Алекс Найт – Фальшивый брак. Невольная жена императора (страница 72)

Его запястье сковывал массивный браслет. Он приоткрыл его, демонстрируя брачное ожерелье.

— Ты носил его всё это время? — мой голос охрип от волнения.

— Как отметила твоя сестра, это сильная защита, — ответил он спокойно, а я отчего-то вздрогнула. Видимо, хотела видеть в его поступке что-то большее. Глупая… — Чтобы помнить тебя, мне не нужны материальные стимулы, — добавил тихо, моментально вызвав во мне смущение.

— А если убрать защиту? — мягко улыбнувшись, предложила Джослин. — Может, действия Сигаль проявятся в будущем Доминика?

— Я бы не стала сильно на меня рассчитывать, — сразу предупредила. — И Доминик…

Вряд ли позволит мне вновь нырнуть в его будущее. Побоится.

— Можно попробовать, — к моему удивлению он просто расстегнул карабин браслета и отложил украшение на журнальный столик возле вазы с пирожными.

— Ладно, попробуем, — сдалась я и взялась за его протянутую руку.

Видение пришло, но не о заговорах ведьм или сыне…

Ночь, тишина, кровать и сплетённые в страстном экстазе тела. Я и Доминик. 

— Ох… — отдёрнув руку, опустила взгляд.

Не возбуждение мне хотелось испытывать при разговоре с правителями двух стран.

— Вы увидели что-то страшное? — забеспокоилась Джослин.

— Нет, это личное, — Доминик ответил вместо меня.

Неужели уловил эмоции? Или просто догадался?

— А что скажешь ты? — Вилдбэрн развернулся в кресле к Леджеру. — Ты лучше нас знаешь об обстановке в Акрии.

— Там практически гражданская война. Король окончательно потерял контроль над орденом инквизиции. Его сын, Антоин, возглавил орден и творит, что хочет. Женщин насилуют, убивают просто по доносам за ведьмовство. На сторону ведьм постепенно переходят жители, боясь воцарения на троне Антоина. Я очень рад, что вы прятались в Кириусе, а не в Акрии, — сообщил он, прямо посмотрев в мои глаза.

— Всё так плохо? — пролепетала я.

— Говорю же, там практически гражданская война. Король не без участия сына теряет власть. Ведьмы насылают стихийные бедствия из своего леса. Страдают обычные люди.

— Это ужасно, — Виолет заёрзала в кресле.

Борьба власти Акрии с ведьмами уходит корнями в далёкое прошлое и лишь временами угасает. Наверное, полное примирение и невозможно, ведь причины связаны с верой. Акрийцы поклоняются богам, а ведьмы признают лишь стихии.

— Трината будет вмешиваться в конфликт Акрии? — спросила я осторожно у Доминика, хотя сомневалась, что он ответит, но он снова удивил.

— Ресурсы для этого есть, мы готовы к обороне. Но я не намерен вести свой народ на войну ради расширения границ. И у меня нет законных оснований для вторжения, брак с дочерью короля аннулирован.

— Но если самая безумная теория о союзе ведьм с асатру верна, тогда вмешательство потребуется, — в голосе Вилдбэрна появилось предупреждение. — Кириус не останется в стороне. Альвиан нас поддержит. Возможно, в лесу ведьм таится загадка появления Разлома и его закрытия.

— В Акрию могут вторгнуться?! — Виолет подскочила с кресла.

— Её разорвут на части, если информация просочится, — Джослин протянула к ней руку, пытаясь успокоить.

Тяжело вздохнув, сестра опустилась в кресло. Обсуждение продолжилось, но дальше обошлось без шокирующих новостей и заявлений. Виолет согласилась создать в ближайшее время артефакты, защищающие от провидцев. Было решено обдумать всё сказанное и собраться вновь на следующий день. Попрощавшись со всеми, я сразу отправилась к сыну.

Стоило войти в покои, как ко мне бросился Ланцелот. Фамильяр редко покидает свою ведьму, защищает, аккумулирует магию и передаёт её в нужный момент, а ещё успокаивает в сложные моменты и даже выполняет роль няни. Но тут ему пришлось некоторое время побыть вдали от меня и Максимилиана. Анет тоже находилась здесь. Она мило общалась с Абелией, параллельно играясь с малышом.

Остаток дня прошёл спокойно. Мы болтали, занимались Максимом. Я думала, много думала о сегодняшнем обсуждении и пыталась пробиться в будущее. Но пока что лишь прокрутила варианты близости с Домиником. Видение оказалось пространственным, не привязанным к каким-то событиям, чтобы рассмотреть предпосылки и итоги. Похоже, мне предстало возможное будущее. Но я разглядела его столько раз и в таких ракурсах, что к вечеру из ушей чуть ли не валил пар и мне понадобился прохладный душ.

Когда я вернулась, Анет с Ланцелотом исчезли, в спальне не обнаружилась и Абелия, её заменил Доминик. Судя по влажным волосам, простым тунике и брюкам, он уже принял душ перед сном. И теперь лежал в моей кровати на спине и держал над собой Максима. Оба улыбались. От этой картины сердце защемило в груди и глаза снова защипали слёзы.

— Ты не против, если я останусь на кормление? — Доминик перевёл ко мне невероятно тёплый взгляд.

Я понимала, что он не успел похолодеть после общения с сыном, но грудь сдавило под потоком чувств.

— Не против. Если не будешь так явно меня рассматривать.

— Какая сейчас по очереди? — поинтересовался он, не став отвечать на мой укол.

— Что? — растерялась я.

— Какая грудь.

— А… эм… левая.

Кивнув, он положил сына и переместился на другую часть кровати, чтобы лежать за моей спиной. Вспомнилось утро… Наверное, было бы проще, если бы между нами лежал ребёнок, но тогда бы Доминик рассматривал мою грудь. Запретить присутствовать на кормлении? Но он впервые спросил, интересуется моим мнением, а тревога исходит от меня, ведь я сама придаю ситуации сексуальный подтекст. Не без оснований, конечно. Но это мои опасения и неуверенность. Соблазнит, и здравствуй, новая беременность! Можно отказать? Так я не уверена, что не соблазнюсь, ведь соскучилась по Доминику и до сих пор люблю.

— Знаешь, мне нравятся брачные традиции Кириуса, — заговорил он, когда я двинулась к кровати. — Они используют артефакты, которые поддерживаются письменным договором между супругами. Жену дракона не подменить, — отметил странно-мечтательно.

— Ты это к чему? — смутилась я.

— Я почувствовал твои эмоции сегодня после видения. Очень яркие, — Доминик вновь присмотрелся к моему лицу. — Валери, я не прошу пересказывать видение, но скажи, оно означает, что у нас есть шанс?

— Судя по всему.

Я же обещала не врать.

— Я рад, — ответил он.

Его взгляд по-прежнему обдавал теплом.

— Но пересказывать я не буду, ты прав.

— Однажды сам увижу, — пожал он плечами.

Скорее воплотишь… Но на это я решила промолчать.

Глава 19.4

/Доминик Грамон/

Валери с Максимилианом заснули. Около получаса я просто лежал и любовался ими. А потом отнёс сына в кроватку, поцеловал его в лоб, укрыл одеялом. И снова долго его рассматривал. Пока не мог до конца поверить, что он действительно со мной. И что Валери тоже…

Мне стоило отправиться к себе, не пугать её своими намерениями, но она так соблазнительно спала, что я вновь лёг в кровать. Аккуратно скрыл грудь лифом сорочки, укрыл её. Валери чуть поморщилась, но не проснулась. Это придало смелости, и я вновь потянулся к ней, провёл кончиками пальцев по волосам, огладил линию скулы, пухлых губ. Желание соперничало с нежностью и страхом новых душевных ожогов.

Этот год можно было сравнить со временем, что прошло в темнице под пытками. Я жил в полнейшем неведении о судьбе Валери и сына. Успел надумать сотни ужасов и лишь несколько вариантов счастливого исхода в попытках себя успокоить. Вариантов развития событий было множество, даже самых безумных. Валери могла избавиться от ребёнка, ведь ей было незачем оставлять его. Могла выносить его, чтобы использовать в дальнейшем, ведь он прямой наследник трона Тринаты. Могла родить и отдать его в другую семью, выбросить, передать ведьмам, королю, любому правителю за пожизненное денежное обеспечение. Или просто умереть с ним во время родов. Либо потерять его. Погибнуть. Попасть в беду. Полюбить другого мужчину. Вступить в брак. И сотни других «или» и «либо», означающие крах всех надежд и новое горе.

Из всех возможных вариантов случился самый счастливый. Она родила, обосновалась в безопасном месте и посвятила себя заботам о сыне и собственному развитию. И почему-то я боялся многого, но всегда надеялся именно на этот исход. Наивно, даже глупо для императора целой страны, но мне не удавалось избавиться от пылающей в груди надежды. И она оправдалась, Валери врала мне, но её образ всегда был правдивым. Я знал её настоящей. Упрямой. Дерзкой. Лукавой. Справедливой. Доброй и любящей.

Она врала мне о себе, поставила в сложное положение меня и Тринату, разрушила дипломатические отношения моей страны с Акрией, а я не мог не тосковать по ней. Конечно же, злился, метался, временами почти убеждал себя в ненависти. Но скучал.

И вот она снова здесь. Такая же, но другая. Уже не моя, и почти моя собственность. Я могу её коснуться, имею право овладеть её телом, и в то же время никогда не позволю себе ничего подобного. У нас есть лишь один шанс, крохотная надежда на по-настоящему счастливое будущее, которую легко разрушить несдержанностью.

Да, Валери больше не принцесса, брак с ней не несёт никаких выгод для Тринаты и, скорее всего, вызовет гнев короля Акрии. Но она моя истинная, для демонов достаточно этого объяснения и полуправды о причине нашей разлуки на год. Абсолону придётся смириться. Больше пугали дальнейшие действия Сигаль и ведьм. Я до ужаса боялся вновь лишиться сына и Валери.