Алекс Морган – Драконица для Альфы 2 (страница 45)

– Ты куда? – Крамер вышел из душа и замер, окинув меня удивлённым взглядом.

– Мне нужно поговорить с папой, – честно призналась, натягивая куртку.

– Есть то, о чём я должен знать? – проницательный синий взгляд скользнул по моей фигуре и замер на животе.

Я охнула и скрестила руки на груди, понимая, к какому выводу он пришёл:

– Хаос подери, Крамер! О чём ты?! Ты же знаешь, что это пока невозможно!

Он шагнул ко мне и мягко притянул к себе. Его тепло, его уверенность всегда действовали на меня успокаивающе.

– Я знаю, что с твоей магией нет ничего невозможного, Аврора, и не хочу, чтобы ты что-то скрывала от меня.

Подняла глаза и встретила его взгляд – полный любви, заботы и тревоги за меня.

– Тебе не о чем волноваться, – коснулась губами его губ и улыбнулась. – Мне просто нужно с ним поговорить. Наедине.

– Обещай, что не будешь слоняться по академии одна.

– Не буду. Обещаю: все передвижения только с Тито. Туда и обратно. Люблю тебя, – порывисто обняла и выскочила за дверь.

Отец уже ждал меня. Один. Я до последнего была уверена, что он позовёт с собой маму, и облегчённо выдохнула. Мне не хотелось её волновать своими мыслями. Ей и так сейчас нелегко.

Едва очутилась в кабинете, столкнулась с обеспокоенным взглядом отца. Почувствовала, как пространство вокруг нас затягивает купол тишины, едва исчез домовик.

Опустилась в кресло и с благодарностью приняла чашечку с зелёным чаем. Блаженно вдохнула нежный аромат мелиссы.

– Ммм, спасибо! Это то, что мне сейчас нужно!

– Рассказывай, что за срочность. Разговор со мной наедине – это что-то новенькое. Обычно от Крамера и Джордана у тебя нет секретов.

– Их и сейчас нет, – я сделала глоток чуть тёплого (как люблю) чая и продолжила: – После того, что мы узнали о магистре МакЛессе У меня не выходят из головы слова бабушки Эрмины, которые она сказала мне на балу.

– Ты спрашивала её об истинности?

– Дело не в том, о чём я спрашивала, но её слова не идут у меня из головы. Особенно после последних событий. Она сказала, что у меня два истинных, и только от меня зависит, кто из них останется со мной.

Отец подался вперёд, и взгляд его изменился:

– Два истинных? Я впервые слышу о таком! Ты уверена, что правильно поняла?

– Так сказала бабушка. Она не ошибается, ты же знаешь.

– Ты хочешь сказать, что МакЛесс – твой истинный? – похоже, тайна шотландца даже папу натолкнула на эту мысль, однако следующие слова заставили меня нахмуриться: – Не Крамер?

– Папа! О чём ты вообще?! – поперхнулась чаем и разгневанно опустила чашку на низкий столик. – У меня есть муж, которого признала моя магия и моё сердце. Я не собираюсь выбирать. Пришла просто поговорить об истинности. Только и всего. Никаких сомнений! – негодующе фыркнула и продолжила: – Скажи мне только одно: как ты почувствовал, что мама – твоя истинная?

Отец помолчал, глядя кудато вдаль, словно вспоминая чтото очень личное, а затем расплылся в тёплой улыбке:

– Никак. Я просто не могу без неё жить. В те дни, когда мне пришлось выбрать Свет и оставить её во Тьме, я думал, что сойду с ума от боли. Это ни с чем не сравнимое чувство: словно сердце разорвали на части и эту боль ничем не исцелить. Истинность – это не приговор. Это притяжение двух сердец. Невозможно с первого взгляда распознать её, хотя твой дед Никита и Лисса почувствовали это сразу, но, может, они исключение из правил. Ты не сомневаешься в своём выборе, – он не спрашивал, а уверенно утверждал это. – Тогда в чём дело, Ава?

– Дело действительно в магистре МакЛессе. Есть много странностей между нами. Он слышит мои мысли, он такой, как я, и Леа внезапно перестала злиться на него. Она не чувствует притяжения к волку, но Что, если и волчица, и драконица, в конце концов, почувствуют эту связь? Что тогда? Я люблю Крамера, и здесь нет никаких «но». Вот только как быть с Леа и Санхали?

«За нас-с-с не-е-е бес-с-с-споко-о-ойс-ся», – уверенность в тоне волчицы не давала ни единого повода к сомнениям.

Она уже не раз это говорила, вторгаясь в мои мысленные размышления, но мне не хотелось, чтобы и она, и драконица были несчастны. Могут ли такие, как я, вообще разделять истинность? Может ли человек любить человека, а волк и волкодраконица... выбрать другого истинного?

Закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Любовь к Крамеру была моей опорой, моим компасом в этом хаосе. Не позволю чужим словам разрушить то, что так дорого. Я справлюсь. Ради него. Ради нас.

– Леа? – догадался отец, награждая меня задумчивой улыбкой. Слегка прищурил глаза: в них читалась смесь понимания и лёгкой насмешки. Никто из оборотней не чувствовал того, что чувствовала я, но папа знал меня с детства и понимал как никто другой. Даже без слов.

– Да. Она они обе считают мои мысли глупостью. Крамер – наш мужчина. Их сердца принадлежат ему, так же как и моё.

– Тогда к чему твои сомнения? Точнее, в чём ты сомневаешься? – отец слегка наклонил голову, не сводя с меня изучающего взгляда.

– Оборотни находят себе подобных. Обычно, – вздохнула, отводя взгляд к окну. За стеклом кружились снежинки, словно пытаясь чтото подсказать.

– Я исключение из правил, как ты видишь.

– Папа, извини, но с тобой всё не так просто, – я мягко улыбнулась и снова посмотрела на него. – Ты оборотень не по рождению. Я говорю о таких, как мои братья и другие оборотни. Тех, кто со зверем с рождения.

Он откинулся на спинку кресла, скрестил руки на груди и задумчиво провёл пальцем по подбородку.

– Ты забываешь, что все они, как и я, превращаются в зверя, и никто не может похвастаться тем, что может биться бок о бок со своими звериными ипостасями. Никто, кроме тебя, – во взгляде мелькнули язычки пламени, и он неожиданно замолчал.

Наблюдала, как в глазах пляшут язычки пламени, не решаясь нарушить затянувшееся молчание. Он размышлял, а мне хотелось услышать, о чём именно. Поднялся, прошёлся по кабинету и замер у стола.

– Кстати, – продолжил он, – зверь Лиссы, напомню, ни капли не несчастен рядом с твоим дедом. Тигрица приняла человека сразу. Без малейших сомнений. Леа позволила тебе быть с Крамером, значит, её устраивает твой выбор. Или всё же у тебя есть чувства к магистру МакЛессу?

– Не говори ерунды, – нахмурилась и резко покачала головой. – Я просто думала о том, как проявляется истинность. Вдруг я не смогу это контролировать? Вдруг что-то пойдёт не так, и я я – я вздохнула и опустила голову. – Я не хочу выбирать. Я уже выбрала.

– Это невозможно контролировать – в этом ты права. Но я уверен, что сердце не сможет обмануть. К тому же ты ведь сама говорила: вы истинные с Крамером, так что все твои сомнения... похоже, не имеют оснований.

Вскинула взгляд и задумчиво произнесла:

– Папа, а в моём будущем

– Мы уже говорили об этом, – брови сошлись над переносицей. Он не любил эту тему. – В тот день, когда почти двадцать лет назад ты оказалась в прошлом, меня не было рядом с тобой. Я ничего не знаю и не расспрашивал никого о том, что ждёт тебя. Будущее изменчиво, так что

– Ты не хочешь знать, но я – хочу! – внутри закипали смесь отчаяния и упрямства. Пальцы сжали подлокотники кресла.

– Зачем? Убедиться, кто твой мужчина? Если есть сомнения – значит, рядом с тобой точно не тот! – голос прозвучал твёрдо, словно приговор.

– У меня нет сомнений! – огрызнулась и поднялась, выпрямившись во весь рост. – Неужели ты не понимаешь, что я чувствую? Ты всегда понимал меня лучше других, но сейчас словно не слышишь!

– Если ты пришла сюда, чтобы поорать, то напомню, что я твой отец. Сбавь тон, Аврора, иначе я не вспомню о том, сколько тебе лет и что ты замужем, – вкрадчивый суровый голос заставил меня мгновенно взять себя в руки. Глаза потемнели, предупреждая о неминуемой грозе, если я не отступлю.

– Прости, папа, – выдохнула спокойно, но взгляда не отвела.

– Аврора, ты пришла за советом? – отец мгновенно смягчился, голос стал тише.

– Я и сама не знаю, зачем пришла. Поговорить. Посоветоваться. Услышать что-то, что избавит меня от мыслей об этом несносном шотландце! – я нервно провела рукой по волосам. – Он читает мои мысли, и это ужасно бесит меня! И никакие блоки не спасают! Это немыслимо!

– То, что ты узнаешь своё будущее, как-то поможет тебе в этом? Мы сами творцы своей судьбы. У тебя есть Крамер и Джордан. Тебе не нужно советоваться со мной. Тебе нужно поговорить с ними. А то, что магистр МакЛесс читает твои мысли научись читать его, – отец слегка приподнял бровь, в уголках губ заиграла едва заметная улыбка.

– В смысле? А я могу? – замерла, широко раскрыв глаза. Об этом я даже не подумала.

– Он такой же, как и ты, но твоя магия сильнее. Почему нет? Думаю, это может работать в обе стороны. Но если что – я этого тебе не говорил, – он хитро улыбнулся и подмигнул.

Шагнула к нему и порывисто обняла, уткнувшись носом в плечо.

– Спасибо, папочка. И прости за мою несдержанность. Ты прав. Знания о будущем ничего мне не дадут. Я лучше знаю, что чувствую. А я люблю Крамера. Он – мой осознанный выбор. Наши отношения преодолели многое, и я не позволю ничему и никому это разрушить.

Крамер

Сверкнуло зеркало, и в комнате оказались Джордан и магистр МакЛесс. Последний обвёл взглядом нашу комнату. Холодный и проницательный взгляд задержался на мне.

– А где нимха Аврора? – голос прозвучал ровно, но в нём угадывалось едва заметное напряжение.