Алекс Рауз – Стихия духа (страница 27)
Сразу за ним упала Адалия. Из изумрудных глаз потоком брызнули слезы, но кричать она уже не могла.
Рядом с ней Газарт застыл, как восковая кукла.
Она осталась одна. А бесстрастный взгляд мага из Отряда Воли переместился на нее.
Но перед глазами Эрин стояла лишь улыбчивая Лина, добродушная хозяйка, приютившая их на ночь и расплатившаяся за это жизнью. Страх отступил, гнев прошел, и холодная ярость накрыла ее целиком. В голове снова заиграла знакомая мелодия, расчищая сознание и прогоняя лишние мысли. Но теперь она знала, что делать. Заветная дверь дара снова была открыта.
Графиня протянула руку вперед. От противника ее отделяло не больше десяти шагов, но расстояние не было помехой.
Он тоже вытянул руку, произнес заклятье, потом второе. Изо рта не вырвалось ни звука. На лице промелькнуло недоумение.
Короткое движение рукой. Силы почти не потребовалось, она и так била через край. Что это для нее – всего лишь капля в море.
Тюремщик рассыпался в серый прах на белоснежном покрове холма. В эту секунду он перестал существовать. Как же это просто…
Так вот как она убивала…
Будто со стороны, Эрин видела, как поднялись и рванули к ней друзья. Адалия обеими руками схватила ее голову, изумрудные глаза просверлили насквозь. Рид мертвой хваткой сцепил руки.
Они что-то говорили, Эрин слышала их, но слова сейчас казались пустым звуком. И горы, величественные горы обступали со всех сторон. Притягивали взгляд, захватывали дух, уносили сознание прочь. Вековые столпы, подпиравшие сами небеса. На их вершинах сгущались новые тучи. Это последнее, что запомнила графиня.
Слепое орудие его…
Данара покинула отцовский дом под покровом ночи. Она с ног до головы закуталась в тряпье, украденное у служанки-полукровки, завязала длинные белоснежные волосы в тугой узел и скрыла его под капюшоном. И боялась, она безусловно боялась, чуть ли не впервые в жизни. Если ее поймают, конец доброму имени отца, собственному будущему… и Таали. Даже если она сможет выгородить жениха, свадьба не состоится. Он не запятнает свое имя такой связью.
Все это объяснил ей сам Таали, когда Данара согласилась выполнить его просьбу. Все это она знала и сама, но пути назад у высокородной эльфийки не было уже давно.
Тенью проскользнув ту часть лесного города, в которой слабо светился в сумерках белоснежный мрамор домов Древних Родов, она облегченно выдохнула. Дальше царила столь любимая женихом мгла. Даже ночное светило спряталось за низкими грузными облаками, благоволя ее намерениям. Она не тешила себя глупыми надеждами на то, что ее любовь проложит дорогу сквозь любые препятствия. Данара привыкла справляться со всем сама. И нести ответственность за собственный выбор.
Ее дар солхари был слишком слаб, поэтому жених подарил ей кулон в форме лепестка черной розы, содержавший немного магии. Перейдя границу поселения эльфов, она с усилием сжала его в руке, тем самым укрывая себя от взора вездесущих д’аари. Теперь даже богам неведом ее путь и судьба, неведом и неподвластен. Застывший лепесток снова опустился на грудь, источая легкое тепло.
Данара шла не по тропам. Пробиваясь сквозь переплетения вековых деревьев, она считала шаги. Десять тысяч навстречу ушедшему солнцу. Три тысячи направо. Оставить след кровью на белой ветке черного дерева как знак того, что она добровольно входит в чужой лагерь. И как свидетельство против нее, если ее решат сдать Совету.
Еще две сотни шагов и мучительное ожидание в лесной полутьме. Пока впереди не вспыхнул свет, выхватывая невысокий силуэт.
Он приблизился к ней еще на пару шагов. Знакомая всклоченная рыжая копна, полная фигура – она не раз видела этого эльфа в городе. Кто бы мог подумать, что он…
– Данара?! – его лицо исказила смесь испуга и презрения. Пока она пробиралась по лесу, капюшон оторвался и затерялся в пути.
– Меня прислал к вам Таали, – она с трудом сдержала негодование в голосе. Сейчас оно будет излишним. В этом месте она более не наследница Древнего Рода. Она никто и равна со всеми.
– Что за странная шутка? – рыжеволосый эльф сделал еще два шага. Расстояние становилось неприлично, опасно близким.
– Он не мог открыто говорить с вами в городе. Но я пришла сама, а не отправила служанку. Уже это стоит того, чтобы выслушать предложение моего жениха.
Лицо эльфа медленно расплылось в довольной, пошлой усмешке.
– Пожалуй, ты права, наследница Древнего Рода. Я – Сивин, – он повернулся и приветственно протянул руку себе за спину. Несколько десятков эльфов возникли у огромного костра посреди леса. – А это мои братья и сестры. Добро пожаловать в лагерь мятежников!
Лишь к вечеру Таали и Квентин въехали в очередное поселение. Возможно, одно из тех, что им удалось сегодня спасти ценой смерти больного ребенка. Весь день жрец молчал, иногда по его лицу катились одинокие слезы.
От его мыслей эльф отгородился почти сразу. Лезть в такую пучину отчаяния не хотелось даже ему. Зато теперь жрец не посмеет сказать, что боги всемогущи и милостивы, – эта наглая ложь задохнется на его языке. Поэтому свою задачу Таали считал почти решенной. Еще пара ненужных штрихов уже не вызывали в нем былого азарта.
Но жрец не был бесполезен. Все же дар эмпата, проснувшийся в обычном человеке, мог вывести его молитвы далеко за ранг привычных. Если очень постараться.
Таали уже обдумывал, что на рассвете он мог бы увести Квентина подальше в леса, далеко от тракта. Под любым предлогом, туда, где не слышны крики. Молодой и полный сил жрец сможет долго противостоять боли, гораздо дольше недавнего старика. Услышат ли боги молитвы умирающего эмпата? Как долго придется его пытать?
Но сначала сытная еда и сон. Все же местная кухня имела свои преимущества, и эльф хотел насладиться ею сполна.
Из таверны, которую они как раз сейчас проезжали, пахнуло тем самым барашком. Таали слышал, что у людей принято выкупать целые комнаты в таких местах на ночь. А чем дальше они уходили на север, тем холоднее становились ночи. Так почему бы не воспользоваться этим прекрасным достижением чужой цивилизации?
– Уже смеркается. Квентин, ты не против заночевать в этой таверне? – вежливо поинтересовался он.
– Конечно, – безучастно ответил жрец и спешился. Его взгляд терялся в собственных мыслях, он не разбирал дороги.
Их окружал довольно крупный город. Большинство домов, как и сама таверна, были выполнены из неизвестного эльфу камня, а внутри было полно людей. Пришлось приложить усилия, чтобы отыскать свободный столик и пустую комнату.
Зато в этом месте узнать свежие новости не составляло труда. В заведении подавали крепкие напитки и посетители говорили вслух именно то, что думали. Это человеческое пристрастие к алкоголю так и осталось непонятым эльфам. Либо огненная вода не производила на них того же эффекта, либо после прошлого Слияния новая традиция не прижилась.
Таали заказал несколько тарелок ароматного мяса, кувшин воды и уже собирался отослать веснушчатую разносчицу, уж слишком приветливо растягивающую перед ним улыбку и хлопающую длинными ресницами, как вмешался Квентин. Все тем же отрешенным тоном жрец попросил две кружки браги на клюкве.
– Я не буду, благодарю, – сразу же отозвался эльф. При одной мысли об этом пойле его живот болезненно скручивался.
– Это мне, – тихо произнес Квентин, не отрывая взгляд от скрещенных на столе пальцев.
– Не знал, что жрецам Светоча позволен алкоголь.
– Не позволен.
Больше он ничего не объяснил, поэтому Таали отклонился на деревянную спинку, прикрыл глаза и вслушался.
К моменту, когда их стол укрыли дымящиеся тарелки, он уже успел в очередной раз разочароваться в людях. Чуть больше недели пути от столицы, а умы местных уже не занимали ни эльфы, ни новые порталы в чужой мир, ни опасности Слияний (если они вообще знали о том, что это такое). Трения магов между собой совершенно не волновали обывателей. Зато за соседним столиком битых полчаса обсуждали какую-то наемницу, которая умудрилась не только скрыться от лучших профессионалов Авелора, но и перебила добрую половину из них в одиночку. Обозлившиеся кретины наняли мага для ее поимки, который и добил чрезмерно предприимчивую девушку.
Неужели маги настолько низко ценятся в этом обществе? Простые пешки наемников? И при этом безмерно почитаются боги, которые, по существу, и не объявляются в мире?
«У людей вообще не принято ценить друг друга, – зашептал Учитель. – Поэтому и эльфы их ни во что не ставят».
Замечание было как никогда верным. И лишь старый друг поспорил бы с ним. Он ценил людей превыше всего.
Его размышления прервал громкий кашель Квентина. Он попытался махом осушить первую кружку, но скорчился уже на середине. Чтобы не привлекать лишнего внимания, Таали дотронулся до плеча товарища и мягко унял его боль магией.
– Спасибо, – сипло прошептал жрец.
– Почти не за что, – снова вежливо улыбнулся Таали.
– Нет, есть. – Квентин наконец поднял глаза, и эльф удивился, как же быстро они помутнели. – Ты благородный человек, Тайлер. Ты был прав, а я поддался эмоциям. Если бы не ты, я загубил бы себя и десяток невинных людей вокруг… Но я… – он громко всхлипнул, – я бы не смог… У меня нет такого мужества… Я бы не убил ее, – последнее он добавил еле слышно, одними губами. – Даже если бы знал, что она заразит остальных.