Алекс Лоренц – 1994. Русский роман ужасов (страница 10)

– Не, ну ты же понимаешь, что это туфта?! – воскликнул Денис.

– Ни фига подобного! В начале фильма сказали, что это был секретный военный проект!

Денис проявил мудрость и промолчал.

– Чего молчишь? – не унимался Артем, размахивая руками, как ошалелая птица. – Вот сейчас придем туда – сам все увидишь.

С их прошлого визита осталась дорожка из примятой травы, покалеченных лопухов и ломаного сухостоя.

Чем ближе они подходили к таинственной постройке, тем резче становился запах не то медикаментов, не то химикатов.

Они несколько секунд стояли перед закрытой дверью в замешательстве.

– Ну, чего стоим? – спросил Артем.

– Не знаю, чего ты стоишь, – бросил в ответ Денис. – Открывай, раз самый умный. Это ты предложил.

Артем уставился на него тупым-претупым взглядом. Так бывало всякий раз, когда его загоняли в тупик.

– Хорэ пялиться, животное! Открывай долбаную дверь!

– А ты че, ссышься? – Артем явно пожалел о собственной инициативе и теперь пытался ее аккуратно слить. Но аккуратно не получалось.

– Да, – честно признался Денис, глядя другу в глаза.

Тот не ожидал такой прямоты. Теперь ему было не отвертеться.

– Ну тебя в жопу. – Он рывком распахнул металлическую дверь и отскочил на два шага.

Петли жалобно взвизгнули. Дверь снова захлопнулась.

– Давай подопрем чем-нибудь, – предложил Денис.

Они подобрали массивную палку и подперли сопротивляющуюся дверь, чтобы она не закрылась и внутрь проникал свет.

И все равно солнечные лучи едва доставали дальше дверного проема. Остальное можно было различить лишь в виде неясных силуэтов.

– Темно как у негра в жопе, – констатировал Артем, делая один осторожный шаг.

– Давай уже, проходи! – Денис подтолкнул его в спину.

Артем судорожно глотнул ртом воздух.

– Ты дебил?! – закричал он. – Чего толкаешься?!

Денис, не обращая на него внимания, зашел внутрь. По коже подрал холодок. Под ногами заскрипело битое стекло. В воздухе стоял густой кислый запах.

– Мне кажется или банки пустые? – произнес Артем, зажимая рот и нос ладонью.

Денису понадобилось секунд десять, чтобы глаза привыкли к густому полумраку. Одна из огромных стеклянных банок была разбита, остальные вскрыты. Трупаки отсутствовали.

– Твою мать! – гундосо выругался Артем. – Я ж тебе говорил! – Он закашлялся.

– И правда, – согласился Денис. – Их кто-то забрал.

– Да ни хера их никто не забирал! Они сами ушли! Я видел, как этот ублюдок шевелился там, в банке. Мы нарушили герметичность – вот он и ожил! Их спецом тут держали закрытыми, законсервированными, в растворе, чтоб не рыпались!

– И что теперь будем делать?

– Не знаю! Он вылез и освободил их всех! Теперь они будут мозги людские жрать! – Артем протянул руку к одной из открытых банок.

– Не трожь! – выкрикнул Денис, хватая его за футболку. – Подхватишь еще какую-нибудь заразу! Делать-то что будем?

– Да чего ты у меня-то спрашиваешь?! Ничего не будем делать! Пойдем отсюда.

Они вышли на свет и, окидывая опасливыми взглядами бурелом, отправились в свой уютный двор.

9

Когда Димон вышел во двор, Артем и Денис метали перочинный ножичек в неопрятную кучку песка с примесью собачьих экскрементов, сухой листвы и бутылочных осколков.

– Дима, через полчаса чтоб был дома. – Тетя Таня стояла на балконе, вцепившись руками в решетчатую ограду. Ее голос дрожал.

– Хорошо, мам, – одними губами прошелестел Димон. Его лицо было иссиня-белым, как снег в морозный день.

Тетя Таня скрылась в квартире.

– Здорово, – бесцветным голосом поздоровался Димон, невесомо опускаясь на лавку, как брошенная растрепанная салфетка.

– Что там у тебя? – спросил Артем, целясь ножичком во что-то видимое ему одному в грязном песке.

– Хреново дело, – сказал Димон после недолгой паузы.

– Дед в больнице? – спросил Денис.

– Угу. Совсем худо. Меня только что из дома предки выперли. Не нравится мне это.

– Ну, выперли – и выперли, подумаешь. – Артем стоял к друзьям спиной и словно разговаривал с кем-то четвертым, кого остальные не видели.

– Кажись, не жилец больше дед. – В голосе Димона дрожали слезы. – Батя только что… – Он всхлипнул. – Батя только что из больницы приехал весь на нервах. Матери что-то сказал, та аж руки ломать начала.

– Да ладно тебе, все нормально будет, – попытался подбодрить его Денис. – Это они, может, от радости. Может, твой дед поднялся, растолкал медсестер и сбежал куда-нибудь. В пивную по соседству, например.

– Пошел ты в жопу, – равнодушно бросил Димон.

Денис понял, что сморозил глупость, и почувствовал, как краска приливает к лицу.

– Давайте до котелки дойдем, – предложил Артем.

– Мне через полчаса дома быть, – напомнил Димон.

– Не ссы, успеешь. На котелке давно не были. Давайте сходим.

– Поддерживаю, – сказал Денис. – Пойдем, Димон. Мы быстро. Одна нога здесь, другая там.

– Ладно, пошли.

«Котелкой» называли заброшенную котельную через несколько дворов. В ней все двери и окна были выдраны с корнем, а проемы зарешечены. Впрочем, местная шпана разломала кирпичную кладку в самом незаметном углу, и заделывать ее никто не стал.

Летними днями котелка была землей обетованной для детворы. Ребята представляли себя героями крутых голливудских боевиков, которые переводил гундосый дядька. Прыгали с этажа на этаж, расстреливали друг друга из палок, взметали до потолка бетонное крошево.

Котелка скалилась из зеленых кустов ржавыми решетками окон. К пролому вела узкая утоптанная тропинка, вилявшая между кустами. В этот день (или днем ранее) на нее кто-то смачно нагадил. Да, прямо на тропинку.

Внутри было прохладно. От каждого движения воздуха тишина вздрагивала.

В полу зияла черная ямища, уходившая вниз метра на три-четыре.

– Я б туда спустился, – с благоговением проговорил Артемка.

– Да, интересно, – согласился Денис. – Может, там трупы?

– Нам на ОБЖ говорили, что до трупаков дотрагиваться нельзя, – сообщил Димон. – К ним лучше вообще не приближаться. Микробы там всякие, испарения вредные…

– Но спуститься бы все равно прикольно. Там ведь целый этаж внизу, а мы его не видим. А есть ли вход, кроме этой дыры, – хрен разберет.

– Лестница нужна, причем такая нехилая. У меня на даче есть. Батя ее один еле поднимает. Зато прямо на крышу можно забраться.

– О! Класс! Привози!