Алекс Риттер – Это буду не я (страница 1)
Алекс Риттер
Это буду не я
Глава 1
Врата в ад всегда открыты, но мало кто замечает это и зачастую даже не может сказать, какой шаг оказался решающим и последним. Так произошло и со мной, хотя в тот момент подобные мысли даже не приходили мне в голову. Предстоящая встреча была слишком важна, чтобы я мог позволить себе волноваться о чём-то другом, когда переступал через порог.
Кабинет вполне соответствовал своему обитателю, занимавшему пост президента самой крупной в мире суперкорпорации. Устроить футбольный матч в этом помещении вряд ли получится, но для чемпионата по большому теннису места определённо хватит. Три стены сделаны целиком из прозрачного стеклопластика. Вдоль одной из них стоял огромный, как океанский лайнер, стол для совещаний из полированного красного дерева, около другой – почти такой же большой письменный стол. За ним размещалось оббитое натуральной кожей кресло, смахивавшее на королевский трон. В четвёртой стене имелась похожая на ворота древнего замка двустворчатая дверь, через которую я и попал сюда.
– Присаживайтесь, – милостиво предложил мне хозяин этой резиденции, на секунду оторвавшись от традиционного для таких людей чтения сверхважного документа.
На вид ему можно было дать не больше 35. Однако я знал, что президент PJN Technologies Сальваторе Маранзано уже давно разменял седьмой десяток. Он вполне сгодился бы для съёмок в рекламе своей компании, поскольку различные средства омоложения составляли существенную часть её доходов. По крайней мере, так писали в потоковых новостях.
Густые угольно-чёрные волосы, гладкая смугловатая кожа, холодные черные глаза и тонкие усики по моде столетней давности. Даже его движения не выдавали возраст, хотя человеку, сидящему в огромном кресле, много двигаться не приходится.
Образ предельно преуспевающего человека дополняли тёмно-серый костюм ручной работы, платиновые часы на аристократически-узком запястье, платиновые запонки на рукавах светло-серой рубашки и платиновая заколка на шёлковом галстуке цвета засыхающей венозной крови. Сразу ясно – он из тех, кто хочет, чтобы все сразу видели, какие высоты ему удалось покорить. И всё же местному Большому Боссу понадобился я, причём до такой степени, что он пожелал лично встретиться со мной.
– Благодарю вас, – ответил я, решив пока придерживаться великосветского тона. Я нисколько не сомневался, что разговор очень быстро перейдет в другое русло. Было бы чересчур наивно верить, что глава организации с триллионными оборотами пригласил находящегося в отпуске полицейского для обычного обмена любезностями.
Маранзано дождался, пока я устроюсь в кресле, а затем заявил:
– Мне нужно, чтобы вы нашли женщину.
– Это не проблема, – с кривой усмешкой буркнул я. После перелёта из Майами в Вашингтон у меня было не слишком хорошее настроение, которое нисколько не улучшилось за 40 минут, проведённых в приёмной. Хотя справедливости ради следовало признать, что под дверью кабинета я просидел не так уж долго. Я опасался, что мне придётся полдня ожидать аудиенции.
Мой собеседник поморщился.
– Пропала одна из наших сотрудниц. Её необходимо отыскать.
– Ок, – произнёс я и собрался достать свой оллком1, чтобы делать заметки, но вовремя вспомнил, что это полезное во всех отношениях устройство у меня отобрали ещё на входе в здание. О безопасности в центральном офисе PJN Technologies заботились не меньше, чем в Белом Доме.
– Женщину, о которой идёт речь, зовут Джейн Хэтуэй. Она – руководитель нашего управления биологических изысканий и разработок.
– Когда она исчезла?
– Десять дней назад.
Я удивился, но ничего не сказал. Как видно, кто-то уже пытался её найти, но потерпел неудачу. А теперь Маранзано вознамерился поручить её поиски мне, да ещё и лично побеседовать со мной. Дельце начинало попахивать керосином.
– Что говорит полиция?
– Ничего, – деревянным голосом ответил Большой Босс. – Мы не обращались в правоохранительные органы.
На этот раз отмалчиваться я не стал.
– Почему, если не секрет?
Хозяин кабинета посмотрел на меня так, словно он был образцовым молотком, а я – бракованным гвоздем.
– Дело касается нашей репутации. Если станет известно, что доктор Хэтуэй пропала, это негативно отразится на котировках ценных бумаг.
– Чем же занималась доктор Хэтуэй, если новость о её исчезновении может обвалить акции такой большой компании, как ваша? – не удержавшись, спросил я.
– Обвалить – это слишком сильно сказано. Но и умеренное снижение обойдется нашим акционерам в миллиарды, даже в десятки миллиардов долларов именно из-за того, что PJN – крупнейшая в мире корпорация. Сам факт исчезновения одного из наших наиболее ценных сотрудников – это уже плохая новость для нас.
Мой работодатель нравился мне всё меньше, но я решил, что отказываться от его предложения не стоит. Даже несмотря на то, что запах керосина в моих мыслях усиливался с каждой минутой.
– Поэтому сразу скажу, что все подробности этого дела должны остаться в тайне, – заявил Маранзано. – В вашем договоре будет пункт о неразглашении. Но уверяю, ничего незаконного в работе, которую мы намерены вам предложить, нет. Просто мы в данном случае настаиваем на полной конфиденциальности. В остальном вы вольны предпринять всё, что сочтёте нужным, чтобы установить обстоятельства исчезновения доктора Хэтуэй и вернуть её. А вознаграждение будет достаточно существенным, чтобы компенсировать нарушение ваших планов.
– Да, отдых летит ко всем чертям, – соврал я. На самом деле моя поездка в США отпуском была только на бумаге, но я, конечно, не стал говорить о том, что в штат Флорида меня привели не шикарные пляжи и роскошные отели, а сразу два важных дела. Ни об одном из них президенту PJN Technologies вообще не следует знать. В противном случае прогнозируемая продолжительность моей жизни может резко сократиться.
– Сочувствую, – безо всякого сочувствия произнёс хозяин кабинета. – Но если вы найдете доктора Хэтуэй, то сможете позволить себе очень долгий отдых на лучших курортах мира.
От запаха керосина стало просто нечем дышать. Что же у них произошло, если глава крупнейшей корпорации так старательно убеждает меня принять его предложение? И зачем ему понадобился именно я?
Последняя мысль поневоле трансформировалась в вопрос:
– Почему вы считаете, что я справлюсь с вашим делом, если моим предшественникам не удалось добиться успеха?
– Разумеется, мы собрали рекомендации по своим каналам, – заявил Маранзано. – Думаю, вы наиболее подходящий для этого задания человек по всем, так сказать, параметрам.
– Что ж, вернёмся к делу, – предложил я, решив не уточнять, каким образом Большой Босс получил информацию обо мне и что же такого ему наговорили. – Чем так ценна доктор Хэтуэй?
– Она уникальный специалист сразу в несколько областях, – ответил мой собеседник.
– Чем именно она занималась?
Президент PJN Technologies несколько секунд молчал, барабаня пальцами по столу, а затем пустился в объяснения:
– Как вы знаете, сращивать нервную систему живых существ и даже нейроны головного мозга с электронными устройствами научились давно. Но взаимодействие это крайне ограниченное – нельзя соединить нейроны с компьютером и использовать все возможности вычислительной техники. Даже применение систем искусственного интеллекта эту проблему в полной мере не решает. Одним из основных направлений работы доктора Хэтуэй было создание биочипов. Так мы называем обработанные различными видами излучений скопления искусственно выращенных клеток головного мозга, которые можно вживлять человеку с гарантией полного взаимодействия.
– А если попроще?
Большой Босс хмыкнул.
– Смысл в том, что эта штука в состоянии выполнять функции дополнительного банка памяти и вычислительного устройства, которые по своей производительности во много раз мощнее человеческого мозга. При этом никаких трудностей во взаимодействии не возникнет благодаря схожести структуры. То есть можно использовать все возможности увеличенной памяти и ускоренного процесса мышления. Представляете, какие перспективы это открывает? С таким биочипом за считанные дни, а то и часы человек сможет освоить любую профессию на самом высоком уровне. Запоминать почти неограниченные объёмы информации. Производительность труда возрастет многократно. Выгоды…
– Я понял, это очень многообещающая разработка, – перебил я своего потенциального работодателя, явно увлекшегося описанием светлого будущего человечества, оснащённого изобретениями доктора Хэтуэй. Эти вопросы меня сейчас мало интересовали, поскольку заплатить мне обещали за поиски пропавшего учёного, а не за прослушивание лекций о её открытиях.
Маранзано недовольно замолчал.
– Значит, её исчезновение ставит крест на исследованиях, которые могут принести вам огромные деньги? – спросил я.
– Нет. В наши времена незаменимых людей на самом деле не существует. Но отсутствие доктора Хэтуэй, разумеется, замедлит работу над биочипами. И над некоторыми другими нашими проектами.
– Её могли убить?
Президент PJN Technologies помрачнел.
– Надеюсь, что нет. Но вы получите всё, что вам причитается, в любом случае – даже если окажется, что доктора Хэтуэй нет в живых.
– Подозреваете кого-то из конкурентов?
– Ну что вы! – Мой собеседник даже всплеснул руками от возмущения. – Разумеется, нет. Все корпорации жёстко конкурируют друг с другом, но это касается борьбы за ресурсы, рынки сбыта и перспективные разработки исключительно в деловых рамках. Перекупить известного ученого, нанять детективов для промышленного шпионажа, дать взятку чиновникам за получение выгодного контракта – такое бывает. Но не более. Похищение или убийство – это точно не те методы, которые могут использовать против нас наши конкуренты.