Алекс Рауз – Проклятье Авелора (страница 73)
– Вернуть брата, погибшего по её вине, – помертвевшими губами еле выговорила Нэсса. Этот план она сама узнала всего десяток минут назад.
– Девушка, вы же понимаете, – улыбнулся Селерин, – что мёртвые не возвращаются.
– Но Рид видит тьму в людях… Когда замышляют против него, – она уже понимала, какой слабый это аргумент.
– Тьма – понятие слишком растяжимое. Адалия не считает, что задумала плохое, – она уверена, что берёт своё по праву. И боюсь, что она хочет вернуть отца, обменяв его местами с Ридом…
Нэсса уже не слушала. Она толкнула дверь и стрелой метнулась наверх.
Дверь комнаты распахнулась в тот момент, когда Адалия уже завершала заклинание. Повсюду горели свечи, на полу был начертан круг, внутри которого в чёрном тягучем пламени безмолвно корчился Рид.
Времени больше не было. Нэсса с разбега вытолкнула мага из круга, но не удержалась на носках и сделала ещё один шаг. Решающий в её судьбе. Шаг в круг. Заклинание было закончено. Чёрное пламя окутало её фигуру, и Нэсса исчезла, не успев даже вскрикнуть.
Глава 6
Непроглядная ночь
–Нет! – вопль Рида потонул в резком порыве ветра, распахнувшем ставни и затушившем свечи.
– Идиоты! – в сердцах выкрикнула Нимира.
Они остались вдвоём в повисшей тишине, как будто пустота поглотила мир вокруг.
Взгляд Даниэля, полный ледяной ярости, обратился к Адалии.
– Не убежишь, – холодно произнёс он, сделав шаг ей навстречу. – Ты будешь умирать медленно, я буду днями наслаждаться твоей агонией. Мольбами о пощаде, просьбами о смерти. Я разорву твою гнилую душу, вырву сердце и оставлю подыхать в канаве с крысами!
– Как приятно слышать это именно от тебя! – злобно ответила она, не дрогнув. – Придурки несчастные, сорвали идеальный план, а я опять буду виновата! Ну кто её просил врываться сюда…
Чёрная волна чистой энергии вырвалась из руки Рида и разбилась о невидимый купол вокруг Адалии.
– А ты думал, что всё так просто? Что я не закрыта от твоего демона? Дорогой, я блефовала в Терниях. Я не играю с огнём, если не могу его укротить.
Удар, ещё и ещё один. Каждый разбивался, не долетая всего локтя до цели. В случайных местах комнаты вверх взмывали столпы огня, прожигая потолок.
– Нет уж, на этот раз это целиком и полностью ваша вина! Тебя и этой дуры, я не стану брать на себя лишнего! – закричала Адалия, подскакивая.
Деревянные перекрытия пола треснули, расходясь в стороны между Ридом и его бывшей невестой. Края мгновенно оплавились. На улице кто-то пронзительно завизжал.
– Ты помогаешь Эрин, когда она пытается вернуть отца, чем я хуже? Никто не бросился мне помогать, когда я осталась одна. А я ждала, долго ждала, пока не поняла, что жизнь моего отца только в моих руках. И окружающим нет до него никакого дела! Дважды я потеряла всё, что у меня было!
Маленькая искра пробралась сквозь купол и обожгла Адалии руку. Даниэль сухо улыбнулся.
– Давай, Дани, злись, выпускай демона! Он на моей стороне, я могу дать ему вечную жизнь, жизнь без тебя!
– Всё подвластно моей воле и он тоже, – безжалостно ответил Рид. – Твои амулеты горят.
Адалия перевела взгляд на грудь и вскрикнула. На её лице наконец-то мелькнул страх. Он продолжал бить, защитные чары осязаемо трещали по швам.
– Я не хотела так, – уже тише произнесла она. – Это ты вечно живёшь в своих иллюзиях, я не могу себе такого позволить.
Она вытянула руку, вцепилась за тонкий серебряный браслет. Остальные амулеты и кольцо рассыпались прахом. Очередная волна пробила брешь и ударила в грудь. Лицо Адалии искривилось в агонии. Падая, она из последних сил резко дёрнула, разорвав цепочку. И растворилась в воздухе.
Вся комната, объятая пожаром, мгновенно потухла. Ещё целую минуту Даниэль стоял неподвижно посредине, глядя в одну точку опустошёнными глазами. Руки предательски затряслись.
Он сделал пару шагов и опустился на кровать. И только тогда повернул голову и заметил застывшую в распахнутых дверях Эрин. Графиня, не отрываясь, смотрела на него, но лицо по-прежнему ничего не выражало.
В молчании, глядя друг другу в глаза, они провели целую вечность. Прогоревшая потолочная балка, поскрипывая, оторвалась и упала в метре от Рида. Новый порыв ветра из распахнутого окна разметал длинные бесцветные волосы графини и грязное, потрёпанное бальное платье.
Казалось, весь окружающий мир замер на мгновение бесконечной скорби. Замер от боли мага, потерявшего друга, преданного той, кого… Где-то далеко в полном одиночестве соловей завёл прощальную трель, толкая робкие надежды на погребальный костёр.
– Я больше не хочу жить. Сильнее, чем когда-либо прежде, – наконец прошептал он. – Больше не осталось причин, я не нужен этой земле.
Эрин продолжала молча смотреть.
– Оно шло к этому с самого начала. Я уже отдал за тебя жизнь и не должен дышать этим воздухом, ходить. Агония затянулась. Прошу тебя, покончи с этим.
– Ты просишь убить тебя, маг? – бесстрастно спросила графиня.
– Да, – спокойно, почти умиротворённо ответил он.
– В этом есть что-то забавное, – задумчиво протянула она. – Я могу уничтожать целые миры, убивать армии. Но тебя не могу.
– Я не настолько силён, – грустно улыбнулся Рид. – Ты уже сделала это однажды на кладбище. Просто повтори.
– Если я это сделала, ты не сидел бы на этой кровати. Никто бы не смог тебе помочь.
– Почему?
– Я вернула тебе твой удар, добавила моей силы, и этого было достаточно, чтобы мгновенно убить, быстрее вздоха. Но я стояла там, пока не явилась Адалия, не позволила моей магии проникнуть в тебя безвозвратно. Я собиралась это сделать, но Эрин мне не позволила.
Долгие, мучительно долгие секунды Даниэль осознавал слова, сказанные графиней. Слова, которые меняли всё.
– Я не существо, забравшее её, я лишь сила, которая нашла выход в этом теле. Мы всё так же одно целое, просто места для эмоций и прочих людских причуд больше не осталось. Но тебя убить я не смогу.
– Ты соврала мне на кладбище, – еле слышно прошептал Рид.
– Неправда, я сказала, что здесь нет того, что ты ищешь. А ты искал её любовь, которую привык видеть во взгляде.
Даниэль вскочил с дивана, подошёл к графине, застывшей в дверном проёме, и с силой схватил её за локти. Она не попыталась вырваться. Но на него смотрели всё те же равнодушные бесцветные глаза. В последнем искреннем порыве отчаяния Рид собрал волю в кулак и холодным чужим голосом начал свою партию.
– Я отдам это тело демону целиком, и тогда ты сможешь меня убить. Никаких терзаний, никто не остановит тебя. Даниэля Рида больше не станет, жнец. Ты будешь рушить миры и нести смерть всему сущему или станешь в отдалении наблюдать, как мироздание медленно сделает это за тебя.
Взгляд снова заволокла чернота.
– И я не оставлю тебе шансов, – мрачным речитативом продолжал он. – Демон будет сражаться до конца, он умеет воевать. Но против тебя у него недостанет сил. Ты уничтожишь его, отомстишь за очередную смерть по велению запоздалой человеческой инерции. И я освобожу тебя от всего, что связывает с этим загибающимся миром.
– Нет… – неуверенно, еле слышно произнесла графиня, и вдруг по её щеке скатилась одинокая слеза.
– Эрин, милая, ты всё ещё здесь, – облегчённо зашептал Рид, прогоняя демона вглубь, нежно проводя ладонью по щеке. Он понял, что на верном пути.
– «Храм истинной веры никогда не горит. И я верю в тебя. Тьма, окутавшая твою душу – лишь тонкая беспомощная пелена, не способная тебя погубить», – процитировал Даниэль письмо, которое всё ещё хранилось в его кармане.
Письмо, причинявшее ему только боль, но так много значащее для самой Эрин…
– Девочка моя, ты обещала стать сильнее ради меня, сейчас самое время! Старайся изо всех сил! Захлопни дверь своего дара и верни своё тело. Я рядом, у тебя получится…
Рука графини, которую сжал Даниэль, теплела, будто отогреваясь от векового холода.
– Эрин, прошу, вернись.
В глубине серых глаз забрезжил пронзительный голубой цвет. С каждым мгновением он разрастался, возвращая в них жизнь, изгоняя прочь пелену вечного забвения и холод чуждой неизведанной стихии. Бесцветные волосы вновь обретали золотистый оттенок, а лицо становилось всё более напуганным и детским.
Смерть сдавала позиции, проигрывая не менее великой силе. Единственной, которая могла с ней сравниться.
Рид обнял трясущуюся Эрин и совсем тихо произнёс:
– Ты значишь для меня слишком много, я не брошу тебя одну.
Эрин всхлипнула, обняла его в ответ, уткнувшись в грудь, и разрыдалась.
– Я так боялась, что этот кошмар никогда не закончится, – прошептала она. Даниэль ещё сильнее сжал объятия.
На короткий мир затишья часы замерли. Безумное желание Эрин вернуться прорвало все преграды и барьеры, поглотило и смело всё на своём пути… Но лишь на короткий миг.
–
Маг и заплаканная графиня резко обернулись, перед ними стояла высокая фигура в серых лохмотьях. Его голова слегка касалась потолка, а тусклые блики уличного фонаря, пробиваясь сквозь хлопающие ставни, освещали пустоту под капюшоном.