Алекс Прудников – Машаах. Полная версия (страница 18)

Мать мысленно обратилась к Машааху. Их связь была сильна, но сейчас она ощущала какое-то сопротивление, словно невидимая стена отделяла её от сына. Ответ пришёл, но он был слабым, едва уловимым, будто доносился издалека.

«Нужно действовать быстрее», – подумала она, сжимая кристалл так сильно, что ногти побелели.

Приняв решение, Мать призвала стрекозу – величественное существо с крыльями, отливающими всеми цветами радуги. Стрекоза была не просто посланницей – это было древнее создание, на котором жители Айкона совершали свои путешествия. Она появилась перед Матерью, словно материализовавшись из воздуха.

– Найди Машааха. Скажи ему, что Иолай в опасности, – прошептала Мать, вкладывая в слова всю свою силу, всю тревогу, всю материнскую любовь.

Стрекоза взмахнула крыльями, и её полёт оставил после себя лишь лёгкое мерцание. Но даже сейчас, наблюдая за её полётом, Мать не могла избавиться от тревожного чувства. Всё казалось слишком медленным, слишком рискованным.

Её пальцы дрожали, когда она надевала традиционную бордовую тунику. Кристалл большого взрыва мерно пульсировал на лбу. Ткань казалась тяжёлой, словно сама судьба давила на её плечи. Мать вышла на главную площадь, где ветер играл с её одеждами, принося с собой ароматы цветущих садов Города Света.

Площадь была пустынна, только звёзды смотрели на неё с высоты, будто сочувствуя её тревоге. Мать вглядывалась в тёмное небо, где только что исчезла стрекоза. Её предчувствие кричало о надвигающейся катастрофе, и она знала – времени почти не осталось.

Сердце Матери разрывалось от беспокойства. Она чувствовала, как силы покидают её, как тревога за сына и Иолая заполняет каждую клеточку её существа. Но она не могла показать слабость. Она была Матерью, защитницей, надеждой.

«Пожалуйста, пусть не опоздаем», – мысленно молилась она, сжимая кристалл так крепко, будто от этого зависела жизнь Иолая. Её предчувствие кричало об опасности, и она знала – на кону стоит нечто большее, чем просто жизнь одного человека.

В её сердце росла тревога, но она старалась не показывать этого. Машаах должен был прийти. Он был их последней надеждой. И она будет ждать, сколько бы времени ни потребовалось, потому что матери всегда ждут своих детей, даже когда мир вокруг рушится.

Внезапно она почувствовала, как воздух вокруг неё задрожал. Ещё одна стрекоза появилась на горизонте – та, что доставила её саму в Город Света. Её крылья мерцали в темноте, словно звёзды, упавшие с неба. Мать знала – это знак того, что её призыв услышан, и помощь уже в пути. Но тревога всё равно не покидала её сердце.

Глава 16: Призыв Матери

Ночь окутала город у реки Вирам своим тёмным покрывалом. Машаах спал, но сон его был чутким. Внезапно он почувствовал призыв Матери – ясный и настойчивый, словно голос, звучащий прямо в его сознании.

За восемь лет, проведённых у священной реки, Машаах научился различать оттенки видений и предзнаменований. Теперь эти способности стали частью его повседневной жизни, такой же естественной, как дыхание. Он мог исцелять болезни прикосновением, вдохновлять людей словом, видеть грядущее и направлять судьбы.

В этот момент к призыву Матери присоединился стрекот крыльев – знакомый звук приближающейся стрекозы. Не теряя ни секунды, Машаах тихо поцеловал спящую Фрею и детей. Надо было спешить, он чувствовал это. Машаах уже давно простил Мать, хотя многие вопросы так и остались без ответов.

Стрекоза ждала на центральной площади. Машаах чувствовал, что время играет против него, и, вскочив на спину существа, позволил ему взмыть в ночное небо с максимально возможной скоростью.

Двадцать минут полёта – и впереди показались величественные стены Города Света. Колонна центрального храма, словно перст судьбы, указывала путь. Стрекоза плавно опустилась на площадь, где собралось множество людей.

Впереди всех стояла Мать, а рядом с ней – незнакомец в белоснежных одеждах, держащий в руках кубок с водой. Толпа падала ниц при появлении Машааха. Мать воздела руки к небу:

– Сын мой!

Человек в белом, Иолай, шагнул вперёд:

– Прими воды священной реки Вирам в себя!

Машаах уже поднёс кубок к губам, когда из толпы вырвался человек в чёрном. В его руках сверкнул меч.

Один молниеносный взмах – и голова Иолая упала к ногам Машааха. Несколько алых капель, смешавшись с водой в кубке, окрасили её в цвет крови. Машаах, повинуясь какому-то внутреннему порыву, сделал глоток.

Преступник не успел даже вскрикнуть – его тело растворилось в яркой вспышке кристалла большого взрыва, словно поглощённое самой вселенной.

Тишина. Абсолютная, звенящая тишина опустилась на площадь.

В тот момент произошло нечто невероятное. Тело Машааха начало светиться мягким, неземным светом, который с каждой секундой становился всё ярче. Его аура распространялась волнами, озаряя всё вокруг.

Божественное преображение началось медленно, но неотвратимо. Каждая клеточка его существа наполнялась светом, словно внутри него разгоралось маленькое солнце. Мысли понеслись с невероятной скоростью, словно освободившись от оков времени.

Небо над площадью начало меняться. Облака расступились, открывая звёзды, которые засияли ярче обычного. Ветер стих, и только свет, исходящий от Машааха, наполнял пространство.

Мать, стоя на коленях, склонилась перед ним в глубоком поклоне:

– Свершилось!

В тот же миг она исчезла, переместившись на материнский корабль, к Итолу, ждавшему этого момента тридцать лет.

Одежды Машааха преобразились, став белоснежными, как снег на вершинах гор. Они словно были сотканы из лунного света и звёздной пыли. Каждый его шаг оставлял светящийся след, а каждое прикосновение дарило исцеление.

Люди, стоявшие на коленях, чувствовали, как их тела наполняются силой, а души – покоем. Больные вставали на ноги, слепые начинали видеть, а хромые – ходить.

В это время в своём тайном убежище Тёмный Властелин бился в судорогах ярости. Его гнев был столь велик, что он уничтожал всё и всех, кто попадался ему на пути.

– Это не конец! – рычал он, и его голос эхом разносился по подземельям. – Это только начало!

Но его крик тонул в сиянии, исходящем от Машааха. Свет победы над тьмой разливался по земле, и даже звёзды, казалось, склонились перед величием этого момента.

Божественная сила наполнила мир, и каждый, кто находился в пределах досягаемости этого света, чувствовал, как меняется реальность вокруг. Время словно остановилось, чтобы запечатлеть это великое событие в памяти вечности.

Глава 17: Выбор судьбы

В мрачных покоях своего кабинета Верховный правитель застыл перед экраном, транслирующим события из Города Света. Его глаза не отрывались от происходящего, впитывая каждую деталь. Тени, словно живые существа, танцевали по стенам, отражая его внутренние терзания.

Он видел всё: и стремительный взмах меча, отделивший голову Иолая от тела, и алые брызги крови, окропившие грудь Машааха. Видел, как тело молодого человека начало светиться, излучая неземной свет, который с каждой секундой становился всё ярче. Наблюдал за тем, как люди вокруг исцелялись одним его прикосновением, как их голоса сливались в едином гимне прославления.

Внезапно его размышления прервал голос Помфи, прозвучавший словно шипение змеи:

– Машаах смертен… Мы можем остановить его!

Её слова повисли в воздухе, словно яд, отравляющий разум правителя. Глаза гадалки горели нездоровым блеском, а губы искривились в зловещей усмешке.

– Если его не остановить, придётся склониться перед ним и служить ему! – продолжала она, впиваясь взглядом в лицо правителя.

В душе Верховного правителя разгоралась борьба. Часть его сознания понимала – произошедшее лишь подтверждает то, что мир Айкона по праву принадлежит Машааху. Скоро он придёт, чтобы забрать то, что принадлежит ему. Но другая часть, та, что жаждала власти, отказывалась принять эту истину.

В этот момент дверь кабинета с грохотом распахнулась. На пороге стоял Тёмный Властелин – его появление было подобно удару молнии, расколовшей небо. Его глаза светились неестественным светом, а аура власти давила на всех присутствующих.

– Ты проиграл эту игру, но не всю партию! – прогремел он, его голос эхом отражался от стен. – Вместе мы можем уничтожить Машааха и править планетой в своё удовольствие!

Душа правителя разрывалась между светом и тьмой. Противоречивые чувства терзали его разум, но в конце концов тёмная сторона взяла верх.

Склонившись в глубоком поклоне перед Тёмным Властелином, Верховный правитель произнёс:

– Что мне делать дальше, мой повелитель?

Тёмный Властелин, наслаждаясь моментом своего триумфа, медленно приблизился. Его рука тяжело опустилась на голову правителя, и в этот момент тот почувствовал, как тёмная энергия проникает в его сознание.

– Я всё расскажу… – прошептал он почти нежно, его губы почти касались уха правителя. – И всё покажу.

В этот момент судьба Айкона сделала роковой поворот. Свет и тьма схлестнулись в последней битве, и исход этой схватки мог изменить всё.

Экран перед правителем погас, но образы происходящего в Городе Света навсегда запечатлелись в его памяти. Теперь он знал – война неизбежна. Война между светом и тьмой, между добром и злом, между тем, что должно быть, и тем, чего жаждут амбиции.

В зале начали проявляться странные символы, светящиеся алым светом. Помфи опустилась на колени, начиная древний ритуал. Воздух наполнился запахом горящих трав и чем-то ещё, более зловещим.