Алекс Райт – Вороны всегда следуют за волками. Энтропия. Книга 1 (страница 4)

Набата припоминала, что среди портретов банды был один альв.

Под ленивую партию пианино она приблизилась к стойке, оперлась на нее локтями, положив свою пыльную шляпу рядом. Повернув голову, встретилась глазами с двумя немолодыми мужчинами, и те недолго думая изволили отклеиться от стойки вместе со своей выпивкой, растворившись где-то в зале. Теодор встал с краю. Надо отдать парню должное, он действительно старался не привлекать внимание, а это было нетрудно, учитывая, что все внимание обратили на его наставницу.

Барменом оказался невысокий мужчина средних лет, с седеющей шевелюрой и такими же пышными седеющими усами. На нем даже передник был надет – редкость для Свободного города.

–Я вас здесь раньше не видел. – бармен улыбался, но Набата уловила в его голосе нотки напряжения, которое тот пытался скрыть за фальшивой любезностью. – Впервые в Дентшире? Если да, то рекомендую виски. Пиво у нас только скисшее, таким уж привозят.

–И давно ли в такую даль братья Воллес стали возить пиво? – удивилась Набата, располагаясь за стойкой.

–Да уж пару лет как я с ними договорился. Но они все не могут добиться приличной консервации, чтобы пиво жило дольше.

–Давай свой виски. А моему другу воды. – инквизитор сняла перчатки и бросила их Тео. Ученик едва успел поймать их. – Значит, нечасто в ваших краях бывают незнакомцы? Должно быть, вам легко запомнить каждое новое лицо.

Мужчина на мгновение замер, услышав вопрос – всего на мгновение, но Набата все равно заметила это – и продолжил наливать виски в мутный стакан.

–Разве можно знать всех людей? – нервно улыбнулся он, протягивая инквизитору стакан и явно пытаясь уйти от неудобного разговора.

–Нельзя, разумеется. – Набата приняла стакан, дружелюбно оскалившись. Именно оскалившись, улыбаться по-настоящему ей приходилось редко. – Но ты, похоже, знаешь многих. – она поиграла жидкостью в тусклом стекле. Принюхалась. Скорее по привычке, чем из необходимости. Не отравлено. Сделала глоток, не отрывая взгляда от бармена.

–С моей работой сложно не знать, сами понимаете. Даже о тех, кто в моем заведении не бывает, я слышу со слов тех, кто здесь… – он покосился на вызывающе одетую и накрашенную альвийку с подносом, полным выпивки, проплывшую мимо, оставив за собой удушающий флер из дешевых духов и табака. – Отдыхает. – бармен улыбнулся, но уголок его губ нервно подрагивал.

–Понимаю. Давно тут работаешь?

–Не больше полугода.

«Ложь. Пиво в Дентшир начали возить два года назад, лично с Воллесами договаривался, сам сболтнул». Набата облизала губы, шумно поставив стакан на стойку. Этому человеку есть что скрывать, и в этом причина его нервозности и путанности ответов.

–Может, ты знаком со Скрягой? Или кем-то из его банды? Я слышала, они тут бывают. – она поймала его взгляд, словно тисками, и не отпускала. Не каждый может умело лгать, глядя в глаза.

–Инквизиторы теперь за бандитами охотятся? – мужчина ответил вопросом на вопрос.

–Скряга не обычный бандит. Ну, так? – Набата выразительно посмотрела на бармена.

–Если они тут и бывали, я их не видел. – быстро проговорил бармен и склонился ближе к инквизитору, понизив голос до шепота. – Мой вам совет, лучше уезжайте. Вам тут не рады. – он многозначительно глянул ей за спину.

Набате не нужно было поворачиваться, чтобы понять, что ей в спину направлены револьверы. Скосив глаза на Тео, она увидела, как ученик незаметно показывается ей пальцами «два». Двое, значит. Однако, сколько стволов – не так важно. Она все равно не успеет выстрелить раньше, стоя спиной к залу. Инквизитор примирительно улыбнулась, опрокинула в себя остатки виски и забрала шляпу.

–Мы не будем злоупотреблять гостеприимством Дентшира. Однако, это же публичное заведение? Значит, я могу остаться, чтобы еще немного выпить, прежде чем отправиться в дорогу?

–Можете. – спустя некоторое время осторожно ответил бармен. – Если не станете больше задавать вопросы. Никому.

–Как тебе будет угодно. Повтори мне. – она толкнула в его сторону опустевший стакан. Даже сквозь музыку, громкие разговоры и смех она слышала щелчки – опускались взведенные курки. Набата подала жест Теодору, и они вместе заняли маленький круглый столик дальше всего от сцены – одно из немногих свободных мест. Отсюда было плохо видно танцовщиц, но прекрасно видно других посетителей. И бармена, с которым уже о чем-то шептался молодой альв с щегольскими шпорами, заметив которые Набата не сдержала смешка.

–Что тебя так веселит? Ты же ничего не узнала. – надулся Теодор. Юная горячая кровь, похоже, не давала парню покоя. Он был уверен, что у наставницы ничего не вышло.

–Шпоры того альва. Звону много, а толку никакого. Прямо как с языками у некоторых. – Тео цыкнул в ответ на этот камень, брошенный в его огород. – А по поводу того, что я не узнала, то прояви терпение, Тео. Хороший охотник должен уметь ждать, и тогда добыча сама на него выйдет, вот увидишь.

Ученик закатил глаза.

–Мы четыре дня протирали задницы в седле, чтобы теперь сидеть и ждать? Не так я себе представлял ремесло инквизитора.

–Вот в чем твоя проблема, Тео. Ты видишь во мне ремесленника, а охоту на демонов как ремесло, которому можно обучиться, будто это то же самое, что лепка горшков. Но секрет в том, что инквизиция – это не ремесло. – она перевела взгляд с бармена и альва на ученика и приложила руку к груди. – Это призвание.

Ученик умолк, угрюмо разглядывая пятна на столе, за которым сидел. Набата расслабилась, откинувшись на стуле, и вернулась к созерцанию салуна и людей в нем, лениво поигрывая выпивкой в своем стакане. Вскоре ее внимание захватила одна деталь.

Над входом в салун висела огромная подкова, которая вряд ли подошла бы живому коню. Разве что этот конь не размером с беспечность Теодора, подумала Набата, щурясь. На подкове она смогла разглядеть руны, вытравленные в металле не самым опытным кузнецом. Будь среди них хоть одна защитная, Набата бы удивилась, что мастера из пустошей начали разбираться в защитных ритуалах. Да и чувства инквизитора молчали – если бы эта железяка действительно носила магический след, это бы не ушло от внимания Набаты.

–Ты ведь не веришь в эту ерунду? – спросил Тео, когда заметил, на что смотрит наставница.

–В какую? – уточнила она, опустив на него взгляд.

–Что подковы приносят удачу, а если повесить такую над порогом, то она защитит дом и его обитателей от зла?

–Ах, это. Разумеется, нет. Мы инквизиция, у нас есть инструменты и оружие для борьбы со злом, а не суеверия, чтобы защищаться от него

–Хорошо, а то ты так на нее смотришь.

–Даже если бы верила, что с того?

–Суеверия – это плохо.

–Плохо? Разве они вредят людям?

–Но и не помогают. – не унимался ученик.

–Они не помогают нам. – Набата по очереди указала пальцем на себя и юношу. – А эти люди, – она указала большим пальцем через плечо на остальной салун. – Верят в то, что они в безопасности. Эту ночь и следующие они будут спать спокойно именно благодаря своей вере, а не потому, что здесь сидим мы с тобой.

–Это глупо. Они обманывают себя. Разве тебя не злит, что за все благодарят глупые суеверия или, в лучшем случае, богиню. А что, если к ним придет настоящая опасность? Они не будут готовы.

–Для этого есть мы.

–Но инквизиция не всегда может быть рядом. – Тео не унимался. Инквизитор покачала головой: «Юношеский максимализм».

–Не может. – Набата нарочно говорила спокойно, она знала, что криками не вбить в голову ученика свою мудрость и опыт. – Но, как думаешь, ты сделаешь для этих людей добро, если убедишь в том, что они ошибаются? – Набата откинулась назад, сложив руки на груди. – Более того, ты думаешь, они тебе поверят?

Тео поджал губы, размышляя над ответом.

–Должны поверить! – похоже, он не нашел ответа получше. – Я ведь инквизитор.

Набата тяжело и долго вдохнула.

– Во-первых, ты еще не инквизитор. Во-вторых, твоя задача – учиться у меня, а не развеивать чьи-либо заблуждения, даже если ты тысячу раз прав. И в-третьих, – она наклонилась к Тео через стол и прошептала, глядя в сторону бармена. – Заткнись! – Тот самый альв со шпорами как раз смотрел в их с Тео сторону. Этот взгляд оказался красноречивей любых слов. – Иди на улицу.

–С чего бы?

Набата схватила юношу за руку и тот зашипел от боли и неожиданности.

–Живо. – процедила она сквозь зубы таким тоном, что Теодору не оставалось ничего, кроме как подчиниться. – Проверь лошадей. – шепнула инквизитор, когда он вставал с места. Ученик быстро покинул салун, скрывшись в темноте улицы.

«Проверь лошадей». Всего два слова, которые означали, что ученику следует ожидать с заряженным карабином наперевес. Этакий тайный шифр, который знали только они вдвоем. У них было несколько таких заготовленных фраз на разные случаи, когда требовалась скорость и осторожность.

Альв тем временем закончил свой разговор с барменом и направился прямо в сторону инквизитора, бренча шпорами, что, наверное, его шаги можно было услышать на другой стороне улицы. Руки он держал, заложив большие пальцы за ремень – поза нелепая, не угрожающая, самодовольная, но позволяющая быстро схватиться за револьвер, а таковой у него на поясе имелся. Набата сделала вид, что слишком занята просмотром выступления девушек на сцене и не замечает приближавшегося к ней стрелка.