Алекс Норк – Слепая мишень (страница 3)

– Пей на здоровье, там еще одна такая же.

– Тогда я требую, чтобы мы выпили сейчас же за ваш приезд. А потом я вас приглашаю к себе на ужин.

– Нет, спасибо дядя Гарри, давай перенесем это мероприятие на завтра. А сегодня ты поужинай с нами. У нас куча провианта, кое-что надо сразу съесть, чтобы не испортилось на жаре. Да и не хочется уже больше никуда перемещаться.

– Да, мистер Шелтон, – поддержал Кларк, – мы с утра уже почти пять тысяч миль отмахали.

– Поэтому еще полмили, дядя, нам просто не осилить.

– Ну, что поделаешь. Будь по-вашему, да, Том?

Пес в ответ буйно замахал хвостом и попытался посмотреть на всех сразу.

День и вечер установили временное равновесие.

Шелтон сидел спиной к окну, которое смотрело на лес, Кларк – напротив.

Генри собрал уже со стола тарелки, чтоб унести на кухню, Том, заметив это, подошел к своей миске и долизал остатки.

– Сейчас будет кофе, – крикнул из кухни Флеминг.

– Тебе помочь? – справился Кларк.

– Нет, лучше зажги пока керосиновые лампы.

Теплые красные кончики солнечных лучей уже соскальзывали со стола, и комната начинала темнеть.

Шелтон, раскурив трубку, протянул Кларку свою зажигалку:

– Никогда не зажигали такие лампы? Там сбоку маленькая щелка. Поднесите к ней огонь, а потом покрутите колесико и отрегулируйте пламя.

Кларк повозился несколько секунд с лампой над столом, узорчато оправленной резной бронзой и подвешенной к потолку на таких же цепочках.

Неожиданно огонь под стеклом загорелся длинным ярким языком, и в тот же момент солнечные лучи совсем покинули комнату. В ней сразу же возник новый мир теней и света, мягкий и немного таинственный. Кларку показалось, что развешанные по стенам звериные морды обрели живые выражения.

– Великолепно, – поощрил его успехи Шелтон, – а теперь еще эти. – Он указал на небольшие лампы по углам комнаты.

Кларк поочередно зажег каждую, света стало много, и окно в сторону леса превратилось в темно-синий прямоугольник, а во втором окне обозначился малиновой полоской уходящий закат. Стало слышно, как птицы и насекомые провожают его каждый своим звуком, сливаясь в нарастающий переменчивый хор.

Шелтон глубоко затянулся и выпустил струю ароматного табачного дыма:

– Этот год на редкость удачный. Зверья расплодилось великое множество. Уток и тетеревов в два раза больше средней нормы. Кабанов – тоже чересчур. Молодняк мы будем поближе к зиме отлавливать и вывозить в другие заповедники, а взрослых матерых секачей надо бить, иначе они весь лес перепортят.

– С нами прилетел орнитолог из Бостона, – вспомнил Кларк, – расположился здесь неподалеку. Мне показалось, что он легкомысленно поступил, не взяв с собой оружия.

– Да, – кивнул головой Шелтон, – он и в прошлом году здесь работал. Я ему говорил, без оружья в лесу нельзя. Конечно, в летнее время у зверья нет проблем. Медведи, волки, даже рыси ведут себя очень спокойно, но все же, вы правы, это легкомысленно.

Появился Флеминг с небольшим подносом и тремя вместительными керамическими чашками с дымящимся кофе.

– Сейчас притащу печенье и сахар.

– Спасибо, Генри. – Шелтон взял в руки уже начатую бутылку рома и налил в три маленьких стаканчика. – Ух, какой чудесный запах от этих двух напитков – кофе и рома! Пахнет экватором.

Внезапно в темном окне, что на лес, вспыхнула и, падая, пронеслась ярко-зеленая звезда – раза в два больше обычной; случилось в считанные секунды, и только Кларк, сидящий напротив окна, успел это заметить. Она переливалась, сочетая изумрудное сияние с красноватыми проблесками.

– Какая странная звезда упала, жаль, вы не видели, мистер Шелтон.

Тот повернул голову и посмотрел в уже черное окно.

Флеминг поставил на стол две вазочки – с сахаром и печеньем:

– Прошу. Что там упало, Джеффри?

– Звезда или метеорит.

– Это здесь иногда бывает. – Шелтон поднял стаканчик рома. – Ваше здоровье, друзья!

Ночь в самом своем начале – дверь охотничьего домика распахнута, Флеминг с Кларком вышли проводить гостей, свет проникает из открытой двери наружу, но и без него большая белая луна хорошо освещает вокруг.

– Значит, завтра вечером ко мне, ребята, – прощаясь, говорит Шелтон. – И будьте повнимательнее в лесу. Там все же не площадка для стендовой стрельбы.

Они с Томом обогнули дом и направились в ту сторону, где два часа назад был и растворился багряный закат. Друзья еще некоторое время постояли у порога и возвратились в комнату.

– Пожалуй, я бы выпил еще не очень крепкого кофе, Джеффри, ты как?

– Да, с удовольствием. – Кларк посмотрел в окно на невидимый в темноте лес: – И все-таки даже в такую прекрасную ночь неприятно думать, что Стивс будет спать в лесу. Ты когда-нибудь ночевал в лесу, Генри?

– Много раз, – позвякивая чашками, громко ответил тот из кухни. – Когда мы с дедом оказывались слишком далеко от дома.

Через несколько минут он принес кофе и оба сели за стол.

– Ты напрасно думаешь, что лес такой темный и глухой, каким кажется из этой комнаты. Там просторно, свои огоньки и звуки. Вокруг идет ночная жизнь: светлячки в траве, мелкие грызуны шуршат, ежики, ночные птицы – все это тут же, рядом. Костер освещает поляну, и иногда звери приходят посмотреть на него и на человека. Чаще всего это лоси или маленькие зверьки, вроде бурундучка. Лес – лучшее место на земле, только там, внутри него, я вдруг понимал, что я часть умной большой природы. Вечной, и поэтому сам я часть вечности, и не могу уйти из нее без следа. Значит, не уйду насовсем. Это нельзя понять разумом, можно только почувствовать.

– Ты счастливый человек… А в моей жизни ничего не было, кроме пыльных улиц, да еще всякой преступной шушеры, с которой приходится сталкиваться каждый день.

– Ничего, Джеф, скоро лес будет и твоим другом. А какие здесь озера! С прозрачной холодной водой, каменистыми берегами. И сосны вокруг. Ты будешь просто очарован!

Последние слова Флеминга совпали с очень далеким звуком. Он длился секунды три: будто больной шумно выдохнул в беспамятстве воздух – вместе с ним боль, заметавшуюся в последнем звуке. Звук сильный и вместе очень далекий, поэтому трудно понять, где он на самом деле, но где-то там, в глубине леса.

Оба прислушались с застывшими в руках чашками…

Кларк собрался что-то сказать и уже сделал легкий предваряющий жест рукой, но в этот момент звук раздался опять. На этот раз к нему, после едва уловимой паузы, прибавился короткий хрипловатый вскрик, похожий на смех, смешавшийся с гневом.

Флеминг удивленно поднял брови.

– Что это, Генри?

Тот некоторое время озадаченно молчал, потом потер указательным пальцем лоб сверху вниз.

– Сам не знаю, никогда такого не слышал. – Он еще раз задумчиво пожал плечами и сделал глоток из чашки. – Надо будет завтра спросить у дяди Гарри, кто здесь такой крикливый завелся.

Он поднес чашку к губам, но, не сделав очередного глотка, поставил ее на стол:

– М-м, Джеф! Да это же отпугивающая сирена. Там, на озерах, редкие породы мелкого зверья – выдры, бобры, утконосы – сейчас у них как раз появилось потомство. Вот места их плотного обитания и огораживают со стороны берега отпугивающими средствами от крупных хищников, чтобы те малышей не пожрали.

– Понятно, поэтому и звук такой неестественный.

– Ну-да.

В полдень следующего дня друзья, не спеша, шли по лесу. Погода стояла облачная, но теплая, почти жаркая. Вышли из дома больше часа назад и до тетеревиных полян, на которые сегодня нацелился Генри, оставалось совсем немного.

Впереди между деревьями завиднелись проблески водной глади, шедший чуть впереди Флеминг обернулся к приятелю:

– Подходим к системе озер. Это первое, самое большое.

– И между ними есть протоки?

– Да, есть естественные, а есть и искусственные, которые лет тридцать назад сооружал мой дед. Поэтому здесь идеальные условия для рыбы и для животных.

Преодолели последнюю череду деревьев, и Кларк увидел действительно очень большое озеро. Почти что круглое, или так показалось – озеро было в диаметре не меньше мили, и сразу определить его форму не удавалось. Лесистый край с их стороны возвышался метров на пятнадцать над озером, дальше к воде шел не очень обрывистый, но все-таки довольно крутой песчаный спуск.

– Вон там, – Генри указал на противоположную сторону, где берег был более пологим и лес подходил к воде, – колонии бобров и других зверушек. А нам сейчас в сторону, направо, там наши тетерева. Купаться не будем?

– Пожалуй, можно быстренько окунуться.

Они спустились вниз и прошли немного вдоль кромки воды.

– Ну что, давай здесь? – предложил Флеминг.