Алекс Рауз – Проклятье Авелора (страница 32)
С минуту в комнате ничего не происходило. Мартин уже хотел поинтересоваться, в какую сторону смотреть, когда на её руке забрезжил слабый огонёк. Пламя едва теплилось и погасло через несколько секунд.
– Эм, неплохо?
– Плохо, – грустно сказала Эрин, смахнув со лба несколько капель пота, проступивших от напряжения. – Это должен быть столп огня.
– Не переживай, – неуверенно подбодрил её Мартин. – Ты ещё научишься. Зато ты колдуешь, ты же всегда об этом мечтала.
Эрин быстро заморгала, прогоняя непрошеные слёзы. Она сдерживала их полтора года – сумеет и сейчас.
– Каждый маг черпает свои силы из предназначенной ему стихии. Никто не знает, как именно происходит выбор, но считается, что человек уже рождается таким – «нездешним жителем». Для простоты понимания представь, что частичка каждого мага обитает в мире выбранной стихии, мы будто поделены между двумя мирами. Эта незримая связь ощущается лучше, если начинаешь колдовать постоянно. Читая заклинание, маг говорит на языке мира стихий, призывая элемент сюда, прокладывая канал. И чем сильнее маг – тем шире канал он способен открыть.
– Так твоя стихия – огонь?
– Нет, любой адепт-первокурсник способен призвать частички изначальных сил, хотя бы самую каплю. Все миры стихий связаны между собой, и гораздо крепче, чем с нашим.
– И какой же мир выбрал тебя?
Глядя на восхищённые глаза своего старого друга, Эрин долго не решалась сказать.
– Дух, – прошептала она. – Это не совсем стихия, силы для магии я черпаю из себя и окружающего мира. Я, конечно, могу открывать канал в миры других стихий, но он так слаб. Марти, всё было зря…
Не удержавшись в этот раз, она всё-таки расплакалась. Впервые с того момента, как узнала свой приговор на магическом поприще, к которому так стремилась. Мартин сел на кровать рядом и обнял за плечи.
– Эри, но ты же здесь! Главное, что ты учишься!
– Да, я учусь. Я заучиваю наизусть язык стихий лучше, чем кто-либо на нашем курсе, я первая в классе по алхимии. Но это лишь потому, что обычная магия даётся мне в десятки раз хуже, чем остальным адептам. Ведь «стихия» духа досталась только мне! Во всей Академии нет больше таких счастливчиков!
– Милая, – он с особой нежностью прижал плачущую подругу к себе, – ты самая сильная девушка, которую я встречал в своей жизни. Ты что-нибудь придумаешь!
Эрин обняла друга в ответ, медленно успокаиваясь. В памяти привычно вспыхнул образ Даниэля. В последний год она думала о нём всё чаще и давно смирилась, что заносчивый маг надолго засел в мыслях.
Да и как забыть, что именно он в одночасье перевернул всю её жизнь? Помог самому важному желанию осуществиться… Даже полтора года в Академии не смогли затмить ту неделю, казавшуюся теперь лучшей в жизни. Неделю, когда она бежала навстречу мечте, полная радостных предчувствий.
Она частенько мысленно говорила с Ридом, рассказывала про учёбу, про свой курс и преподавателей, про то, как она скучает по дому. Он никогда не отвечал ей, но всегда внимательно слушал, периодически усмехаясь, как тогда – и Эрин становилось легче. Он будто стал её настоящим другом, и теперь она ужасно не хотела его разочаровывать. Пусть даже вместо настоящего Рида с ней жил в голове лишь образ.
Поэтому Эрин вытерла слёзы и улыбнулась. Она будет стараться во что бы то ни стало!
«Всё однажды умирает», – эта фраза, брошенная Альбертом вскользь, не выходила у Газарта из головы. И немигающий взгляд бывшего архимагистра стихии огня. Странный этот старик…
Порой Газарту казалось, что Альберт давно выжил из ума. Расхаживает по городу со своей кривой тростью, которая не выдержит и ребёнка. Постоянно рассказывает всякие небылицы о давних временах. Врывается на заседания Ковена, оправдываясь несуществующими договорённостями. А недавно их пути впервые пересеклись – Альберт поймал его за рукав в доме Ковена, приглашая пропустить по стаканчику. В глубине выцветших серых глаз всё ещё мелькала юная искра – или уже следы зародившегося безумия? Не таким он помнил старшего брата своего сокурсника.
Порой Газарту казалось, что перед ним отменный игрок. Что каждое его действие анализируют, за спиной крадутся чужие тени, а старческое слабоумие – лишь удобная маска.
Но отказаться от приглашения он не мог, жар любопытства разгорался с небывалой силой от этой неразрешимой загадки. Каким бы ни был исход, на обещанную встречу он явился.
Говорил в основном Альберт. Потягивая кружку дешёвого кислого пива и почти не моргая. Вот только темы выбирал уж очень пошлые – как всегда, присказки о старой магии (совершенно неправдоподобные, уж Газарт знал наверняка), слухи о других мирах, соприкоснувшихся во время Слияния (тоже на редкость глупые). Они улыбались и кивали друг другу, как старые знакомые. Но что‑то сквозило в его тоне между слов…
– Добро пожаловать, заблудшие овцы! – донеслось со сцены.
Место для беседы было выбрано идеально – в том случае, если ждёшь подвоха от собеседника. Кабак «Три Звезды», до отказа забитый не обычными выпивохами, привлечёнными вечерним представлением, а магистрами, выпускниками Астанской Академии. Теми, кому талант позволил задержаться в столице – что уже немало о них говорило. Простые горожане за квартал обходили это место, ведь никогда не знаешь, какую оказию кабак вытворит сегодня. То полыхнёт, испуская в небо стайку огненных драконов, то отправится летать по городу, проливая на улицы дождь из бражки.
– Приелась скучная работа на побегушках у аристократов? Кровь забурлила в ожидании настоящей магии?
Посетители взревели, ритмично постукивая кружками. Над столами огненных взмывали искры, над водными – клубы белёсого пара. Многострадальный горшок на окне вновь разбился, явив окружающим странное рыхлое существо, похожее на помесь человека и оленя. Роняя мокрые куски грязи, оно медленно поковыляло до сцены и развалилось у ног хозяина заведения.
– Ну, будет, братцы, – ухмыльнулся он, щелчком пальцев сдувая остатки грязи в дальний угол. – Мы тут с утречка подлатали защиту…
Очередной рёв заглушил его голос. Последняя фраза могла означать только одно.
– Дуэли! – завопил хозяин. Его руки покрылись чёрно-белыми лепестками пламени и взмыли вверх. Дуэли местная публика обожала.
– Газарт, а ты веришь, что до Слияния на этой земле уже был мир? Существовали народы, государства, кипела совсем другая жизнь… – неожиданно спросил бывший архимагистр, лукаво прищурившись. Каким-то образом окружающий гвалт не помешал расслышать его тихий голос.
«А вот и игра. Всё же противник, а не дурак. Это приятно», – удовлетворённо подумал Газарт.
– В мир до Слияния? – Он отразил на лице искреннее удивление. – Я привык не думать об этом. Да и какой смысл? Если не разрушительная мощь столкновения миров, то уж тёмные времена точно смыли все остатки былого. Мы никогда не узнаем ответов.
– А теперь и некому их рассказать, – задумчиво протянул Альберт, не сводя немигающего взора с Газарта. – Важные для нас ответы навсегда утеряны. До Слияния не было магии, но была жизнь, наука и кто знает, что ещё. Что-то же запустило Слияние. А люди, как дети, получили игрушку, магию, да и забыли про всё на свете. Правда, Газарт?
Некромант облегчённо рассмеялся. Ну что старик мог знать? Больше, чем стоило, это да. Зато говорить в открытую куда как интереснее.
– Или Слияние – это цикличная прихоть природы, которая обновляет миры. Извращённая шутка богов, недоступная нашему пониманию.
– Или прихоть людей в глупой попытке уравняться с Богами. Но всё однажды умирает, – отрешённо произнёс старик. – Но ведь тебе это известно?
– Некроманты немного разбираются в этом, не спорю, – улыбнулся Газарт. – Но даже они не в силах развязать мёртвым языки. Никогда не слышал о подобном.
– Бывали талантливые ребята… Но то прежде, теперь уже нет таких. – Улыбка пристала к лицу Газарта как приклеенная. Ни единым мускулом он не выдал своих мыслей, но Альберт вдруг расслабленно откинулся на невысокую спинку стула и шумно выдохнул. – Талантливые ребята часто плохо кончают.
Старик допил пиво и громко опустил кружку на деревянный стол.
Стоило прийти к нему первым, а не надеяться на старых друзей. Стоило поговорить раньше… Быть может, тогда у мира было бы больше шансов.
– Альберт, скажи, ведь недавно был у тебя ученик, Даниэль Рид, кажется. Тоже талантливый юноша.
– Был, – простодушно пожал плечами бывший архимагистр.
– И история эта с демоном увлекательная. Почему его не взяли в преемники по стихии духа? Пусть и не его специальность, но место пустовало до меня много лет. И, признаться, я был сильно удивлён, не застав его здесь. Праздное любопытство.
– Эх, молодёжь! Вам лишь бы магию познавать, никогда не думаете о последствиях, – казалось, вполне дружелюбный тон намеренно подчёркивал строгий взгляд. Как интересно, это тоже намёк? – Не берут в преемники Ковена пропащих людей, Газарт.
– Тогда я рад высокой чести, оказанной мне. – Нет, правда, не засмеяться здесь было слишком тяжело, но он всё же сдержался. Сколько бы верных догадок ни построил Альберт, его шутки были не самыми удачными.
– Итак, уважаемые и неблагоразумные, кто готов сразиться с противником прямо на этой сцене? – голосом уличного зазывалы протянул хозяин кабака.
Маги любили захватывающие зрелища за вечерней кружкой эля не меньше, чем обычные люди. Но вот желающих подставлять ради этого собственную шкуру было гораздо меньше. Вернее, рисковый нашёлся только один.