Алекс Рауз – Стихия духа (страница 63)

– Я дал им то, что они заслужили, – пожал плечами Квентин. – Ведь вы тоже могли проиграть, если бы поддались малодушию. А Таали было предначертано на роду уничтожить Тринваир и самому погибнуть в этом пламени. И боги сожгли бы Авелор, утопив в крови очередного Слияния. Но, как ты верно сказала, Эрин, всегда можно выбраться на берег, пойти против течения реки.

– Судьба не всесильна, ее дело – лишь направить, а решать каждый волен сам, – сказала графиня, и Квентин кивнул.

– Вы понимаете, что будет дальше.

– Мы должны погибнуть для того мира.

– И я буду ждать вас здесь. – Квентин опустился на деревянные качели посреди цветущего леса. – Отдохните напоследок, больше такой возможности не будет.

Огненно-красный диск солнца медленно опускался в безмятежные воды на горизонте. Сегодня он впервые подарил тепло замерзшему Авелору. Весна вступала в свои права, согревая все еще голую землю. Но первые почки уже пробивались на деревьях.

На берегу большого озера сидели семь фигур и следили за утопающим солнцем. На их усталых лицах еще не погасли последние улыбки, и бутылка прекрасного Маришоля ходила по рукам.

Таали чувствовал себя непрошеным гостем на чужом празднике и каждый раз удивлялся, когда очередной тост звучал и в его честь. Кем бы он ни был, эта победа и его заслуга. И он тоже пил, пару раз за вечер отрешенно улыбнувшись. Его мысли были уже далеко отсюда, а отдыха он не желал. Там, вместе с целью его пути, ждал друг. Даже тьма не бывает непроглядной.

– В детстве я кинула в статую Светоча прогнившим яблоком, и моя неверующая мать неделю отчитывала меня за это! Представляете, целую неделю, – хохотнула Нэсса. – Из-за такого засранца.

Она так крепко сжимала руку Мартина, будто хотела прирасти к ней навечно, переплестись кожей, сердцем, душой. И никогда не отпускать. В тот момент, когда он одним из последних выпрыгнул из пламени, она рухнула на колени от облегчения. И уже его теплые руки поднимали Нэссу на ноги. Она ничего не говорила, но Мартин понимал ее без слов. Как и всегда.

Второй рукой она перехватила бутылку и надолго приложилась к горлышку.

– Если мне тоже статую сделают, не кидайся, пожалуйста, – улыбнулся Газарт. – Я терпеть не могу даже свежие яблоки.

– Теперь она точно кинет. Проверить, могут ли статуи поморщиться, – усмехнулся Мартин. Он вставил в зубы припасенную перед боем самокрутку, которую так и не успел скурить. Адалия высекла пальцами искру, поджигая ее. И он с непередаваемым удовольствием затянулся – жить было не в пример приятнее, чем умирать. – А ты правда сходишь со мной на свидание?

Нэсса сжала его руку так сильно, что костяшки побелели. Но ее глаза хитро сверкнули.

– Кажется, у меня кончились отмазки, да?

– Я больше не принимаю твоих отказов.

– Тиран! – театрально завопила Нэсса, и засмеялась даже Адалия. – Деспот! На все пойдешь, лишь бы лишить женщин права выбора!

– Нэсса, – ласково протянул Мартин. Он так сильно любил произносить это имя, что готов был повторять его целую вечность. И так хотел разрушить страхи, которые терзали его носительницу, пусть она и шутила над ними. – Я полюбил тебя свободной и дерзкой… Уж точно не для того, чтобы запереть в четырех стенах с кастрюлями наперевес!

– Все вы так говорите, – буркнула наемница, отказываясь отдавать вино дальше.

– Хорошо, Нэсса. Я больше не главный советник короля, – она поперхнулась новым глотком. Воспользовавшись моментом, Адалия отвоевала Маришоль себе. – Контакт с эльфами налажен, там дальше справятся дипломаты и без меня, а их новый Верховный Глядящий настроен к людям гораздо доброжелательней. После заточения под землей с Ларосом Орлиэн очень проникся к нашему королю. Я слышал, что эльфы даже помогут отстроить нам новую столицу, в Велене. И его величество, оценив мой вклад, разрешил немного отдохнуть. Теперь я эмиссар по особым поручениям короны.

– И что это значит? – короткая битва за бутылку окончилась безоговорочной победой магов.

– Что угодно, госпожа Саир, – хитро ответил Мартин.

– Я слышала, – с улыбкой протянула Адалия, – что король планирует экспедицию за Великое море. Теперь маги полноправно участвуют в боях, а значит, кочевники с Тораньих Пустошей уже не перекроют нам дорогу.

– Хочешь побывать в неизведанных землях, Нэсса?

– Да иди ты! – она радостно хлопнула Мартина по плечу. – Марти, ты душка!

Адалия искренне радовалась за друга. Он как никто заслужил это счастье.

И усиленно старалась не смотреть на Даниэля, который сверлил ее взглядом весь день. После битвы они не перекинулись ни словом наедине, и она чувствовала, как он изнывает в неведении. Ну и Бездна с ним. Она сделала глоток и вернула бутылку Нэссе, а не ему.

– Кстати, место моего преемника в Ковене все еще свободно, – легкомысленно произнесла она.

– Я согласен, – тут же выпалил Рид.

– Не спеши с планами, – вмешался Газарт. Он единственный не смог выдавить из себя улыбку. Будто отдал свое чувство юмора как плату в битве. – Я найду чем тебя занять.

– О чем ты?

Веселое настроение улетучилось, как последняя маска перед смертью.

– Ты же понимаешь, Даниэль, такие люди, как мы с тобой, никогда не будут свободны…

И Рид кивнул, больше не задавая вопросов. Он всегда это знал, и глупо мыслить по-другому. А с недавних пор все глупости он отметал сразу. И больше не бежал от собственной ответственности.

– Вот каково быть Светлым богом, – печально продолжил Газарт. – Наделять силой для битвы тех, кто верит в тебя… И при этом всегда держать свои руки чистыми. Пусть другие сражаются, валяются в грязи и смерти, а ты, как флаг, придаешь им сил, штандартом застыв в чужих руках. Вечно светлый, вечно чистый. Как подло.

– Если кто и сможет с этим справиться, так это ты, Газарт. Справиться со всем и остаться собой, – тихо сказал Рид.

– Да, справляться с тем, с чем не желают другие. Достойная плата за мой дерзкий план.

Только сейчас Эрин по-настоящему поняла, насколько ему тяжело было все это время. Любой другой человек на его месте бы сдался. Любой другой уже бы бежал. Очерствел бы, стал глух и слеп к чужим страданиям. Понимая, целиком осознавая, что отдыха не будет никогда, а боль станет неизменным спутником… Газарт стоял. Газарт не сдавался.

И поэтому он, а не она был Светом.

– Но если ты окончательно похоронишь свои шуточки, я не стану тебе молиться, – неожиданно выдала Адалия.

И от удивления Газарт все же улыбнулся.

– Госпожа архимагистр, и думать не смел, что вы в восторге от моих спектаклей!

– Хоть кто-то в вашей печальной компании должен уметь улыбаться.

От неожиданного выпада Нимиры рассмеялась даже Эрин. Слышали бы ученики Академии свою строгую наставницу сейчас.

Никто не хотел, чтобы этот вечер заканчивался. Бывшие враги, новые друзья – все так давно перемешалось. Когда вместе проходишь сквозь пекло, невозможно остаться равнодушным. И у каждого щемило сердце от неминуемой разлуки. Непримиримая ненависть была давно забыта, и осталось лишь горькое сожаление, оседавшее на сердце.

Каждый из них будет помнить. Весь ужас войны, всю скорбь победы. И этот вечер на берегу безымянного озера, когда они пили вино и прощались.

С последним глотком Маришоля неумолимое солнце спряталось за горизонтом.

– Пора, – первая поднялась Эрин. Вино придавало сил, притупляло страх, такой человеческий и почти чуждый ей сейчас.

Поднялись все.

– Рид? – Газарт не спрашивал, он просил, протягивая ему тот самый нож, которым они с Эрин резали Неффин. Он начал эту историю и должен был закончить. – Нам будет проще, если это сделаешь ты…

И Даниэль согласно кивнул в ответ. Привычная безэмоциональная маска больше не клеилась к его лицу, и маг болезненно поморщился, принимая в руки ритуальное орудие.

– Таали, – Рид подошел к эльфу и замер напротив. – Удачи.

Таали кивнул в ответ. И рука с ножом вошла в его сердце.

Эльф не сопротивлялся, но не отводил янтарных глаз от Рида, пока в них не потухла жизнь. И тут же зыбкая тень поднялась и замерла над бездыханным телом.

– Даниэль, – мягко подозвала Эрин. Она не хотела больше затягивать, чтобы в последний момент ее решимость не колебалась от слишком человеческих чувств и воспоминаний, накативших вместе с закатными волнами. – Я хочу сделать тебе подарок на прощание.

И прежде чем он успел ответить, она протянула руку вперед. Та беспрепятственно вошла в грудь, на уровне сердца. И несколько мучительных мгновений спустя вынырнула назад. Сжимая в пальцах черный комок, который быстро превращался в дымку и исчезал.

– Я знаю, что ты справился и демон уже погибал. Я просто облегчила этот путь.

Даниэль судорожно вздохнул. Но ожидаемой пустоты внутри на месте его соседа не было. Как не было больше и его власти над Ридом.

– Спасибо… – прошептал он.

– Мой несносный добрый маг, – Эрин улыбнулась и провела рукой по его волосам. – Будь счастлив, ты это заслужил. И… Пожалуйста, сделай это быстро.

Клинок пронзил сердце, мгновенно прервав дыхание. Глаза Эрин потухли, и Даниэль поймал тело на руки, аккуратно уложил на землю… Никто не видел его лица в этот момент. Но когда Рид повернулся к Газарту, слез уже не было.

Вторая тень присоединилась к первой.

– Даниэль, – бывший некромант нашел в себе силы улыбнуться. – Ты будешь по мне скучать?

– И вспоминать холодными вечерами.

– Я тебя только об одном прошу, перестань пытаться помереть за кого-нибудь. Ты гораздо ценнее живой! – Газарт бросил короткий взгляд на Адалию.