Алекс Рубин – После развода. Няня по принуждению (страница 7)
– Да… теряю квалификацию… – бормочет под нос, но я успеваю заметить, как кривятся в усмешке красиво очерченные губы.
Не успеваю и глазом моргнуть, как Рошилов уже оформил покупку и закрыл ноут.
– Через час привезут. И чтобы не было вопросов. Я не желаю, чтобы няня моего единственного сына выглядела как… – он спотыкается, видно не может подобрать приличное слово. – Как бедная родственница.
– Нормально я выгляжу, – не собираюсь я молчать.
– Вот именно! Нормально! А будешь на отлично. Короче, не спорь со мной, чудовище. Посиди тихонько, мне нужно поработать.
– Вы бы мне о сыне рассказали, – бурчу недовольно. – Сколько ему, какие проблемы есть, на что обратить внимание, когда…
– Завтра! Все завтра.
Отворачиваюсь и показываю язык. Устраиваюсь с телефоном на широком низком подоконнике. Здесь лежат мягкие подушки, пледик. Рошилов стучит по клавишам, потом кому-то звонит, тихо ругается, опять стучит… и я незаметно для себя засыпаю.
Глава 10
– Белль! Белка! Открой дверь! Это курьер, – голос Рошилова выдергивает меня из сказочного сна, в котором я разговариваю с бабушкой. – Ты плачешь?
Вытираю мокрые щеки тыльной стороной ладони. И правда, плачу.
– Это во сне.
Забираю три больших пакета и возвращаюсь в комнату. За окном сумерки. Это я неплохо так поспала… Ставлю пакеты возле дивана, не знаю, что делать дальше. Ситуация какая-то дурацкая!
– Что стоишь? – смотрит на меня с интересом работодатель. – Примеряй!
– Сейчас?
– А когда еще? Вдруг не подойдет, тогда вернем.
А где? Оглядываюсь. В этой квартире нет ни одного закутка куда можно спрятаться. Даже помещение джакузи с прозрачными перегородками! Рошилов наблюдает за мной с заинтересованностью. Уверена, он со мной играет. Весь день играет! И покупка одежды тоже игра, хочет посмотреть на мои реакции, психолог чертов!
– Кстати, а где у вас туалет? – задаю вопрос, который господин дизайнер от меня точно не ожидает. – Что вы так смотрите? Я пока еще не нуждалась, а вот теперь очень надо!
Смотрит, молчит, переваривает.
– Дверь у входа в квартиру.
За неприметной дверью, которую я приняла за еще одну гардеробную, находится весьма большая и удобная ванная комната. Душ, унитаз, стиральная машинка на ней стоит сушилка, шкафчики… Все красиво, функционально и очень стильно. А что я ждала, что Рошилов в джакузи нужду справляет?
Смотрю на себя в зеркало. Этакая наивняшка перепуганная. Да уж, Белка, ты тоже все время носишь маски. Заботливой жены, исполнительной подчиненной, верной подруги, внимательной к окружающим девочки… С некоторыми ты уживаешься, от некоторых тебя тошнит. Маски скрывающее истинную суть за слоем улыбок и ласковых слов. Пожалуй, только бабушка знала, какая я настоящая. Брошенный ребенок. Недолюбленный, недоласканный, обиженный. С кучей комплексов и завистью к одноклассникам, кто жил с нормальными родителями. Раньше я думала, что найду мужчину, выйду замуж, рожу детей и буду абсолютно счастлива. У меня будет дом, полный холодильник, муж, который будет обеспечивать семью, а не пропивать все до последней копейки. Я думала, что главное – это деньги. Если есть они, то счастье обеспечено. Ведь нормально питаться, одеваться в новое, спать на чистой постели, это то, что делает людей счастливыми.
Наивная глупая Белка. Счастье – это совершенно другое. Счастье – это когда есть тот, кто думает о тебе, когда тебя любят просто за то, что ты – это ты.
Брызгаю в лицо водой. Что-то сон выбил меня из колеи. Недаром бабушка всегда говорила, что спать на закате – зло.
Всматриваюсь в отражение. Все в прошлом! Сейчас я не подросток, а взрослая женщина с профессией и хорошей работой. Прорвемся!
Слышу стук костылей и голос Рошилова:
– Чудовище, у тебя все нормально?
– Да. Сейчас приду!
– Я ужин заказываю, ты пиццу будешь?
– Буду!
Улыбаюсь чему-то и возвращаюсь в комнату. Небесно-голубые глаза смотрят изучающе, напряженно и очень внимательно.
– Что тебе приснилось? – спрашивает Антон. Он сидит на диване, закинув ноги на низкий пуфик. – Почему плакала?
Сажусь напротив него в кресло и честно отвечаю.
– Бабушка приснилась. Словно мы у нее в кухне сидим за столом. У нее стол был застелен клеенкой. Знаешь, такая, в клеточку и цветочки. Чай она заваривала в стареньком заварнике от сервиза с васильками. Чашки бабушка не признавала, чай пили всегда из стаканов с подстаканниками, как в поезде. Она проводницей была, с тех пор привычка и осталась. Блинчики с яблочным вареньем… Смотрит на меня жалостливо и ничего не говорит. А я спрашиваю, бабушка, как ты? Кушать есть? Пенсии хватает? А она только улыбается… И я вспомнила, что нет ее больше. – Задираю голову, чтобы слезы не пролились. – Одна я. Совсем одна.
Молчим. Антон не утешает и я ему за это благодарна, а то опять разревусь.
– Но ведь причина не в бабушке, да? – вдруг говорит он. – Она ведь ушла год назад, у тебя было время смириться.
– И в кого вы, Антон, такой догадливый? – бурчу.
– В маму, – широко улыбается он. – Она у меня на следователя училась, правда не работала ни дня по профессии, но все же… Знаешь, Белль, я верю в реинкарна́цию души. Твоя бабушка в лучшем мире переродилась. И все у нее отлично. А со всем остальным ты справишься. Так что, хватит строить из себя несчастную. Давай, примеряй! – И он кидает в меня черным платьем.
Все оказывается не настолько ужасно, как я себе представляла. Ничего лишнего Антон не заказал. Брюки, блузки, кофточки, юбки, платья, свитшот… Никакого белья, к счастью, нет.
И размер угадал. Он сразу же говорит, что с чем нужно комплектовать и я раскладываю одежду разными стопками. Мне все очень нравится, но делаю вид, что мне все равно, потому что испытываю, что-то сродни смущению. Да, в контракте написано про спецодежду, но это ведь не она!
– Завтра надень коралловое платье. Выезжаем в семь утра, так что подъем в шесть.
Киваю. Хозяин – барин.
А потом приносят пиццу, мы ужинаем, после чего Антон говорит, где мне взять постель и где я могу себе постелить. Сам же садится работать за большим столом. Там стоят два монитора и лежат какие-то странные гаджеты.
Переодеваюсь в пижаму и залезаю под одеяло. С моего дивана видна спина Рошилова и я любуюсь им потихоньку. Красивый все же у меня работодатель и не такой уж козел, как показался мне при первой встрече.
На новом месте сплю плохо, несколько раз просыпаюсь и вижу, что мужчина все еще работает. Смотрю на часы, четыре утра.
– Антон, вы бы поспали хоть пару часов, – говорю тихонько.
Дергает плечами и ничего не отвечает. Закрываю глаза и… звонит будильник…
Глава 11
Я опять за рулем. Но сегодня машин на улице мало, а за городом я даже разрешаю себе немного добавить скорость. Антон мне не мешает, он вбил адрес в навигатор и сразу же заснул на заднем сидении.
Кошусь на него в зеркало. Под глазами видны тонкие уставшие морщинки, веки припухшие и красные, он так и не лег спать, зато утром на рабочем столе я нахожу аж семь чашек из-под кофе! Разве можно так относиться к собственному здоровью? Но когда я пытаюсь высказать это вслух, получаю резкий ответ, что из-за меня он не укладывается в сроки, а это потеря репутации, но таким лохушкам как я этого не понять. Сказано это было, конечно, другими словами, Рошилов ни разу не опустился до оскорблений, но смысл от этого не меняется!
Подъезжаю к шлагбауму, торможу и кожей чувствую, как по мне скользит невидимый луч охранной системы, минута и шлагбаум поднимается, машина въезжает на территорию поселка.
Я такое только в кино видела. Но глазеть по сторонам боюсь, еду аккуратно, вцепившись побелевшими пальцами в руль. Возле некоторых домов стоят такие машины, что если я, увлекшись созерцанием заборов, поцарапаю хоть одну, то пожизненное рабство мне обеспечено. Приближаюсь к огромным деревянным воротам, украшенным ковкой с геометрическими узорами.
– Заезжай на территорию, – зевает Антон.
Камера над воротами моргает и нас запускают внутрь. По выложенной плиткой дорожке еду на закрытую стоянку. Паркуюсь рядом с монструозным черным джипом и белым минивэном.
Выхожу первая и оглядываюсь по сторонам. Газоны, по краям – низкие деревья, а впереди шикарный особняк и сразу понятно, что Антон Рошилов действительно знаменитого дизайнера, чей дом в стиле современного минимализма с нотками роскоши – что-то неземное. Большие окна, стеклянные стены, террасы из теплого светлого камня и все это настолько идеально вписано в ландшафт, что кажется, будто дом не строили, а вырастили, как экзотическое растение.
– Нравится?
Рошилов открыл дверцу и с интересом следит за мной. Быстро захлопываю рот и делаю вид, что я в таких домах каждый день бываю.
– Красиво. Очень, – отвечаю честно.
К нам уже спешит солидный пожилой мужчина в строгом темно-синем костюме, он толкает перед собой кресло на колесах, близнец того, что мы оставили на нижнем ярусе городской парковки.
– Добро пожаловать домой, Антон Тимофеевич, – говорит мужчина без улыбки и одним легким движением пересаживает Рошилова в кресло, а потом бросает в гарнитуру короткую команду.
Через минуту к нам подбегает еще два парня в черной форме с эмблемой ЧОПа. Один забирает мой чемодан и сумку Антона, второй берется за ручки кресла. Такой солидной компанией мы и следуем в дом.
– Юрий Петрович, что нового? – спрашивает Антон у пожилого мужчины.