Алекс Норк – Четыре с половиной (страница 9)

Сумка вещевая дорожная.

Содержимого было немного совсем – сначала оно перекочевало на кресло, затем скоро поместилось назад.

Собираясь выйти, он чуть задержался, взявшись за ручку двери, обдумывая что-то из здесь увиденного, а затем снова заторопился.

В коридоре человек вернулся на несколько шагов назад и выбрал ключ с зеленой головкой для предыдущей комнаты, находившейся по этой же стороне.

Второе помещение отличалось от первого интерьером зеленого, а не синего, тона, при тех же размерах и меблировке.

И тут визитер пробыл совсем недолго. Зашел в санузел, а возвратившись в комнату, бегло обвел ее взглядом, нервно пощелкал пальцами, задержал взгляд на столике, где кроме фирменной бутылки с водой, пустого стакана, лежал носовой платок и журнал. Вдруг, присматриваясь еще на ходу, он быстро приблизился.

Простота предметов не оправдывала вызванного к себе внимания, но на лице человека нарисовалось непонятно с чем связанное напряжение… однако всего на несколько секунд. Он, не любивший ручных часов, поискал глазами и увидел небольшие часики рядом с пастелью на тумбочке – двадцать одна минута, как он покинул тех в баре внизу. Но опять явилось напряженное выражение, и пальцы правой руки прощелкали кастаньетный звук.

Оттого, что время бежит?

Нет, скорее радует, что его прошло очень мало.

А взгляд все равно упирается в часы.

– Ага…

Щелчки приостановились, и прозвучало второе «ага» – теперь с другой интонацией – слегка вопросительной.

Снова коридор – оставалось еще осмотреть «розовую», располагавшуюся по другой стороне.

Оказавшись внутри, человек вдруг задумался, и даже, чуть склонив голову, положил правый указательный палец вдоль носа до переносицы.

Простоял он так, впрочем, недолго.

А возвратясь в прежний режим, начал быстро открывать створки шкафов и ящичков, встав на колени, заглянул под постель, потом, быстро поднявшись, проследовал в туалетный блок.

И тоже пробыл там недолго.

Вернувшись, приостановился и поглядел на часы – такие же, как в соседней комнате, только другого цвета.

– Несанкционированный обыск?

– А вы хотели санкционированный? – человек не повернулся к дверям.

– И удалось что-нибудь?

– Скажите, Елена, вы знали об этой жеребьевке?

– Нет, разумеется.

Теперь он обернулся в пол оборота.

– А ваш муж?

Она дернула плечиками.

– Не думаю.

Ответ гостю показался немного странным, а на лице нарисовалось неудовольствие.

– Я, кажется, просил дожидаться меня в баре.

– А я, прогуливаясь по зимнему саду, заметила, как вы подошли к дому, но потом не появились.

Человек качнул в ответ головой, но не ей, а, по-видимому, каким-то мыслям в себе, сложил было средний и большой палец, но удержал себя от пощелкиваний.

– Ладно, пошли к остальным.

Он первый устремился на выход и, лишь вспомнив о любезности в коридоре, подождал выходящую даму и прикрыл за ней дверь.

Понуждая ее идти быстрым шагом, человек, адресуясь назад, спросил:

– Вы сами, Елена, вчера вечером в каком состоянии были?

– Что? Ах да… нет, я была вполне под контролем.

Свернули от коридора вбок, где начиналась небольшая лестница вниз прямо к бару.

– А Владимир?

– Так, – в голосе прозвучала неопределенность, – крепкого он, кажется, вообще не пил.

С последних ступенек лестницы кроме двух сидящих в креслах людей обнаружился еще один – охранник, но не Макар, а другой, которого гость мало знал. Знал только, что парень получил лет шесть назад сильную контузию при спецоперации на Кавказе, Алексей подобрал его, бедствующего почти, и они с Макаром относились к нему очень заботливо.

Двое за столом, показалось, изучали нечто похожее на ресторанную карту, а Аркадий делал отметки ручкой.

Оба сидящих подняли головы, и Владимир несколько виноватым голосом произнес:

– Мы заказываем обед.

Как-то выскочило из головы, что в этом доме никогда не было повара, и обед и ужин заказывался в недалеком отсюда очень хорошем загородном ресторане – система, стало быть, продолжала работать.

Охранник вежливо ожидал в стороне, там за креслом, недавно покинутым гостем, где стоял недопитый наполовину стакан с темным терпким «Бордо». Человек прошел к своему месту, однако не сел, а взяв стакан, отправился к бару и оттуда уже, увидев, что прочие закончили процедуру выбора, проговорил, зная наперед имевшееся в постоянном выборе:

– Язык в молочном соусе, крабовый салат, ну овощи, само собой, – он вскинул глаза, показывая наверх: – И ему то же самое.

Темные зрачки Елены мелькнули в его сторону с благодарностью за догадливость, упущенную, конечно же, остальными.

Все же такого вкусного вина больше нигде не выпьешь, и человек, прежде чем долить полный стакан, не удержался и допил остававшееся.

А возвращаясь к своему креслу с полным уже, приостановился, глядя вслед удалявшемуся с отметками в меню охраннику. С этой позиции, у красноватого деревца, можно было проследить сквозь зелень его движение до конца. Деревце это или куст?.. Много здесь всякой мудреной растительности. Он повернул голову к сидевшим за столиком, уже приоткрыл рот… но замер, и как-то осторожно потом возвратил голову в прежнее положение. Охранник как раз добрался до выхода.

Человек простоял так, со стаканом в руке, еще с полминуты, и отправился к креслу, лишь когда глазастая Елена сообщила всем громко, что видит охранника уже наружи. Круглые часы на верхней панели бара показывали, что с момента ухода отсюда на все процедуры ушло всего двадцать девять минут.

Аркадий тоже вслед его взгляду посмотрел туда на часы.

– Сколько мы можем еще так тянуть? Нехорошее ощущение – мы не в одно так в другое вляпаемся.

Гость, показалось, и согласился, и не вполне:

– Ну, экспертиза вообще определяет смерть с погрешностью. Считайте, что она произошла на час позже, однако торопиться надо, Аркадий прав.

– Кроме того, – включилась его жена, – мы можем сказать… что вы улыбаетесь, Сергей Петрович?

– Хорошо соображаете, сударыня. Имели ввиду: он неважно себя почувствовал и заявил, хочет пару часов поспать? То есть, мы его еще не обнаружили?

– Браво!

Муж намерился поцеловать жене руку, но та воспротивилась.

– Что «браво», дело-то на нуле. Или нет, Сергей Петрович?

Тот уклончиво повел головой, посмотрел на приятно полный стакан…

– Значит, Олег вчера к ночи находился под сильным градусом, хотя вам, Елена, показалось, что он более вменяем, чем выглядит, и старается использовать опьянение, чтобы уйти от разговора на неприятную тему, так?

– Ну, я не очень настаиваю.

– Ты, Аркадий, как я понял, и не можешь ни на чем настаивать.

– Не могу!

– А вы, Владимир?