Алекс Рудин – Аристократ на отдыхе. Том 3 (страница 27)

Он по-свойски толкнул меня локтем в бок.

— Похоже, она в тебя влюбилась. Ничего другого в голову не приходит.

— Почему нет? — улыбнулся я, прислушиваясь к голосам Киры и Колумбыча, которые доносились из рубки.

Кажется, девушка устроила капитану хороший разнос.

— Давай, выпьем! — предложил Барятинский и вытащил из-за пазухи бутылку шампанского.

— Ты где ее взял? — удивился я.

Я начал всерьез подозревать, что в Гришу тоже воплотился демон — ловкий демон-алкаш, который способен достать спиртное, откуда угодно.

Барятинский сорвал с горлышка бутылки проволочную закрутку. Пробка выстрелила в небо, едва не зашибив пролетавшую мимо чайку. Чайка пронзительно покрыла нас матом на своем птичьем языке и шарахнулась в сторону.

— Держи!

Князь протянул мне открытую бутылку, и я сделал большой глоток.

Шампанское приятно защипало язык.

Ксантипп внутри меня радостно икнул.

С Охтинских верфей мы уехали только через два часа. К этому времени на пароходе уже появились первые бригады рабочих, и ремонт закипел. На моих глазах один из подрядчиков вальяжной походкой поднялся по трапу и вошел в рубку. А через десять минут выскочил оттуда, как ошпаренный, бормоча:

— Только не Белова! И угораздило же меня связаться с этим пароходом!

Он скатился по трапу, на ходу вытирая вспотевший лоб носовым платком, и поспешил скрыться.

— Похоже, у тебя отлично получается, — подмигнул я Кире, когда девушка снова появилась на палубе.

Колумбыч шел за ней, как паж за императрицей и восхищенно показывал мне большой палец — так, чтобы Кира не видела.

— Стараюсь, — улыбнулась девушка. — Едем? Мне еще нужно составить наше соглашение и успеть в суд — прижать одного мошенника.

— Идите, — кивнул я. — Я вас догоню.

Глядя, как Барятинский и Кира спускаются по трапу, я достал магофон и набрал Илью:

— Здорово, Илюха! Я согласен тебе помочь.

Глава 10

Утреннее солнце снова застало меня в лаборатории Вознесенского. Я качался — во всех смыслах.

Раскачиваясь на стуле, я создавал очередной эфирный накопитель, и этим прокачивал магию Жизни.

Кропотливая работа увлекала не меньше, чем тренировки с оружием или боевой магией. Мне всегда нравилось открывать для себя новые возможности, чувствовать силу и уверенность в том, что я могу справиться с чем угодно.

Сегодня я решил заполнить накопитель магией электричества. А в качестве основы я выбрал разряженный накопитель для магофона. Никакой необходимости в этом не было, но я хотел проверить, будет ли накопитель работать. Проверить сам, без помощи Вознесенского.

Обычная медная пластина толщиной в мизинец, немного магии

Сегодня плетение из серебристых магических нитей наматывалось куда проще, чем в первый раз. Витки ложились ровнее, в них появилось даже некоторое изящество.

Может, создавать артефакты — мое второе призвание после убийства демонов?

Подумав так, я усмехнулся.

Это захватывало, это было круто! Даже если для этого надо упорно сидеть за столом в то время, как за окнами лаборатории светит солнце, а по мокрой от росы траве носится счастливый медведь.

Медвежонок сновал по саду не просто так. Я поручил Потапу с Умником обыскать всю территорию вокруг особняка. Вдруг старому артефактору подбросили еще магических змей?

Меры безопасности никто не отменял. Я сделал графу Орлову внятное предупреждение, и хотел быть уверен, что граф меня услышал.

Пухлый зад Потапа так и мелькал среди деревьев.

Кстати, когда он успел растолстеть? Помнится, когда я забирал Потапа у цыгана, медвежонок выглядел тощим и нескладным. А сейчас — настоящий меховой шар, ловкий и проворный.

Похоже, Прохор его откормил, больше некому. Несмотря на несносный характер, старик подружился с медвежонком и каждое утро выносил ему ведро овсяной каши на молоке. А еще мясные обрезки, которые Прохор покупал в лавке.

Тут кто угодно растолстеет!

— Умник, что у вас? — спросил я демона-менталиста. — Есть что-то подозрительное?

— Никаких следов магии, Никита, — доложил демон. — Только Потапу жарко. Можно, мы искупаемся?

— Валяйте! — улыбнулся я.

Медвежонок галопом промчался мимо старой берез и с разбега рухнул в стоячую воду. Испуганные лягушки сиганули во все стороны.

Глядя на Потапа, мне тоже захотелось отложить кропотливую работу и нырнуть в пруд. Ну, и что, что там полно тины и головастиков?

Зато вода прохла-а-адная!

Накупаться бы вдоволь, а потом вытряхнуть воду из ушей, растянуться на траве и, прищурясь, смотреть в синее небо.

Хорошо!

Я тряхнул головой и принялся плотнее наматывать магические нити. Еще один виток, и все — плетение готово.

Осталось зарядить его энергией. Самая важная часть работы.

— Киловольт, — позвал я. — Ты готов?

— Готов, — проворчал демон Молнии.

Его голос напоминал далекие раскаты грома.

— Давай, только осторожно. Не переборщи.

Мои пальцы заискрили, послышался треск, в воздухе запахло озоном.

— Эй! — успел сказать я, а больше ничего не успел.

Потому что бахнуло!

Да так, что меня отбросило к стене, а в окнах жалобно зазвенели стекла. На деревянном столе появилась некрасивая черная подпалина, а медная пластина расплавилась.

Запахло горелым деревом.

— Каких демонов, Киловольт! Просил же осторожнее!

— Случайно получилось, — сконфуженно объяснил демон.

Самое распространенное объяснение.

Я весело хмыкнул — не злиться же на демона. Годами он вкладывал всю силу в каждый разряд, чтобы сделать его убийственным. Трудно сразу преодолеть давнюю привычку.

Стол тлел и дымился. Я накинул на него первую попавшуюся тряпку, и бросился открывать окно.

Фух, свежий воздух!

В коридоре послышались торопливые шаги, и в лабораторию ворвался Вознесенский. За ним, не отставая ни на шаг, бежал Прохор.

Старики даже про болезни свои забыли — вон, как резво примчались!

— Жив? — выкрикнул старый артефактор.