Алекс Рок – По прозвищу «Сокол». Том 3 (страница 2)

Выскочить, взмахнуть рукоятью пистолета, оглушить ударом по затылку, после взять в силовой и швырнуть оземь, лишить оружия, выстрелить в лицо. Инфовизор такого нахальства не выдержит.

Хорош план, да как осуществить? Стоило мне двинуть ногой, как под сапогом захрустела пыль. От ушей недруга не ушло, принялся разворачиваться в мою сторону.

С трудом подавил в себе отчаянный позыв бежать без оглядки. Насколько же сильно успел привыкнуть к защитной экипировке!

Спасение явилось сверху. Грохот, возня, хлопки ничем не приглушëнных выстрелов. Несчастный посмел отвлечься на них, а для меня это стало сигналом.

Пан или пропал.

Грудь в крестах, или голова в кустах.

Сшиб его с ног, врезавшись всем телом. Он вскинул руки, выпуская из них оружие, мне удалось застать его врасплох. Под маской, за жëлтым стеклом инфовизора, казалось, видел исказившееся от безмолвного ужаса лицо.

Рукоять пистолета обрушил, словно молот, из широко распахнутого рта мне в лицо брызнуло кровью. Не обратил на это внимания, вторым ударом заставил боевика навеки умолкнуть. Он забился в предсмертных судорогах.

Адреналин щекотал нервы. Не помнил, когда подобрал ПП, как пересëк расстояние до лоджии. Не было куртки, скинул где-то по дороге, ту же участь разделила и любимая шапка. Оружие повисло на тактическом шершавом ремне, тканевой основой вгрызаясь в плечо. Двадцатизарядный "Эльф". Откуда только вытащил это старьë? Из музея?

Неудобный короб треугольного глушителя колотил по лопаткам при каждом движении. ПП предполагалось таскать в специальном чехле, а не вот так, как я.

Но жаловаться не приходилось.

Наверху всë ещë слышна была возня. Я запрыгнул на перила лоджии, ухватился руками и подтянулся. Мешала мерзкая наледь, кусая пальцы, угрожая скинуть вниз. Казалось, чуял, как ломались собственные ногти.

В борт лоджии сверху врезалось тело. Кто бы ни был по ту сторону, он двинул несчастному ещë разок, помог перекинуться через перила. Нелепо взмахнув руками, несчастный вскрикнул, падая вниз, чудом не зацепив меня.

Я подтянул собственное тело, перемахнул через борт, коснулся твëрдого пола. Приятно было вновь чувствовать его под ногами.

Рядом валялся труп. Прислонившись к стене, скрючившись в неестественной позе, он истекал кровью. Взор стеклянных глаз за линзами инфовизора был устремлëн в вечное никуда. Такой же, как у меня "Эльф" сиротливо валялся рядом с правой рукой.

Я действовал. Нагнулся, на ходу подхватывая магазин из его подсумка. Если судить по весу, в моëм максимум половина запаса. Не знаю, что здесь творится, но негусто.

Я нырнул внутрь недостроенной квартиры. В ноздри ударил едкий запах нитрокраски и раствора на кадоминовой основе. Строительные боты, что укладывали поперечные стены, зловеще сверкали красными светодиодами во мгле.

Возникший передо мной боевик был немало удивлëн. Лунный свет ворвался внутрь, мазнул по его силуэту. Красная взъерошенная(распаренная, обалдевшая?) рожа, струйка крови под носом, надорванное левое ухо. Держал в руках собственный, невесть зачем снятый шлем.

Он не успел и рта раскрыть, как я выдал очередь. Затвор защëлкал, компенсатор приклада сожрал отдачу. Вскинув руки, несчастный сделал шаг назад, прежде чем завалился на спину. Броня у него хорошая, да я ведь стрелял почти в упор. Не выдержала, треснула. Убитый закатил глаза…

Шорох возни в соседнем отсеке. Я сдавил спусковой крюк, запоздало вспомнив, что там может быть Роман. Оставалось надеяться, что он для госпожи удачи дороже родного сына.

Ждать не стал, отстегнул опустевший магазин, отступив на пару шагов назад. Натянул на себя боевой шлем, инфовизор был уже включён на ночной режим.

Стало светлее, словно днëм. Я перезарядился, дëрнул затвор, загоняя патрон в ствол.

Возня затихла, я поднял взгляд.

Увидел детектива. Выпрямившись, тот рукавом утирал кровь. Бросил на меня изучающий взгляд. Я не сразу заметил боевой клинок в его ладони.

– Алексей, вы? – выдавил он из себя, слова давались ему с трудом. Рядом с ним покоилась хламида, боец был одет невесть во что. Три пулевых отверстия в спине. Ого, всю очередь прямо в него засандалил!

Везëт!

– Что здесь творится? Я ожидал встретить бандитов, может быть, "Лодырей", но точно не вооружëнный спецназ. Сколько их тут?

– Четверо, один вниз ушëл.

– Не ушëл, – мрачно буркнул ему в ответ. Роман качнул головой, тяжко дыша, согнулся, и его вдруг стошнило кровью. Я понял, сейчас начнëт сползать на пол. Вмиг оказался рядом, придержал за шиворот.

Помог сесть.

– В живот? – спросил у него. – Куда?

– Здесь. Чуть ниже лёгких. Сам подставился.

Я сунул руку в карман. Как бы Роман ни противился, а время было вызывать скорую с полицией. От волнения я и забыл, какая судьба постигла мой смарт.

Захотелось сплюнуть, не стал себя сдерживать.

– Есть у вас при себе труба?

Он тоже покачал головой, усмехнулся. Кивнул в сторону окна. Я не сразу сообразил, а он таким образом намекнул(дал понять), что выкинул его при первой возможности.

– Говорить можете?

Роман вместо ответа харкнул сгустком крови, словно собственные внутренности отплëвывал. Коснулся его лба, несчастного колотила лихорадка. Рану требовалось как можно быстрее перевязать, пока не пошло заражение.

Роман покачал головой, едва выдавил из себя, отложив нож в сторону: – На этаж… выше… сумка. Увидите…

Его минималистичная манера выражаться вышла на новый уровень, но я просто кивнул.

"Эльфа" из рук не выпускал. Это он думал, что поганцев было четверо. Кто сказал, что на меня не выскочит пятый? Спокойствия ради, поднявшись выше, я выдал короткие очереди по самым тëмным углам. Пусто.

Только сейчас понял, что по таким указаниям что-то искать – всë одно что копошиться с поиском иголки в стоге сена, но удача сегодня и правда была на стороне детектива. Заглянул в квартиру, что была справа от лифтового короба и увидал сумку.

Потрëпанную, но не вымазанную в строительной пыли. Точно его. Внутри не пахло сокровищами: пара магазинов для польского Р-224, россыпь патронов для револьвера в промасленном пакете. Бумаги, шарф, влажные салфетки – всë не то!

Наконец наткнулся на бинты-наномед. Улыбчивая сестра милосердия с обëртки обещала и снять боль, и снизить температуру. Продукция Сорорита-течнолоджи всегда славилась заверениями.

Несбыточными.

Нам сейчас было не до жиру.

Что брать не знал. В медицине у меня познания лишь с боевых курсов, больше надежд возлагал на санинструктора. Будем надеяться, Роман сам неплохо шарит во всех таблетках, что были в медицинском отсеке.

– Вот, – протянул ему. А детектив предусмотрительный. Мятая пластиковая бутылка с водой барахталась на самом дне. – Может, наконец объяснишь, что здесь произошло?

Он кивнул, но говорить не спешил, ему всë ещë больно. Словно умалишëнный, он принялся распечатывать один блистер за другим, я зажмурился.

Кажется, ночка будет непростой…

Глава 2

Я боялся, он забудется рваным сном, провалится от всего принятого в бессознанку.

Роман клал в рот одну пилюлю за другой, словно конфеты. Приволоки я сюда не сумку, а целую аптеку, он поглотил бы и еë.

– Что здесь случилось? – повторил вопрос. До жути хотелось знать, как это всë связано со мной. Вспомнились Сашкины предупреждения: это не бандиты и не "Айм-мит", кто-то третий. И пожелания быть осторожным.

Пока Роман упражнялся в глотании таблеток, осмотрел непрошенных гостей. Точнее, их тела, форменные, но продающиеся в любом военмаге куртки. А вот разгрузка хорошая, что надо. С комплексом автозаряжания уже опустевших магазинов только патроны в сумку-рассыпушку засыпай.

Под куртками позвоночная дуга с туловыми рëбрами. Облегчала нагрузку, позволяла стоя стрелять из ручного пулемëта почти без отдачи. Такая роскошь, а они явились сюда с "Эльфами"? Вот уж воистину…

А вот с опознавательными знаками негусто. Ни шевронов, ни нашивок с эмблемами. С предплечья одного выглядывал кончик татуировки. Осторожно поднял(потянул кверху) рукав, почему-то зная, что конкретно увижу.

Символ "Гунгнира"…

– Вы вовремя, Алексей. Зажали, – детектив наконец решил, что я достоин ответа. А на самом деле заживляющий гель взялся за работу, в ход пошли быстрые антибиотики с обезболивающим эффектом. – Думал, мне конец.

А он оказался не такой уж и тюфяк. Странно, мне удалось хорошенько ему врезать там, в машине, а здесь он четырëх спецназовцев раскидал. Хорошо, не раскидал. А не приди я на помощь, всë кончилось бы его похоронами. Но он с пистолетом дал бой отъявленным(опытным), неплохо вооружëнным бойцам. Как?!

Ответ оказался под ногами. Хрупнул стеклянный пузырëк, я убрал ступню. Капсула боевого наркотика, выкатившаяся из разверстого чрева сумки.

– Это кто такие? Гунгнировцы?

– Корпораты, – он ответил на одном дыхании. Пытался говорить, но я видел насколько тяжко ему даëтся каждое слово.

– Как… Откуда? Это "Айм-мит"? – вопрос с моей стороны звучал как издевательство. Сначала Вениаминович пытается ко мне на кривой козе подъехать, суëт хорошего детектива в расследование, а после того, как тот докапывается до правды, пытается его убить?

Здравый смысл хмыкнул, он картину видел иначе. Кто сказал, что Роман – хороший детектив, а не просто прекрасно исполняет его роль? Он должен был как раз вести меня по ложному следу и ничего не значащим уликам, а здесь судьба сыграла с ним злую шутку.