быть магами, — ответил я. — Ты хорошо знаешь свое дело. Можешь гордиться собой. А у Семена есть Дар. Дай ему самому решить, ладно? И просто порадуйся за сына.

— Я понял, — повторил Мальцев.

— Тогда поезжай, — кивнул я. — Спасибо, что привез продукты.

Звук мотора медленно удалялся — это печальный Мальцев ехал навстречу разговору с сыном. Я надеялся, что он меня понял.

Я остался сидеть на скамейке у пруда, наслаждаясь редкими минутами безделья. Толстобокий карась лениво плеснул среди широких листьев кувшинок. Я опустился на колени и сунул руку в воду. Пошевелил пальцами, и через секунду в ладонь ткнулась холодная рыбья морда. Я сжал пальцы и вытащил карася из воды. Карась негодующе смотрел на меня.

— Что смотришь? — ухмыльнулся я. — На сковородку тебе пока рано. Сперва подрасти.

Я отпустил карася обратно в пруд. Ничего он не подрастет — в маленьком водоеме не бывает крупной рыбы. В природе все устроено разумно.

Кроме некоторых Одержимых.

— Никита, к усадьбе кто-то крадется, — предупредил меня Умник.

Зоркий ястреб с раннего утра до ночи кружил в небе над поместьем.

— По дороге? — насторожился я.

— Нет, со стороны реки. Он прячется за кустами и идет медленно. Прогнать его? Я могу позвать демонов.

— Не надо, — решил я. — посмотрим, кто это и что ему надо.

Я был дома, поэтому никакой опасности не было.

Чуть повернув голову, я искоса следил за тропинкой, которая вела к реке. При этом я сидел неподвижно, и меня заслоняли низкие ветки яблони.