Алекс Рауз – Алиса видит сны. Часть 1 (страница 5)

Сегодня у меня больше решимости. Я всё ещё загнана. Я хочу искать выход. И утренние серые тени скользят на периферии…

Два раза кликаю по ярлыку и открываю сайт анонимного чата. Напротив моей пустой аватарки появляется жизнерадостный зелёный кружок. Я онлайн.

Не помню, где именно я отыскала этот чат, но он идеально подходит для таких, как я. Ты просто заходишь в сеть, и загадочные алгоритмы рандома подбирают тебе собеседника. Ты всегда можешь закрыть диалог, можешь соврать или выложить всю правду о себе – полная анонимность и никакой ответственности.

Первые минуты ничего не происходит. Смотрю на расплывчатый силуэт своей аватарки – ни лица, ни фото. На этом сайте у меня только имя и номер. Интересно, что это может сказать обо мне? Придёт ли в таком чате хоть одно сообщение… Дурацкая затея, нужно идти спать.

Я почти успеваю успокоиться, убаюканная мерным миганием зелёного, когда тишину нарушает звук входящего сообщения. Мой дом больше не территория безвременья, сюда постучался кто-то извне.

Тут же хочу закрыть ноут. Нет. Для меня это слишком. Я не могу его открыть, я не могу.

Нажимаю на мигающий кружок и читаю. Щёки мгновенно обжигает. Что я ждала? Но этот хлёсткий удар под дых заставляет меня остаться. Что бы ни было в этой норе.

Black_Rabbit: Привет, Алиса) Исследуешь глубину кроличьей норы, или так, мимо проходила?

Боги…прости, прозвучало немного пошло, но я не это имел ввиду)

Thirteenth_Alice: Упала лет двадцать назад, а дна всё никак не достану🤪

Ну здравствуй, Кролик.

Что я пишу?? Буквы сами вырываются из-под пальцев. Это я, и одновременно совсем не я. А кто-то определённо гораздо смелее. Добавляю смайлик, чтобы не выглядеть слишком серьёзной.

Всё ещё сижу за ноутбуком? Это какое-то наваждение. Быть может, я уже немного умерла сегодня, чтобы попасть сюда.

Black_Rabbit: Ахахаха, да, тут законы физики работают иначе. Честно говоря, я и сам не в курсе в какой стороне это дно) Но куда бы не повернул, все равно движешься к нему))

Thirteenth_Alice: Ну дно твёрдое и материальное, на нём проще, чем барахтаться в полёте. Скорее бы приземлиться…

Или не выглядеть слишком честной? Нет, тут смайлик уже не подойдёт.

Black_Rabbit: Звучит тревожно. Еще ненароком зашибёшь себя или какого-нибудь дноходца.

Thirteenth_Alice: Дноходца? Я думала, дно пустое. Ведь все хотят наверх. А тут можно и задохнуться.

Black_Rabbit: Пустое? Как бы не так! Снуют туда-сюда со своим особо важным мнением и нескончаемо бухтят. Не могут они наверх, вот и топчутся злые у себя на дне.

Я улыбаюсь, неожиданно для себя самой. Будто я сходу попала в какую-то игру, правил которой не знаю.

Могла ждать от незнакомцев что угодно, но не этот странный разговор. В игре я могу быть откровеннее, чем где-либо. Мне это нравится? Не понимаю своих чувств, но я уже играю. В который раз за день падаю в неизвестность.

Black_Rabbit: А всех летающих за версту чуют! Так что ты осторожней. Лучше уж разбиться, чем оказаться среди них.

Thirteenth_Alice: Они не чуют падающих. Падающие – всегда тени, и никому нет дела до теней. Но оно и к лучшему, правда?

Ты первый за многие годы, у кого получилось поговорить с тенью. Я сама зачем-то разбила барьер молчания.

Первая бомба в моей груди плавно опускается на землю. Всего десять минут за экраном, и этот взрыв пока тихий. Но осколки рвут мне лицо.

Black_Rabbit: Я бы хотел уметь обращаться тенью.

Долго молчу. Включаю и выключаю настольную лампу. Путаюсь в тяжести наших метафор. Больше не контролирую дыхание, не контролирую ничего вокруг себя.

И отпускаю…

Thirteenth_Alice: Я бы хотела, чтобы у меня не было такой нужды.

Кролик, все тени разбиваются. Рано или поздно. Или в полночь.

Разве ты не хочешь быть наверху?

Black_Rabbit: Я не очень хорошо летаю. Зато высоко прыгаю! Хоть на какое-то время можно почувствовать себя свободным, пока лапы не касаются земли))

Thirteenth_Alice: Тогда тебе точно не нужно в тени. Ты знаешь запах свободы…

В мире теней всё пахнет отчаянием. Когда единственная свобода – единственный доступный выбор – решение разбиться быстрее.

Black_Rabbit: Думаешь тут иначе? Ха. Это не мир источает этот запах, а те, кто его населяют.

Уж прости, что говорю сплошными метафорами, они иногда могут описать гораздо больше.

Мне кажется, что мы схоже звучим. Спасибо тебе, это приятное и редкое чувство, Алиса))

После этих строк меня прорывает. Глаза нещадно щиплет, и дрожащие руки выводят сообщение, самое искреннее, что я когда-либо кому-либо говорила.

Thirteenth_Alice: Никогда не думала, каково "тут". Я трачу всё время и силы на то, чтобы казаться "как все", делать вид, что я лечу и карабкаюсь наверх, а не падаю. Жду, когда разобьюсь… И совсем не чувствую других, за стеной.

И вдруг ты постучался ко мне. Спасибо за метафоры.

Только через них я могу сказать то, о чём мне запрещено думать. О чём я думаю постоянно, но никак не сделаю. Теперь я подписала договор со своим психологом, и точно не сделаю, пока мы не закончим наши сессии…

Black_Rabbit: Как же я тебя понимаю

Моё еле живое сердце бухает в груди совсем как настоящее…

Black_Rabbit: Но я бы не хотел разбиваться. Если бы я так сильно не боялся одиночества, то мечтал бы стать тенью, незримым ни для кого.

Я хочу ещё что-то написать, сказать спасибо или просто слова, совершенно любые… Но руки на мгновение каменеют над клавиатурой, а потом обхватывают плечи, и горькая солёная волна сносит меня с горизонта.

Я захлёбываюсь и тону уже в этом мире, еле держась на стуле, срывая и вновь натягивая куртку, укрывая ею лицо. Прячась от своей боли, которая разрушает плотину немоты вслед за Кроликом. Прячась от сладкого слова "понимаю", которое я никогда не хотела слышать, которое я так жаждала знать.

Мои вены вскрываются и растекаются по полу разноцветными пятнами. И новые чувства, такие живые и настоящие, наполняют их неведомо откуда. Они режут нутро тупым ножом жёлтого света моих ночников. Я не могу их принять и не могу отказаться.

Я вижу спасательный круг, который кинули мне прямо в лицо. Вижу и не могу схватиться. Все мои реальности взрываются одновременно, и их ударная волна способна меня убить.

Я бы так хотела не хотеть разбиться…

Я бы хотела ответить Кролику, но сегодня уже не смогу.

Я так и не достаю тетрадку. Засыпаю далеко за полночь перед ноутбуком, совершенно без сил, с открытой перепиской. И с открытой душой, которую я давно похоронила.

Глава 4. Алиса находит дно

Пронзительная трель будильника отдаётся резкой болью во всём теле. Я с трудом поднимаю голову и первое, что вижу – опять эта переписка. Дёргаюсь как от удара током и резко закрываю ноутбук.

Спина разгибается с трудом, на щеке отпечаток клавиатуры. Разбереженная вчера душа прячется за заслоном сокрушающего бессилия.

Упорно отказываюсь понимать, как обычная переписка с незнакомцем, наша странная игра в метафоры, смогла меня добить. Как всего несколько сообщений… У Кролика странный язык. Может, я выдумала его? Может, это новый виток моей шизофрении, и на самом деле ничего не было.

Залезать в ноутбук и проверять я не стала. Меня ждёт очередной день, когда я буду из последних сил изображать нормальную. Молиться всем богам и дьяволам, чтобы не вылететь на изнанку. Ходить, считать шаги, стараться понять, что ещё от меня хотят коллеги и этот безумный мир. Дышать ровно и размеренно. Пытаться выжить непонятно ради чего.

И меня ждёт вечер и незнакомый человек, первый в жизни, кому я хочу сказать правду. Ждёт ли? Рискну ли я снова заговорить?

Расчёска. Лифт. Автобус. Одна пересадка. Двести тринадцать, проходная, сорок, три этажа, третья дверь. Я всё ещё без сил. Я не здесь почти так же сильно, как во время трипов.

Я ору внутри.

– Привет, – новый голос совсем рядом. Звучит эхом в пустой голове и почти забивает мой собственный немой крик.

Не сразу понимаю, что это сказал Максим. Я не привыкла слышать его голос. Поворачиваюсь медленно, как в бреду, и киваю в ответ. Слов не выдавить.

Вдруг мне отчаянно хочется, чтобы он и был тем самым Кроликом. Чтобы то самое понимание, как незримая рука помощи, было прямо здесь, рядом. Чтобы…

Я не знаю, что бы я стала делать. Но ищу в серых глазах искру узнавания, следы возможного разговора. Не понимаю, что именно я могу там искать – двери заперты, в его жизни прошлым вечером ничего не поменялось. Я смотрю и не двигаюсь слишком, неприлично долго.

Но он прямо смотрит в ответ. Я не могу читать по его лицу, хотя мне кажется, что он тоже чего-то ждёт. Моего ответа? Сейчас бы выдать одну из тех неловко-вежливых улыбок, которыми я так часто разбрасываюсь в этих стенах.

Надо бы, но я не могу. Я почти уверена, что сквозь мои пустые глаза на светлый ламинат выливается всё моё отчаяние. И прямо сейчас где-то на самой глубине этой пустоты настоящая я. Та, кого я и сама толком не знаю.