Алекс Рауз – Стихия духа (страница 43)

– Проклятая людская кровь, – сквозь зубы прошипел Вил’аит.

Таали не стал спорить. Час назад его приняли в Совет Глядящих Тринваира, и терять это место, пусть и занятое ненадолго, но добытое такими усилиями, он не собирался. Впервые кровь иного мира играла ему на руку.

«Я бы гордился тобой, если бы ты не хотел развалить мой родной мир», – с усмешкой сказал Учитель. Но с гордой усмешкой за своего ученика. Все-таки Цилиан был безумцем.

– Поисковые отряды прочесывают леса… – начал Таали, но Мириал его перебил:

– Мы бессильны, пока они не выдвинут требований. Но они не увидят нашей слабости, завтрашняя свадьба пройдет по плану.

Таали кивнул в ответ и позволил себе легкую улыбку – все же речь шла о его свадьбе.

– А наших гостей я приму после церемонии. Жрецы к тому времени возвратятся из Великого Бдения и смогут участвовать.

Нэсса аккуратно потрогала деревянный стул. Все в этом доме на дереве казалось ей ненадежным, включая стены и пол. Когда их «провожали» во временное жилище (хотя, скорее уж, конвоировали), она недоверчиво попрыгала по полу прямо на глазах эльфов. Старое дерево скрипнуло, но остроухие и бровью не повели. Молча поклонились и вышли, предоставив иномирских гостей самим себе.

Нэсса первым делом выглянула в маленькое окошко. До земли было добрых двадцать локтей. А у корней «дома» с непроницаемым видом застыли двое эльфов. Точно маги, или солхари, как звали их здесь.

Жилище, отданное гостям, не сверкало шикарным убранством, вся мебель была будто выращена и сплетена из веток того же дерева, что и сам дом. Большая гостиная с креслами и низкими стульями, куча дверей. Три узких дупла-окошка. И куча маленьких светлячков, в беспорядке парящих по помещению вместо привычных свечей и факелов.

Она бы не стала говорить, что иной мир ей понравился. Тринваир был красив – вековые дубы, деревянные дома-коконы, будто парящие в ветвях, перемежались с потрясающими размахом мраморными замками, также затерявшимися в светлом лесу. Устланные мхом дорожки, широкие и узкие. Повсюду парящие разноцветные светлячки рождали сказочную атмосферу в вечерних сумерках. Сама природа, благоволившая древнему народу, рождала это волшебство… Тринваир был красив и холоден.

Острые взгляды редких эльфов, встретившихся им на пути, резали насквозь. Неприязнь быстро переходила в презрение. Надменность. Чопорность. Все то, за что наемница ненавидела своих соплеменников, буйным цветом наполняло эту красоту. Превращая отвратительный день в поистине тошнотворный.

И положение пленника, а не посла – уж в этом Нэсса не обманывалась. Да и компания в путешествие подобралась, мягко скажем, не шикарная.

Сразу после портала с рыжеволосого юноши слетела маска, и наемница, наконец, вспомнила, где видела это лицо раньше. Личина Рида, которую он мог передавать другим.

Под ней скрывался русоволосый симпатичный юноша, не старше Мартина, с карими глазами старика. Они все еще блестели, но где-то на глубине навсегда застыл груз прожитых лет. Она помнила глаза своего деда, он всегда был бодр и весел и погиб не от старческих болезней, а от меткой стрелы. Его живые, бесстрашные глаза были такими на смертном одре…

На лице юноши играла азартная, почти беззаботная улыбка. Газарт. Тот самый некромант, чуть не уничтоживший ее мир до основания, спокойно улыбался рядом с Ридом и Эрин. Столько сил они потратили на его заточение, так какого демона он здесь делает?!

Но некромант как ни в чем не бывало перевел взгляд на нее и подмигнул. Чтоб тебя.

Лицо юной графини рядом с ним оставалось непроницаемым. Или уже принцессы? Абсолютно белые волосы, холодный взгляд серо-голубых, будто выцветших глаз, настороженно изучающий через окошко двух солхари у подножия, белые, почти бескровные руки, ощупывающие теплое дерево стен. Нэсса слышала, что девушку вернули в мир и прогнали из ее тела жестокую стихию, но сейчас очень сомневалась в этом. Так ли выглядят юные волшебницы? Наивные графини? Дурочка, в которую влюблен Рид, представлялась ей совсем другой.

А от этой графини хотелось держаться подальше. Даже стерва в черном со всеми ее угрозами не так пугала… Но потом Эрин моргнула, и сквозь внешнюю жесткость скользнула растерянность. Чуть больше человечности. Она повернулась к Риду, он ободряюще кивнул ей и что-то зашептал. С другой стороны Мартин сжал плечо подруги и подошел к Нэссе.

– Завтра у эльфов торжество, свадьба одного из членов их Совета. Нам разрешили поучаствовать в церемонии.

– Вот счастья привалило! – усмехнулась наемница. – И на прогулку в цирк сводят.

Мартин тихо рассмеялся.

– Завтра будет долгий день, надо бы отдохнуть.

Нэсса недоверчиво взглянула на него. Его забота показалась бы трогательной кому угодно, но не ей.

– Спасибо, господин советник короля, – едко бросила она. – У меня хватит сил сообразить самой, когда лечь спать.

В его добродушную улыбку добавилась толика грусти, легкого снисхождения к неразумному ребенку, что взбесило Нэссу еще сильнее. Вот кто он ей? Кем себя вообразил?

Она злилась на него, на себя, а пуще того – на заботу, которая была приятна и оттого еще больше ею отторгалась. Привязанности, вера в того, кто всегда будет рядом, – все это ни к чему, пустое. Нэсса не хотела привыкать, хватит с нее, она сама справится и со всем разберется! Но здесь ей не убежать от него. И это бесило наемницу больше всего, ведь выбора не оставалось.

Мартин поцеловал ее в макушку и, с той же улыбкой пожелав всем доброй ночи, скрылся за первой дверью.

Они остались вшестером. Адалия уже успела устало опуститься в самое удобное кресло, Газарт занял соседнее. Рид по-прежнему что-то шептал на ухо своей графине, и теперь они вдвоем изучали стражей через окно.

И лишь низенький блондин в серой робе светлого жреца нерешительно замер в углу. Его грустный взгляд будто впечатался в спину Адалии.

– Прекрати, – вдруг резко сказала она, и жрец покраснел.

– Простите, – пролепетал он. – Я просто хотел помочь…

– Маги чувствуют эмпатов, ты не знал? – все так же жестко продолжила она. – А постороннее вмешательство нам как серпом…

– Прошу, простите меня. – Казалось, более бордовым он стать уже не мог, однако ж.

Адалия опасно сверкнула глазами напоследок, будто приказывая ему молчать о чем-то. И ее лицо смягчилось.

Нэсса слышала про эмпатов, но никогда не видела их живьем, слишком большой редкостью они были. И все как на подбор светлые жрецы. Ходил слух, будто храмы чуть ли не насильно забирали таких мальчишек у родителей… А еще она слышала, что эмпаты читают чужие эмоции как раскрытую книгу. Читают и могут влиять – наемница поежилась. Только этого уникума в компании и не хватало для полного счастья!

– Кто ты? Как здесь оказался? – уже гораздо дружелюбнее спросила Нимира.

– Я… – Жрец замялся, будто сам не до конца был уверен в своем ответе. – Я Квентин. Был светлым жрецом до… – Он сжал губы так сильно, что они побелели. Но все без слов поняли, что он имел в виду. – Друг Таали.

– Друг? – удивленно произнесла Адалия. – Темноволосого посла?

Квентин кивнул, а Газарт неожиданно рассмеялся.

– Хитрец, – выдал он, закончив хохотать. – Ох какой же хитрец! Квентин, светлый жрец, у тебя странный выбор друзей.

Рид, Адалия и Эрин одновременно перевели взгляды на Газарта, но промолчали. А юный жрец будто расстроился такому недоверию.

– Он спас мне жизнь.

– И не только тебе, он остановил Слияние, спас весь наш мир, – продолжал улыбаться Газарт. – Который я чуть не погубил ради своих странных целей. Так это для вас выглядит? Вы все еще судите людей по поступкам, не глядя в корень? Я – убийца, он – спаситель?

Под конец речи Газарт уже не улыбался, а в его голосе скользнула горечь, которой не было прежде. И смотрел он в упор на Рида.

– Не начинай по новой, – фыркнул Даниэль. – На тебе нет наручников, а наш мир все еще рушится.

Нэсса молча наблюдала эту сцену, но даже ей было понятно, что этот спор идет не первый день. Рид и некромант… Почему он его выпустил? Почему на Газарте нет наручников? И почему он все еще здесь? Ведь некромант собирался богом становиться или что-то в этом роде. Как же достали эти магические разборки, не дающие простым людям нормально жить.

Она вздохнула вместе с Газартом.

– Зануда, – бросил он. Даниэль не ответил.

– Как он спас твою жизнь? – продолжила расспросы Адалия.

И Квентин рассказал про Орден фанатиков, запрятанный в снегах. Рассказал такое, что даже у Нэссы волосы встали дыбом. Так вот почему Мартин решился утащить ее к эльфам. Спрятал от очередной сокрушительной войны…

– Говоришь, ментальная магия их не берет?

– Нет, – печально ответил Квентин, но в его глазах засквозила отчаянная решимость. Неужели жрец решил, что его скромных сил хватит, чтобы противостоять такой армии? – Таали обещал помочь.

Газарт хмыкнул.

– А выпивка здесь есть? – подала голос Нэсса, ей никто не ответил.

На скромном столике возникла красивая бутылка, обвитая темными ветвями.

– Очуметь! – вырвалось у наемницы. Рядом с бутылкой возникло шесть бокалов из тончайшего хрусталя. Она перевела удивленный взгляд на Рида, но тот помотал головой. – Это не отрава?

Даниэль и Адалия одновременно подошли к столу и наполнили свои кубки.

– Каждый сам прокладывает свой путь… – начал Рид.

– В Бездну, – закончила за него Нимира и отпила из бокала.