Алекс Найт – Фальшивый брак. Невольная жена императора (страница 68)

— Мужчины жалки, и мой супруг самый жалкий из всех. Как можно доверять ему страну? — выскользнуло из недр памяти ещё одно воспоминание об Анэйс. Королева стояла у кроватки и стирала злые слёзы. — Но для него жалкая я. Две дочки. Две сильнейшие ведьмы столетия. А он… Он разочарован.

— Король мечтал о сыне маге, а не о дочерях-ведьмах, — пояснил Клод.

— Я уже дала ему сына, но ему мало, — усмехнулась она горько. — Зато бабушка довольна. Она их ждала. Как думаешь, мы сможем уйти от всех них? — спросила совершенно внезапно для Клода и тихо, будто боялась произнести столь опасные мысли вслух.

— Я буду защищать вас и ваших дочерей до конца, моя госпожа, — ответил он.

— Потому что должен служить моей силе?

— Потому что люблю вас.

Так зародился их роман. А они начали готовить побег. Анэйс пошла на невероятное, обучила искусству применения основных сигм своего шевалье. Он даже сумел призвать стихию. Как оказалось, она разглядела в нём родство с ведьмами. И вот через четыре года они были готовы бежать. Анэйс закрыла своё будущее от провидческого дара бабушки. Скорее всего, за это Валери Сигаль и сдала их королю.

Стражники ворвались вечером, за день до дня побега. Анэйс унеслась к дочерям в детскую, схватила Виолет, но не сразу увидела Валери. Клод забаррикадировал дверь, только это было временным решением.

— Где она?! Где моя дочь?! — кричала королева в ужасе.

— Здесь, — Клод забрал Валери у сжавшейся в углу от страха няни.

— Их заберут, тебя заберут, — прошептала женщина в слезах, вперив взгляд в горящий камин, и протянула к нему руку.

Огонь запылал с утроенной мощью, побежал по стенам и полу, поднялся к потолку. Треск дерева оглушил. А королева передала Виолет Клоду и выхватила кинжал, спрятанный в складках юбки. Она без раздумий порезала запястья, рухнула на пол и принялась чертить кровью сигмы.

— Что вы делаете?! — Клод пребывал в ужасе. — Вам не открыть портал лишь на силе пожара.

— Да, я стану источником. Моя жертва.

— Я не позволю!

— Мне всё равно не дадут свободной жизни. Лучше умереть, но дать свободу моим детям. Позаботься о них, любимый.

Завершив начертание, она подошла к ошеломлённому происходящим Клоду. Женщина начертала на лбу каждой дочери странные символы.

— Даю вам кровную защиту, девочки мои.

— Анэйс, нет, я не позволю, — Клод попытался перехватить её за руку.

Но королева отпрянула и прыгнула в нарисованный кровью круг. Огонь закружил вокруг неё, пламенные языки охватили платье, заплясали в волосах. В этот момент дверь взорвалась. В комнату ворвались стражники с королём во главе. За спиной Клода засиял яркий голубой свет. Он обернулся и увидел, что в воздухе формируется шар портала. Что-то ударило в плечо, выхватило из его рук одного ребёнка. Следом его поглотил переход через портал. Стало тихо, вокруг сомкнулась темнота. Плечо болело от удара, одежду заливала горячая кровь. Малышка в его руках захныкала.

— Мама? Где мама? — позвала она, будто испытала страх лишь с исчезновением королевы.

— Анэйс? — Клод поднялся на ноги, огляделся и понял, что находится уже не во дворце.

Вокруг поднимались нереально высокие дома с горящим в окнах светом. В небе плыла полная луна. Он остался один неизвестно где с ребёнком на руках.      

Круговорот воспоминаний нёс меня дальше, показывал необычный мир со странными устройствами, невероятной магией и совершенно другим устройством жизни. Ему пришлось нелегко в новой культуре без денег и с ребёнком. Но хоть языковое заклинание, что накладывают на жителей нашего мира с рождения, тут помогло, он мог общаться с местными. Если первое время он ждал появления своей королевы, то потом пришло понимание, что та жизнь осталась позади. Служение Анэйс прекратилось, узы шевалье были разорваны, но чувства остались. Он не был обязан заботиться о Валери, но глядя в чистые голубые глаза девочки, оставшейся без семьи и дома, не мог её бросить. Клод полюбил её словно свою дочь и старался быть ей хорошим отцом. Поддерживать во всём, ведь вскоре стало понятным, что юная ведьма чужда этому миру.

Клод сумел освоиться, постепенно с помощью дара Валери они пришли к более сытой жизни. Строили планы, просто шли вперёд и даже были счастливы. Но прошлое всё же его не отпускало, и он обучал девочку тому, что дала ему Анэйс. В игровой форме передавал ей знания о сигмах, ритуалах, учил справляться со своим даром, не бояться его, принимать свои особенности с достоинством и гордостью и стойко выдерживать удары судьбы. Клод гордился дочерью. Я невольно тоже, наблюдая взросление Валери.

Всё изменилось в обычный на вид день. Они выбрались в лес, чтобы побыть вместе и отпраздновать день рождения Валери. Он же желал провести инициацию своей юной ведьмы, пусть она сама и считала это глупостью, ведь стала частью мира, где не верят в магию. Но во время ритуала открылся портал. Их перенесло в Акрию и бросило в лапы Абсолона. А Виолет сбежала, оставив свои проблемы на сестру.

— Нет, не подходите к нему! — передо мной встал образ Валери, с мечом в руках она пыталась защитить отца.

— Предателя отвести в темницу, он не должен умереть. Вызовите для него лекаря, — прозвенел в мыслях приказ короля. — Валери отвести в подготовленные для неё покои. Пусть лекарь займётся и ей. К завтрашнему утру на ней не должно быть ни одного повреждения. И она должна стать полной копией сестры.

План осуществили. Чтобы спасти отца, Валери заняла место Виолет в браке со мной. Она уехала в Тринату, а Клода ждали месяцы в заточении. Ему ничего не рассказывали, лишь кормили и следили за его состоянием. Но он не желал дочери судьбы марионетки. Пытался покончить с собой, чтобы освободить её, только ему не позволили умереть.

И когда Клод почти отчаялся, в его темнице появился портал. Точнее, в воздухе возникло целых два голубых сияющих шара. Из одного из них показалась женская фигура. В первый миг ему почудилось, что он видит перед собой Валери.

— Быстрее, — девушка вывалилась на пол, тяжело дыша от бессилия. — Магия ритуала на исходе.

Клод поддержал её, поднял. Один портал истаивал, тогда он шагнул во второй. А там, наконец-то, обнял дочь.

— Папа! Папа! Ты жив! — Валери плакала навзрыд. — Я нарушила договор, думала, тебя убили и…

— Ты молодец, Валери, молодец. Сделала всё правильно, — Клод был невероятно счастлив.

Так началась их новая жизнь вдали от чужих интриг. Виолет отложила приличную сумму денег, они без проблем приобрели поддельные документы и открыли торговую лавку. Вот только она отказывалась даже слушать о переезде в более тихое и безопасное место. Мне стоило прекратить контакт, но я ринулся просматривать воспоминания о беременности Валери, родах и Максимилиане. Все они обожали мальчика, даже Виолет, хотя изначально предлагала избавиться от плода. Он рос в любви, это радовало. Но без отца, что невероятно печалило. Зато у него был прекрасный дедушка, пусть и не родной.

Я выскользнул из воспоминаний Клода как можно аккуратнее, но мы оба дёрнули головами. Из носа потекла кровь. Он завалился набок, но удержался рукой и снова выпрямился.

— Что думаете, император? — прохрипел он.

— Слишком много всего, чтобы принять решение… — я попытался подняться, но перед глазами поплыло и пришлось оставить эту идею.

Поэтому я снял полог тишины и попросил вызвать нам целителя. Тот вошёл в помещение буквально через минуту. Похоже, стражники поняли, что он вскоре понадобится.

— Если этого недостаточно… — заговорил Клод.

— Я не буду запрещать вам поездку в Тринату вместе с дочерью.

— Спасибо, — с облегчением улыбнулся он и устало прикрыл глаза.

Ко мне подступил целитель, чтобы начать осмотр.

Перед мысленным взором ещё возникали образы чужого прошлого. Валери повторяла судьбу матери, попыталась сбежать с ребёнком от мужа. Только от меня зависело, к чему придёт наша история. 

Глава 18.4

— Император просил вас зайти к нему после… сеанса, — вежливо сообщил мне целитель.

— Независимо от времени? — уточнил я, бросив взгляд на окно.

На улице стемнело, путешествие по лабиринтам разума Клода заняло несколько часов, хотя показалось, прошло несколько лет.

— Да, независимо от времени.

— Что ж, Клод, отдыхайте, — я тяжело поднялся с дивана.

Он тоже попытался вскочить, но целитель буквально вцепился в его плечи, не позволяя. Махнув рукой, чтобы не перенапрягался, я покинул гостиную. Меня вело, но приходилось идти прямо, чтобы не показывать слабость. Сейчас бы уединиться для восстановления, а не предаваться разговорам. Итан не враг, но он всё равно блюдёт интересы своей страны, а мне нужно думать о благополучии Тринаты. И в таком состоянии из меня слабый политик.

Итан нашёлся в императорском крыле дворца в своём кабинете. Несмотря на поздний час, ещё корпел над документами. Либо просто ждал моего появления. По крайней мере, он сразу убрал бумаги, стоило мне показаться на пороге комнаты.

— Выглядишь неважно, — усмехнулся он, жестом указав мне на зону отдыха с кожаной мебелью.

— Ты тоже не излучаешь бодрость, — я не стал игнорировать приглашение, прошёл к креслу и с облегчением в него опустился, вытянув ноги. — Решил воспользоваться моей слабостью и допросить? Я ничего не скажу даже под пытками.