Алекс Мирез – Опасности и правда (страница 50)

Быть может, даже… поженимся?

Эта мысль скрасила самые безрадостные стороны моего существования. У меня никогда не было официального жениха. Никто не рассматривал меня в качестве спутницы жизни, даже я сама. Все парни, с которыми сводила меня судьба, появлялись и исчезали. И теперь это «мы», произнесенное Адриком, заставило меня почувствовать себя самой грязной и порочной женщиной на планете.

– Все настолько плохо? – спросила я, имея в виду то, что он скрывает.

– Я уверен только в одном – я уже не тот, каким был до сих пор, – ответил он.

Вскоре над моим правым плечом запорхала Айви с сияющим нимбом вокруг головы.

– Ах, но как же он красив! – воскликнула она. – Неужели он тебе не нравится? Мне очень нравится. Вот так бы и съела его живьем – серьезно, съела бы! Мы же в него влюблены, в этом нет никаких сомнений. Мы по нему с ума сходим, и есть от чего. В свое время он все расскажет, можешь не сомневаться. Ты уж потерпи, ладно?

За моим левым плечом тут же нарисовалась Джуд с чертячьим хвостом, в позе богини мщения.

– Молчи, дура! – прошипела она. – Ты что, не видишь, это же чистая ложь! Ты посмотри на него, он даже не сомневается, что ему удалось навешать нам лапшу на уши. Не верь ни одному его слову. У него есть тайна, даже тысяча тайн. Весь его стиль Кэшей, все эти «я могу сделать так, чтобы у тебя задрожали колени, едва ты подойдешь ко мне» – лишь для того, чтобы трахнуть. К тому же не забывай, он может быть замешан в убийстве Хенрика. Говорю тебе, мы отрежем ему яйца, зажарим их и съедим, как написано у Джорджа Мартина!

Я постаралась отключиться от них обеих, чтобы не сойти с ума.

– А если и у меня есть тайны? – отважно спросила я. – Которые тоже могут изменить твои чувства ко мне?

Адрик заколебался. Его губы слегка покривились в зловещей ухмылке.

– Ну, если они не изменились даже после того, как я узнал, какая ты сорвиголова…

Я сердито шлепнула его по плечу.

– Я серьезно, – заявила я.

Он тоже лег на бок и придвинулся ко мне.

– И я, – ответил он, дыша мне в самые губы и приняв соблазнительную позу, которая так нравилась нам обоим. – Почему ты думаешь, что я не серьезен? Надо иметь большие проблемы с головой, чтобы обратить на тебя внимание, поэтому уже из этого следует, что с головой у меня не все в порядке.

Адрик взял в ладони мое лицо и поцеловал. Поцелуй был медленным и глубоким, как и все, что мы дарили друг другу, наслаждаясь вкусом наших губ. Эротичным, но таким сентиментальным и всепоглощающим; потом стал тягучим, сладким, а под конец перешел в легкий укус. Когда же мы наконец отстранились друг от друга, Адрик прижался лбом к моему и вздохнул.

– Завтрашний день ты тоже проведешь со мной, – попросил он.

– Завтра у нас занятия, так что мне нужно учиться.

Сама не знаю, почему я это сказала. Я толком не знала, что буду делать завтра.

– Хочешь, я помогу тебе учиться? – шепотом спросил он. Его дыхание обожгло мне губы влажным поцелуем. – Я хорошо знаю, как ведут себя два тела в условиях повышенной температуры, вызванной их близостью и контактом между особо интимными участками…

Я нахмурилась, не оценив его чувства юмора.

– Это не относится ни к каким академическим предметам.

Он дьявольски улыбнулся в ответ.

– Разумеется, относится, это же чистая биология, – шутливо заявил он. – А я в ней – настоящий знаток, так что могу давать тебе частные уроки.

Он снова поцеловал меня, уверенно потершись языком. Я растворилась в поцелуе, забыв обо всем на свете, как вдруг кто-то с силой забарабанил в дверь, и снаружи послышался голос Александра:

– Выходи немедленно!

Делать было нечего. Я подождала, пока Адрик оденется. Войдя в гостиную, мы увидели сидящего на диване Оуэна. При виде нас он рывком поднялся. На его лице застыли величайшее изумление и тревога. Брошенный на меня взгляд явно не предвещал ничего хорошего, но мое сердце по-настоящему зашлось от страха, когда из коридора, ведущего к спальням, появился Александр.

Вид у него был такой, словно он оказался свидетелем чьей-то смерти – или, наоборот, воскрешения из мертвых. Он был напуган, взвинчен и взбудоражен. Я подумала, что, должно быть, кто-то умер – причем не кто-то посторонний, а Эган. Быть может, посредник разозлился и убил старшего из братьев минувшей ночью. Мороз пробежал у меня по коже, сковал льдом все мускулы. Внутри все застыло от ужаса.

– Что случилось? – спросил Адрик, которого по-настоящему встревожили их обескураженные лица. – Семейное совещание? А где Эган?

– Кое-кто пришел, – сообщил Александр.

Я подумала, кто бы это мог быть. Единственным, кто пришел мне на ум, был Риган, но я не могла представить, что он лично явится в эту квартиру и войдет в гостиную.

Вообще-то, я ожидала увидеть кого угодно: кого-нибудь из друзей Непревзойденных лжецов, или, возможно, Арти, или даже Дэша с Кайаной, хотя они напрямую не связаны с Кэшами, но никак не ожидала увидеть этого человека. От удивления я превратилась в камень. В эту минуту мне не отказало лишь одно чувство – великолепное зрение. Я повернула голову в сторону Адрика, который тоже застыл, как будто увидел нечто невероятное вроде раскрытой тайны или тысячелетней загадки, которую наконец удалось расшифровать.

Потом я увидела, как приоткрылись его губы, словно ему не хватало воздуха.

И, наконец, за спиной у вошедшего я заметила Эгана, который тоже появился в гостиной. Эган Кэш встал, привалившись к стене и скрестив на груди руки, и наблюдал за этой сценой, как зритель в кино. Своими кошачьими глазами – красивыми, хитрыми, горящими злобно-победным огнем – он смотрел прямо на меня. Я видела, как слегка растянулись в улыбке его губы, словно давая понять, что игра закончена и только он – единственный победитель.

Потому что у меня не осталось сомнений, что все это спланировал он. Это была его месть.

И, несомненно, мое поражение.

18

Момент, изменивший все

– Почему у всех такие кислые рожи?

Это был Тейт Седстер, тайный возлюбленный Мелани, кузины Кэшей.

Насколько я знала, он не был другом братьев, раз уж они так старались разрушить их отношения, но вот он здесь. Он был как никогда похож на свою фотографию: дреды, тонкие черты лица, зеленоватые глаза, загорелая кожа и дорогая одежда в городском стиле… Мне снова подумалось, что Тейт не выглядит подлецом. Он казался одним из тех парней, которые катаются на самокате, выступают в защиту окружающей среды и увлекаются веганством.

– Какого черта он здесь делает? – выкрикнул Адрик.

Он спрашивал у братьев, не обращая внимания на Тейта. Было очевидно, что он близок к бешенству и совсем не рад видеть этого парня. В то же время он настолько не ожидал его появления, что гнев тут же сменился потрясением.

– Я пришел с миром, – сказал Тейт с легкой расслабленной улыбкой.

В его голосе не прозвучало сарказма, но Адрик разозлился еще больше. Его кулаки сжались, под челюстью заходили желваки. Сейчас он был очень похож на Эгана в приступе гнева.

– Ты не знаешь, что это, – яростно сплюнул Адрик и ринулся на него.

Я была уверена, что сейчас он разобьет Тейту нос и изрядно попортит лицо, но тут вмешался Александр, встав у него на пути. В ярости Адрик пихнул его в грудь, пытаясь оттолкнуть с дороги.

Однако Алекс ухватил его за ворот толстовки и притянул к себе, глядя в лицо.

– Адрик, Тейт не собирается драться или создавать нам проблемы, – твердо и решительно произнес Алекс. – Он действительно пришел с миром.

Адрик, разъяренный, как бык перед матадором, ненавидящим взглядом смотрел на Тейта из-за плеча брата. Я не понимала, откуда в них такая ярость, но особенно мое внимание привлекло поведение Эгана, который больше всех меня беспокоил.

Помнится, он был одержим Мелани, если не ошибаюсь? И вот теперь он смотрел на бывшего хахаля своей кузины с идиотским спокойствием. Непохоже, чтобы его как-то задевало присутствие Тейта. И он вовсе не выглядел рассерженным. Александр, со своей стороны, казался обеспокоенным и очень нервничал. У Оуэна был такой вид, словно на него вот-вот обрушится ураган, от которого нет спасения.

Определенно, что-то происходило. Что-то плохое…

– Тогда чего ему надо? – в ярости выкрикнул Адрик. – Зачем он приперся?

– Прежде всего, успокойся, – попросил Александр, все еще стоя у него на пути и не подпуская к Тейту.

Адрик расхохотался, потом яростно сдвинул брови; лицо его выглядело грозным и при этом испуганным.

– Успокоиться? – взвился он. – Когда здесь этот тип? Ты что, забыл, что это по его вине Мелани…

– Нет, – поспешно перебил Александр. – Все не так, как ты думаешь. Как мы все думали.

Адрик смущенно и растерянно посмотрел на него.

– О чем это ты? – фыркнул он.

– Мы все тебе расскажем, – заверил Александр. – Но сначала успокойся, ладно?

Очевидно, Адрика это не убедило. Он молчал, глядя на невозмутимо спокойного Тейта с таким видом, что по его лицу явственно читалось: «Набил бы я тебе морду!»

– Тебе нужно успокоиться, Адрик, – со всей серьезностью настаивал Александр.

Тот, по-прежнему не спуская глаз с Тейта, отступил на шаг назад. Мускулы его по-прежнему были напряжены, рука сжата в кулак.

– О чем ты, черт возьми, толкуешь? – не выдержал он.

– Учти, начнешь буянить – мы привяжем тебя к стулу, понял? Я тебя предупредил, – сказал на этот раз Эган.