Алекс Орлов – Главный шлюз (страница 70)

– Это вызовет ответные действия, сэр.

– Возможно. Но там, где находится наша основа и культура, воевать с нами будет трудно. А вот мы здесь можем позволить себе многое. И не обязательно действовать в открытую. Я уже думал вот о чем: для начала можно проводить пропагандистскую подготовку и регулярно выливать на аборигенов тонны информации о том, что существует угроза. Что преступники-ученые что-то там изобрели и упустили во внешнюю среду. Что оно там где-то развивается и потенциально угрожает. Вы же знаете, как мы умеем это делать, Гауп.

Начбез снова кивнул. Сегодня верховный руководитель был в ударе, и лучше его было не перебивать.

– Поэтому, когда все произойдет, все шишки посыплются на головы этих «преступников-ученых», и мы заранее подготовим конкретных лиц, на которых должен будет пасть народный гнев.

– Такая тактика кажется мне перспективной, сэр, – решился заметить Гауп.

– Ну разумеется. А взрыв все же будет, но это будет не банальный выплеск разрушающей энергии, это будет взрыв тонких информационных субстанций, природу которых мы до конца не понимаем, но уже можем использовать в собственных целях.

Гауп опять кивнул. При правильном подборе массы вещества и нужных катализаторов заражение происходило одномоментно на огромной территории. Без разрушений, огня, грохота.

– Сэр, возвращаясь к началу нашей беседы… Я считаю, что в условиях неопределенности этого Брейна нужно ликвидировать.

– А что это нам даст?

– Я надеюсь увидеть какие-то движения со стороны противника. Что-то, что даст нам больше информации.

Робер помедлил с ответом, барабаня пальцами по столу, потом вздохнул и, сев ровнее, сказал:

– В этом вопросе я полностью вам доверяю, дорогой Гауп, так что действуйте.

108

В семь утра диспикер запрыгал на столе от ожидаемого звонка, и, еще не проснувшись, Чаки, не глядя, схватил его и быстро ответил:

– Слушаю тебя, Грибас…

– Короче, привезли ночью. Я как пришел на смену, глянул в регистрационный журнал и все понял.

– Каковы условия? Торги? Огласка?

– Нет. На территории города это запрещено.

– С каких это пор?

– Закон принят четыре года назад. Поэтому можно просто приехать, заплатить выставленную компанией цену и забрать товар.

– Где можно узнать цену? – спросил Чаки, с помощью свободной руки уже надевая штаны.

– В регистрации указана приблизительная цена – восемьсот сакверов, но обычно продается чуть дороже.

– В пределах штуки?

– Где-то так.

– Отлично, уже выезжаю!

– Не забудь мои проценты, – напомнил абонент, прежде чем Чаки отключил трубку и стал лихорадочно одеваться.

Грибас был его недавним знакомым, на которого его вывели правильные люди. Правда, за эту информацию они стребовали с него триста сакверов, однако их сведения стоили заплаченных денег, поскольку Грибас был ценным источником и даже немного больше – он участвовал во всей цепочке процедур, поскольку являлся помощником менеджера на складе компании «Хуман-электроникс».

Грибас был парень не промах. Едва только Чаки сделал к нему подход в баре неподалеку от склада, помощник менеджера сразу понял – тому от него что-то нужно. Он не торопился напиваться за счет нового знакомого, который навязчиво предлагал ему дружбу, и дождался, пока поступит конкретное предложение, чтобы выторговать наиболее выгодные условия.

В результате, еще не заговорив о конкретном товаре, Чаки пообещал Грибасу триста пятьдесят сакверов.

– Будь спокоен, парень, по серийному номеру, который, как ты говоришь, у тебя имеется, я буду знать о товаре все – и где ремонтировался, и кем, и когда прибудет, и где будет храниться.

– Спасибо, камрад. Ну, теперь-то ты выпьешь со мной?

– Теперь выпью.

Позже, уже будучи навеселе, Чаки пытался объяснить, почему он интересуется подобным товаром, однако новый знакомый его прервал.

– Стоп, приятель. Вокруг этого специфического товара крутится столько разных… особенных личностей, что в детали мне вникать не только неинтересно, но даже небезопасно. Поэтому – ты заплатил, я сделал.

Одним словом, знакомство состоялось, они нашли общий язык, и теперь Чаки катил по улице навстречу своей мечте. Хотя и не на привычном дорожном хищнике, а на машине поскромнее.

Чаки держал ее не на общей стоянке и брал, когда хотел оставаться незаметным.

А сегодня он этого хотел.

Утренние дороги были, как обычно, забиты транспортом, и Чаки нервничал, однако по мере приближения к району, в котором на самой окраине города располагался склад, статус дорог понижался, и на них становилось свободнее.

Одновременно с этим улучшалось и настроение Чаки. Он обогнал один автомобиль, потом другой и вдруг в тридцати метрах перед собой увидел корму знакомого авто. Да, он не мог ошибиться, это был минивэн Спота.

Уже отремонтированный и восстановленный после недавней перестрелки, он выглядел так, будто только прибыл с завода.

У Спота повсюду были связи, в ремонтных мастерских, разумеется, тоже. И хотя такой ремонт – дело не быстрое, по требованию Спота рабочие могли и ускориться – с ним никто не решался спорить.

– Куда же ты прешься с утра пораньше? – вслух произнес Чаки, вынужденно сбрасывая скорость, чтобы не обгонять Спота и не привлекать к себе внимание.

Впрочем, до склада оставалась лишь пара минут езды, и Чаки согласился подождать. Однако каково же было его удивление, когда он увидел, как минивэн сворачивает в сторону указателя с обозначением склада «Хуман-электроникс».

Чаки еще сбавил скорость и, притормозив на повороте, подождал, когда минивэн заедет на огороженную металлической сеткой территорию склада.

Охрана не препятствовала проезду Спота, и никто не потребовал у него пропуск – просто открыли ворота. А ему, Чаки, Грибас обещал заказать пропуск.

Остановившись за пределами огороженного пространства, Чаки стал наблюдать.

Вот Спот подъехал к блоку «номер четыре», куда должен был подъехать и Чаки. Минивэн остановился, и к нему поспешил тот самый Грибас. Угодливо наклонившись к окошку, он что-то стал быстро говорить и едва ли не кланялся через каждое слово, потом принял что-то из рук Спота, видимо, деньги, и убежал внутрь склада. А минивэн развернулся и стал кормой сдавать внутрь распахнутых ворот склада.

Какое-то время Чаки ничего не было видно, но вскоре минивэн снова появился и, покинув огороженную территорию, проехал недалеко от пригнувшегося к панели Чаки, набирая скорость.

Лишь после этого Чаки завел мотор и, развернувшись, подъехал к воротам. Вышел охранник и, держа перед собой планшет, сверился с указанными в пропуске номерами.

Ворота открылись, Чаки проехал на территорию. Возле нужного ему блока его с виноватым видом дожидался Грибас.

– Извини, друг, товар только что забрали.

– Что?! Что значит забрали?! – закричал Чаки, хотя это сообщение для него едва ли стало новостью. – Почему ты отдал, ведь мы же договорились?!

– Понимаешь, это старый клиент. Он часто у нас бывает, но у него есть одна особенность – ему нельзя перечить. Я бы не смог отказать ему ни при каких обстоятельствах. Извини.

С этими словами Грибас развернулся и скрылся за дверями склада.

Еще мгновение Чаки находился в ступоре, затем резко газанул и, развернувшись, понесся к воротам.

Испуганный охранник тотчас включил привод ворот, и, не прояви он расторопность, Чаки снес бы их вместе с петлями.

109

Выскочив на шоссе, Чаки интуитивно свернул направо и, прибавляя обороты, начал обгонять одну машину за другой. Через пять километров был новый перекресток, и Чаки поехал в сторону пригорода.

Он ничуть не сомневался, что едет правильно, он словно чувствовал свежий след Спота и вскоре увидел маячивший вдалеке минивэн, который ехал не очень быстро – Спот осторожничал из-за товара, который он, по всей видимости, очень ценил.

Первая мысль Чаки – подрезать минивэн, выскочить с пушкой и пристрелить ненавистного урода. Порыв был таким сильным, что Чаки уже нажал на газ, однако в последний момент передумал, решив, что действовать нужно иначе.

– Как бы сейчас поступил Томас? – вслух спросил себя Чаки, чтобы звуком собственного голоса вернуть самоконтроль. – Томас постарался бы держаться подальше, выследил бы урода и потом придумал бы ему какую-нибудь ловушку. Так и я сделаю!

И он поехал медленнее, прикрываясь двумя-тремя автомобилями, чтобы Спот ничего не заметил.

Закончилась промышленная зона, потянулись заброшенные здания и полуобитаемые дома, где селились бездомные и наркоманы.

Дорога прошла по мосту над глубокой сырой балкой, и затем минивэн свернул налево, покатившись по извилистой грунтовке, проходившей через заросшие кустарником пустыри.

Чаки приходилось быть очень осторожным, чтобы за очередным скрытым кустами поворотом не наткнуться на машину Спота. Пришлось даже приокрыть окно, чтобы прислушиваться.