Алекс Найт – Самородок против алмазного короля Академии Сфер (страница 42)

И видимо, мой отец решил, что Леону недостаточно впечатлений за вечер, поэтому решил со мной связаться.

— Скай, король Каэлан звонит, — сообщила Сера. — Мне сбросить ему сообщение?

— Нет, я отвечу.

Дам Леону время прийти в себя и подготовить супругу.

Эмма подхватила отца под локоть и повела его вглубь квартиры. А я окружил себя пологом тишины и ответил на вызов.

— Что происходит, Скай? — строго спросил отец, пропуская приветствия. Я хорошо его знал, потому видел: он в бешенстве. — Виола сообщила родителям, что ты отказался от дальнейших свиданий.

И она очень этому обрадовалась, хотя сначала пришла и сообщила о готовности подчиняться моим требованиям. Выглядела такой затравленной и напуганной, что хотелось её пожалеть и выдать платочек, но она бы посчитала это проявлением слабости и снова бы выпустила клыки, так что лишь получила отказ.

— Да, всё верно. Я не собираюсь жениться на Виоле.

— Ты должен был сначала посоветоваться со мной, Скай, — прищурил он в недовольстве серебряные глаза. — Ты же знаешь, брак выгоден Адамантии. Виола соответствует тебе по статусу.

— А ты со мной посоветовался, прежде чем назначить приём в честь помолвки? Или перед тем как отказать в помощи моей лучшей подруге из-за подставы? — хоть и пытался говорить ровно, но в голос прорвалось рычание.

Репутация Эмбер разрушена, брак со мной спас бы её от позора. Да, мы не любим друг друга, не испытываем даже влечения, но я готов был пойти на это ради неё. Впрочем, она делала вид, что только рада разрыву помолвки и скандалу. Вела себя как настоящая принцесса, держала лицо и улыбалась полному жизненному краху. Теперь ей приходилось играть в подготовку к браку с мужчиной, который её фактически изнасиловал.

— Ты знаешь, почему мы отказались от брака с Эмбер. В рубиновом доме неспокойно. Но речь о другом. Ты, выходит, обиделся и решил отомстить? Считаешь, это взрослый поступок? — отец пронзил меня осуждающим взглядом.

И что-то внутри сжалось, видимо, привычка подчиняться главе рода и королю.

— Да, считаю, что я достаточно отделился от семьи, чтобы принимать самостоятельные решения.

— Если снова заговоришь о браке с самородком…

— А что ты мне сделаешь, отец, если заговорю? — Я не бросал вызов, говорил устало, смирившись с предстоящими изменениями в моей устоявшейся жизни. — Как накажешь? Лишишь финансов? Представляешь, в академии они не нужны, форма есть, едой обеспечивают, остальное пресытилось. Отлучишь от рода? Так я давно пленник Элизиума и не твой подданный. Что ты можешь мне сделать?

И первое, и второе пугало во времена моего истинного студенчества. Я был младшим принцем, жившим своим статусом, привыкшим поддерживать семью и готовым преумножать её силу. Но академия заставила стать больше, чем просто принцем алмазного дома. Во мне появились амбиции, желания и… любовь к неподходящей мне по статусу девушке. Я устал от своего положения ещё до появления Эммы, а события вокруг неё расшевелили и заставили воспрянуть то, что мне приходилось подавлять: стремление к свободе, к самореализации, к себе настоящему.

— Ты собираешься уйти из семьи?

— Нет, я собираюсь выбрать себя. Можешь называть меня эгоистом, мне всё равно.

— Не обманывай себя, Скай. Ты готов отказаться от того, кто ты есть, от матери, отца, брата и сестры ради девушки, которую не знаешь. Чувства, к которой навязаны.

— Мои чувства настоящие, а Эмма замечательная девушка. Я намерен ухаживать за ней, как она того заслуживает, и сделать ей предложение. Мне бы не хотелось отказываться от семьи. Уверен, если и вы от меня не откажетесь и попытаетесь узнать Эмму, поймёте, почему я выбрал её.

— Я тебя услышал, сын. И разочарован.

Сеанс связи завершился. Слова отца звенели в мыслях, пока я шёл в гостиную, и затихли, стоило увидеть Эмму. Она прервала разговор с братом, сразу поднялась с дивана и направилась ко мне. Серебряные глаза смотрели с участием, словно она ощущала моё состояние. В окне за её спиной сияло закатное небо, пересечённое гранями самоцветного купола.

— Ты в порядке? — спросила Эмма, сжимая пальцами моё запястье.

— Буду в порядке. Скоро.

Ведь совсем скоро мы обретём свободу.

Глава 42

— Юлиан, рад новой встрече, — поприветствовал я поднявшегося с кресла брата Эммы и протянул ему руку.

— И я рад, принц Стеллар… то есть Скай, — усмехнулся он, сжимая мою ладонь.

Интересно, как долго меня будут называть принцем после моего ухода из алмазного дома?

— Ужин готов, — объявил Леон, входя в гостиную. — Можно садиться за стол.

Мы прошли на кухню, и здесь начался настоящий семейный ужин. Я давно не бывал на таком, чтобы без мельтешения слуг, при присутствии всех членов семьи, с шутками, смехом и тёплыми разговорами.

Отец посвятил всего себя спасению расы и устройству алмазных драконов на новом месте. Сначала поиски решений, потом строительство ковчегов и перемещение в новый мир, следом строительство Адамантии. Мама тоже большей частью находилась рядом с ним, но пыталась присутствовать и в жизнях детей. Брат готовился стать преемником отца, крутился вокруг него, усердно постигал науку. Сестра старалась быть на подхвате. Поэтому нам редко удавалось собраться. А там мне пришлось покинуть ставшие родными стены алмазного замка, и здесь мне пришлось взрослеть самостоятельно, без участия отца и матери. И в какой-то момент академия стала моим домом, а друзья — семьёй.

В семье Эммы на первый взгляд не было таких проблем. Леон и Илона рассказывали о детстве своих детей. Юлиан поддерживал разговор. Эмма сконфуженно улыбалась, но я чувствовал, общение не помогает ей вспомнить, наоборот, усиливает её неприятие. Потому она и пыталась пробиться в воспоминания с помощью тренировок.

Мы завершили с супом и мясом, перешли к торту, и тогда Эмма тоже решила перейти к сложным вопросам.

— Скажите, я подвергалась домогательствам или насилию? — спросила она прямо.

Раздался звон, когда Илона выронила ложку на тарелку с недоеденным куском торта.

— Что? Что ты такое говоришь? И почему так решила? — пролепетала она несчастным голосом.

— Эмма временами видит моменты из прошлого. И в них был намёк на насилие, — пояснил я.

Она говорила, что отомстила своему обидчику. Может, была в бегах, скрывалась за убийство?

— Нет, ничего такого, — покачал головой Леон. — Но… мы не знаем, что с тобой происходило последние два года. Ты оставила записку и ушла из дома, ничего не объяснив. Мы опасались худшего, искали тебя и нашли только сейчас.

— Выходит, за эти два года тебя… — Илона прикрыла рот рукой.

Пальцы её задрожали, из глаз брызнули слёзы.

— Значит, вы не знаете, — Эмма опустила потускневший взгляд к тарелке.

— Пожалуй, на этом закончим вечер. Спасибо за ужин, Илона, — я поднялся из-за стола и приблизился к Эмме. — Идём?

— Да, идём, Скай, — кивнула она, судорожно вцепившись в мою протянутую руку.

— Нам очень жаль, Амалия! — Илона подскочила со своего места. — Это наша вина. Мы не уследили.

— Не уходи, — растерянно попросил Юлиан.

— Пусть идёт. Видите же, ей сложно, — Леон смерил жену и сына строгим взглядом. — Мы будем ждать твоего возвращения, дочка.

— Спасибо, — прошелестела Эмма.

Мы неловко попрощались и покинули квартиру семьи Кроули. Весь путь до кареты Эмма молчала. Мне оставалось лишь держать её за руку и ждать, когда она соберётся с мыслями.

— В академию? — предположил я.

— А как же свидание? — вскинулась она.

— Я думал, ты хочешь побыть одна.

— Наоборот, с тобой спокойно, Скай. Не хочу расставаться.

— И мне с тобой хорошо, — улыбнулся я, обнимая её за плечи, и потянул носом пьянящий аромат грозы у её макушки.

Мы поехали в центр и там долго гуляли, а когда ужин в желудках немного улёгся, засели в кафе, где поели сладкое. И потом снова гуляли, болтали обо всём на свете, держались за руки, улыбались и смеялись, как самая обычная парочка. Но реальность временами стремилась пробиться в наше безмятежное свидание вспышками версо, тихими шепотками и попытками с нами заговорить или получить автограф. Спасение Эммы сделало из королей академии мстителей Элизиума. Понять бы, кто запустил эту идею в массы.

Но вот стемнело, нам с Эммой пришлось вернуться в академию, только мы ещё долго стояли у двери в её комнату и продолжали разговаривать. В тесном общении желания тела отступили, больше не сводили с ума и не сбивали с мыслей. Нет, я по-прежнему хотел Эмму, наслаждался её ароматом и был восхищён её красотой, но не до потери контроля. Мне нравилось находиться рядом с ней, нравилось слушать её голос и ловить улыбки.

— Брайс снова у тебя? — уточнил я, когда Септимус уведомил о приходе нового сообщения от рубинового.

— Судя по всему, — пожала она плечами. — Говорит, что плохо спит без меня.

— Я могу его выгнать, — предложил, не скрывая своего отношения.

Пусть понимал, что Эмма не станет спать с Брайсом и обманывать меня о формате их отношений, но рубиновый как раз мог начать приставать, хотя бы в сонном беспамятстве. И обязательно бы её напугал.

— Не хочу, чтобы вы ссорились, — покачала она головой.

— Совершенно не понимаю ваших отношений.

— Брайс… он не такой, каким кажется сначала, — проговорила она, в задумчивости прикусив нижнюю губу. — Он заботится обо мне, оберегает, даёт дельные советы. И я чувствую, что ему тоже нужна забота.