Алекс Мара – Разведена и Прекрасна (страница 8)

А я что? Я согласна с его доводами. Если верить Дашке, то он человек опытный, ему есть с чем сравнить. Его мнение можно считать экспертным.

– Ты согласна? – проверяет он на всякий случай.

– Да, согласна. Все честно: я видела твой член, так что ты вправе посмотреть на мою тютельку. – Осматриваю себя критическим взглядом. – Только учти, что на мне много слоев.

– Чего? – Тоже смотрит на меня, только непонимающе.

– Слоев на мне много надето, говорю! Долго раздеваться. Под лыжными брюками на мне шерстяные рейтузы, потом лосины с начесом, потом колготки. Это для тепла. Меня бабушка учила одеваться многослойно. Если станет жарко, то можно снять несколько слоев.

Лука приподнимает брови и смотрит на меня как на сумасшедшую. Хотя он всегда так на меня смотрит.

– То есть если тебе станет жарко, ты прямо на вершине горы будешь снимать штаны? И потом носить их с собой? Нет, подожди, лучше скажи другое. Ты что, собираешься прямо здесь и сейчас раздеться и показать мне свою тютельку?!

– Не прямо здесь, конечно! – Закатываю глаза.

Лука качает головой и берет меня за руку.

– Пойдем, чудо-юдо, посмотрим на твою тютельку.

Мы выходим к его машине. На мой вопрос о том, куда мы едем, Лука отвечает насмешливо: «В мой лекционный зал». Он никогда не позволит мне забыть о лекции, которую я даже не помню. Хотя какое тут «никогда», мы с ним видимся в последний раз.

По мере того, как мы приближаемся к бару, я начинаю нервничать. А вдруг он скажет что-то такое, после чего я вообще никогда не смогу быть с мужчиной?

Поглядываю на него исподтишка, и он это замечает.

– Хватит трястись! Я тебя не на заклание везу. Если передумала, скажи, и я доставлю тебя домой.

– Я не передумала, только немного нервничаю. Можно мне в душ?

Он посмеивается и кивает.

11

Мы заходим в спальню Луки. Наверное, мне было бы немного проще в другой комнате, а не в той, где он, несомненно, спит с другими женщинами. Однако заставляю себя успокоиться. У нас не отношения, а одноразовый договор. Можно даже сказать, научная сделка.

Лука садится в кресло и наблюдает за мной.

Снимаю слой за слоем, медленно, тяну время.

– Давай быстренько раздевайся! Жуть как хочется снова увидеть твои панталоны, – ворчит.

А на мне не панталоны, а очень симпатичные трусики с зебрами. Однако, разглядев их, Лука почему-то смеется.

– Футболку тоже сними! – требует.

– Это еще зачем? – прижимаю ладони к груди. – Мы договаривались только о тютельке.

– Умру я с тобой, Виктория. От смеха. Ты в душ в футболке пойдёшь?

Ему только бы смеяться надо мной.

– Отвернись, и я ее сниму.

Он демонстративно отворачивается.

– Ну конечно, свой клитор она не стесняется показать, а грудь прячет. Как будто я сисек не видел! – ворчит.

– Моих не видел, – ворчу в ответ и направляюсь в душ.

– А они у тебя особенные? – Смеётся вслед.

– Ты никогда об этом не узнаешь. – Закрываю за собой дверь.

Моюсь так долго, что сморщивается кожа на пальцах. Мне немного боязно. У меня был всего один мужчина, мой бывший муж, и я даже не знаю, как правильно… Вообще ничего не знаю.

– Виктория, хватить переводить воду! Если ты струсила, то я отвезу тебя домой.

Струсила?! Я-то? Да я бесстрашная и бесшабашная!

Выпрыгиваю из душа и, завернувшись в полотенце, открываю дверь.

– Я не струсила. Говори, что мне делать. Как… показывать и где.

Лука молчит целую минуту, а то и дольше. Пытается что-то сказать, но сглатывает и отворачивается.

Рукой показывает мне на кровать. Подхожу ближе, и тогда он говорит.

– Сядь на край и разведи колени.

Его голос хриплый, низкий. Совсем не такой, как раньше. Неужели тоже струсил?

Выполняю его приказ, но остаюсь прикрытой полотенцем.

– Шире!

Развожу колени до максимума.

– Отклонись назад и обопрись на локти. Подними согнутые в коленях ноги и поставь пятки на край постели. Оставь ноги разведенными как можно шире.

– Ты что, гинеколог?

Однако шутка застревает в моем горле, потому что Лука опускается на колени между моих разведенных бедер. Когда он говорит, я ощущаю его дыхание на том месте, которое раньше видел только мой муж.

– Готова?

– К… к чему?

– Хочешь, я расскажу, что вижу? – спрашивает, не отрывая взгляда от моей промежности.

– Д-д-да. – Не могу перестать заикаться, меня потряхивает от волнения.

– Только мне придется и показывать тоже, хорошо?

– Д-д-да.

– Вот… – Лука касается меня между ног, и я чуть не подпрыгиваю, хотя и ожидала его прикосновения. – Расслабься, Вика! Тебя ведь называют Вика, да?

– Да-а-а-уаа-а.

Лука водит кончиком пальца по моим нижним губкам, поэтому очень трудно отвечать на его вопросы.

– Так вот, Вика, я вижу сочную, аккуратную дырочку.

Лука кружит кончиком пальца вокруг моего входа, и у меня слабеют руки, я чуть не падаю на кровать. Еле держусь. И не думаю спорить о том, что мы не договаривались о полном осмотре, только о замере тютельки.

Он вводит кончик пальца и массирует меня внутри. Инстинктивно подаюсь навстречу и тут же краснею от смущения.

– Все хорошо, Вика, всё очень хорошо. Посмотри, какая ты отзывчивая. Уже влажная и набухшая для меня… для осмотра. А вот и твой клитор.

Лука раздвигает губки и надавливает на клитор кончиком пальца, и я снова чуть не слетаю с кровати. Он делает всего несколько круговых движений, а я уже готова кончить. Никогда такого не случалось.

Жалобно поскуливаю, а Лука словно этого не замечает. Продолжает меня ласкать.

– Сладкая, отзывчивая девочка, давай теперь проверим, насколько ты чувствительна.

С этими словами он накрывает мою многострадальную тютельку губами.

12