Алекс Морган – Властители магии. Книга 2 (страница 9)

– Иди спать. Завтра поговорим.

– Что значит завтра? По‑твоему, я смогу спокойно спать, не узнав, что с тобой приключилось? Впрочем, – игривым тоном добавила, не желая ссориться, – если ты ко мне присоединишься, я не буду больше ни о чём спрашивать.

Он резко спрыгнул на пол и вперился в меня потемневшими серо-зелеными глазами, холодными, словно Арктический лёд. На миг мне почудилось, что в них мелькнула темная тень, и я поежилась. Стало не по себе и я сделала шаг назад. Признаться, такой взгляд далеко не назовёшь дружелюбным.

– И ты ещё смеешь мне об этом говорить?! Мне?!..

– Да что я такого сказала?.. – ошеломлённо пробормотала, совершенно ничего не понимая.

– Ты опять… опять лжёшь! Лжёшь мне!!.. – вскричал он, не сводя с меня злого взгляда.

– Лгу? Да о чём ты?..

– Ты всё время лжёшь!.. – орал он, заставляя меня отступать, пока я не уперлась спиной в дверь.

– Да что я не то сказала? Объясни в чем дело! – я пыталась говорить не громко, однако голос вот‑вот был готов сорваться на высокие ноты.

– Ах, ты не понимаешь?! А здесь всё предельно просто! Ты же мне солгала, что приехала сюда с Женей? Я ведь видел, с кем ты была!..

– Да потому что я вот этого и побоялась! Знала, что будет скандал! – взорвалась я, растерянно разведя руками. – Ты бы всё равно взбесился, даже если бы я сказала тебе правду. Ты злишься и не знаешь на ком выместить свой гнев! Такое впечатление, что это я тебя так разукрасила!..

– Считай, что это сделала ты! – фыркнул Алек и поморщился так, словно бы я была ему омерзительна.

– Я?!.. – буквально задохнувшись от гнева, я готова была броситься на него с кулаками и вдруг поняла, что мои опасения подтвердились. Голос мой неожиданно Осип, словно стал чужим: – Ты подрался с Никитой?..

– Да, с твоим драгоценным Никитой! – рявкнул он и схватил меня за запястья рук. Энергично встряхнул. – Ты всеми так пользуешься ради развлечения, или это я такой чести удостоился?!

– Опомнись, что ты несёшь? Я ведь… – Алек с силой сжал мне руки и слова прервались стоном. – Пусти меня… больно…

– Больно? Ах да, простите, ты же у нас изнеженная девица! Твой Никита никогда не причинял тебе боли… – он скривился в презрительной усмешке и, брезгливо оттолкнув меня, отвернулся.

Не веря в происходящее, я вжималась в дверь, не сводя глаз с мощной мужской фигуры. Алек был сам не свой. Да, мы ссорились уже не раз, но ещё никогда ничего подобного он мне не говорил. Я не могла понять что происходит и молча ожидала развязки скандала. Ведь ничего не было! Ничего, что послужило бы поводом для ревности.

Алек, застыв, словно статуя греческого бога, стоял спиной ко мне, шумно дыша и сжав руки в кулаки. Затем, словно откуда‑то издалека, до меня донёсся его резкий грубый голос:

– Чего ты ждёшь? Шла бы уже к своему драгоценному!.. По‑моему, ему не помешало бы сейчас твоё утешение!

– Боже, ну что ты несёшь!.. Твоя ревность скоро сгрызёт тебя изнутри! – простонала я, не зная как успокоить его и не понимая за что мне досталось. И меня, всё равно тянуло к нему! Словно на каком-то потустороннем уровне. Я должна как-то сгладить скандал. – Хочешь знать, по какой я причине не сказала тебе о том, что меня привёз Никита? Да потому что ты мне всё равно не поверил бы. Я случайно встретилась с ним на вечеринке, а потом он предложил меня подвезти – мы ведь всё равно рядом живём… Ведь не веришь же, да?

– Конечно, нет.

– Тогда чего ты от меня хочешь?

– Чтобы ты от меня отстала! – резко бросил он и обернулся, пронзив меня злым взглядом. – Можешь продолжать ходить «по рукам» и дальше, а мне пользованный товар не нужен!

– Что‑о‑о? – я задохнулась от возмущения, услышав его обвинение. Сжала кулаки и выпрямилась, отлепившись от двери. Внутри что-то дрожало, наиягиваясь, как струна. Да почему я вообще позволяю ему это?! – Я что, шлюха тебе? Да какое право ты имеешь так разговаривать со мной?!

– А разве нет? Да я уверен, что путь на сцену ты пробила себе через диван! Уж твой продюсер наверняка хорошо тебя объездил!

– Да как ты… ты… Ты… Кретин!.. – выдохнула я, не найдя подходящих слов.

– Заткнись! Пошла вон из моей комнаты, – зло прошипел Алек и наклонился ко мне так, что его лицо оказалось в паре сантиметров от моего. – Видеть тебя не желаю, шлюха!

– Ничтожество! – взвизгнула я. – Как ты смеешь так разговаривать со мной? Ты что о себе возомнил?!

– Никогда не смей говорить со мной в таком тоне! – рявкнул он, прервав меня, и со всего маху наградил мою щёку пощёчиной.

Я отшатнулась, не ожидая ничего подобного, и едва устояла на ногах. Он ударил меня наотмашь, словно бы я была какой‑то уличной девкой, привыкшей к подобному обращению. В глазах на миг засверкали звездочки. Было чертовски больно. Машинально поднесла к горящей щеке ладонь. Слёзы, рвущиеся наружу от его обидных слов я сдержала. Не буду больше из‑за него реветь! К черту всё! Было и больно, и обидно. Да, именно обидно. За то, что это сделал именно он – тот, ради которого я рассталась с Никитой, потому что решила, что это правильно. Никогда этого ему не прощу. Внутри меня дрожь, набиравшая обороты, лопнула, словно тонкая ниточка. Я словно сбросила оковы. Кроме гнева и разочарования я больше ничего не чувствовала.

Алек стоял напротив меня, сверкая серо-зелеными огоньками глаз. Вдруг протянул ко мне руку, словно собравшись извиняться, черты его лица неожиданно смягчились. Только теперь уже я презрительно повела плечами. Отступила на шаг назад, и, гордо вскинув голову, холодно бросила:

– Никогда тебе этого не прощу.

– Кать…

– Меня зовут Екатерина Игоревна. Во всяком случае, для тебя – раз и навсегда.

– Дура!.. – фыркнул он, тут же вернув себе на лицо искажённую ненавистью маску.

Я уже взялась за дверную ручку, но усмехнулась, услышав это слово, и бросила на него взгляд через плечо:

– И ты ещё смел говорить мне о любви? Тебя интересовала только постель.

С этими словами я распахнула дверь и вышла в коридор. Видимо привлечённые нашей ссорой, здесь собралось всё наше дружное семейство. На лицах Тэш и Кошки застыло обеспокоенное выражерие, а Крис, скрестив на груди руки хмурился.

– Кармен, извини, но ваши скандалы уже перешли все границы… – Тэш ахнула. О, похоже, фингал у меня всё-таки будет. – Что с лицом?

– У него спроси, – бросила я небрежно.

– Алек, ты что… ударил её? – Кошка, ошеломлённо захлопала глазами.

– Ты совсем рассудок потерял?! Пойдем, я надеру тебе зад! – рявкнул Крис.

– Крис, не опускайся до этого. – попросила я, заставляя посмотреть на меня. – Все пройдет. Не вмешивайся.

– Катя, иди приложи холодное и ложись отдыхай. Я разберусь.

Я знала, что он не послушает. Он сделает то, что считает нужным. Защитит меня. Как всегда.

Поднялась на носочки, обняла и поцеловала его в щечку.

– Спасибо за заботу. Но в этом доме я больше не останусь. Я надеюсь, меня… будут рады видеть в другом месте.

– В борделе. – немедля отреагировал Алек и захлопнул дверь.

Крис зарычал, а я поспешила в свою комнату. Надо уходить. Скорее. Рыдания рвались наружу и я не хотела, чтобы мои слезы видел кто‑то. Я надеялась, что на улице всё пройдёт и ночная прохлада сотрет все печали.

Покрутила головой, не понимая откуда раздалось шипение. Похоже, уже в голове шипит. Пора завязывать жить в слезах и страхе что-то сделать не так.Да как вообще я могла променять нормальные отношения вот на это? Паузу? Дура глупая! Как я сразу не увидела его истинной натуры! Ведь он столько времени винил меня, каждый раз подчеркивая, что я виновата в том, что он оказался за гранью. А я… мать Тереза! Нашлась великомученица! Ну, да, так вышло, сам ведь под огонь попал! А сейчас… хорошо, что все вышло так, как вышло. Давно пора было прекратить эти отравляющие отношения. Никогда ещё никто меня так не оскорблял!..

Застегнула молнию на кофте и принялась нервно расчёсывать волосы, намереваясь собрать их в хвостик. Он думает, что я не переживу расставанье с ним?! Ха! Как бы ни так!.. Никогда я больше и слезинки из‑за него не пророню! Если мне не удастся вернуть Кита, значит, найду себе другого! Ничего, одна не останусь!.. И буду ещё счастлива!

Где-то на подсознании внутренний голос пытался слабо бормотать, что всё это временно. Он одумается, этого не повторится и бла-бла-бла. Передернула плечами, отбрасывая сомнения в сторону. Не знаю что за притяжение между нами было, но больше ничего не будет. Хватит с меня!

Шшшшшшш!

Я швырнула расчёску на тумбочку, завязала волосы в хвост и вышла из комнаты, гневно шарахнув дверью. Широко улыбнувшись, прошла мимо сестёр, направляясь к лестнице. Крис вышел из комнаты Алека, потирая кулак. За дверью была тишина.

– Ты его прибил? – я не смогла сдержать довольную улыбку.

– Отправил отдохнуть. Ему полезно, – он шикнул на Тэш, когда та попыталась осмотреть его рассеченную бровь. – Таня! Угомонись, всё в порядке. Жалею только, что раньше ему не вломил, потому что ты, – он выразительно посмотрел на меня, – не давала.

– Дура была, – я пожала плечами и направилась к лестнице.

– Катя, а ты куда? – почти хором воскликнули Тэш со Светкой.

– Домой, – коротко ответила я.

– В смысле?

– До‑мой, – отчётливо повторила. – К тому, кто меня по‑настоящему ценит и действительно хочет видеть счастливой. Раз уж мне приписали распутство, то может у меня есть шанс хорошо провести остаток ночи. Я была как слепая дурочка. Верила, что всё наладится. Слепо верила в большую любовь, оказавшуюся всего лишь иллюзией, мигом бурного воображения. Но мое будущее не связано с ним. Во всяком случае, не в отношениях. Всем приятных снов, – и я почти бегом сбежала по лестнице и выскочила из дома. Если я ещё немножко задержалась бы, начала бы реветь, а мне не хотелось, чтобы они видели как мне больно.