Алекс Лав – Бомж (страница 43)

- Ты лучше расскажи, что случилось, а то я ни черта не помню, голова трещит и пустая как барабан.

- Скреббера помнишь?

- Кого! Ты чё, охренел? Какой Скреббер? Если бы мы на такое нарвались, то сейчас бы не разговаривали.

- А мы и не разговаривали, до этого момента. Как тебя «это» прихлопнуло, так больше и не общались. Я с мёртвыми стараюсь поменьше в контакты вступать.

- Ладно, рассказывай, давай, не томи. И кстати, куда это ты меня припёр?

- Там дальше - типа застава, внутри люди, вроде нормальные, за ней посёлок какой-то, что там, пока не знаю. От деревни той, сюда километра с три будет, ты чего последнее помнишь-то?

- Пустыша в огороде завалили, на дорогу выволокли, я за водой побежал, потом вспышка и все, как отрезало.

- В общем, помнишь, что тела тварей исчезали, оказывается, это Скреббер их подчистил, и тебя хотел, да я воспротивился.

- Ты блин, воспротивился? Скребберу? Рожей своей немытой напугал что ли? Давай не трынди.

- Не хочешь слушать, иди в задницу.

- Ладно, не обижайся, просто россказни твои очень на пьяный бред похожи, с трудом поверить можно. Ты не прикладывался сегодня? Скреббера он прогнал! Нет, блин, «воспротивился» он, мать твою!

- Ты холодным трупом был, а сейчас вон опять несёшь всякую хрень, это тебя не удивляет?

- В принципе да, есть немного, случай необычный, согласен полностью, продолжай, я весь во внимании.

- Чё продолжать-то? Скреббер ушел, ты валяешься, остываешь потихоньку.

- А ты пульс не мог проверить, ухо к груди приложить, дыхание проверить?

- Не учи учёного, нормальный труп был, не дышал, и сердце не билось, наверное. Я, честно говоря, сильно не проверял, мне и так всё ясно было в тот момент, да и времени в обрез, вдруг «он» передумает и вернется. Закинул тебя в тележку и ходу.

- А чего не бросил, я ж вроде помер, на хрена было напрягаться?

- Не хотел - эта штука тебя бы схавала, как этих поганых тварей, решил отвезти подальше и закопать поглубже, чтобы не добралась.

- Я что-то со счёта сбился, ты мне сколько раз жизнь уже спас?

- Четыре вроде, но кто ж считает, это типа, спасибо такое?

- Ну да, есть такое дело, просто спасибо, конечно, маловато будет по такому случаю, ладно, сочтёмся. Ну, что, поехали?

- Вылезай! Покатался - хватит, своими ногами дойдешь, здесь недалеко.

Жук хмыкнул, приложился к фляжке с живчиком и спрыгнул на землю. Тележка теперь уже без надобности, но решили не бросать, взялись за ручку с двух сторон и потащили к частоколу.

- Вокруг обходите, там дверь, ты ж вроде говорил, что один будешь, а второй - покойник?

- Ожил.

- Странные вы ребята, как я посмотрю, к старосте вас отвести нужно будет, пусть посмотрит, кого это к нам сегодня занесло. Но это ближе к вечеру, когда сменщики придут. Есть хотите?

- Не откажемся.

- И выпить не помешает, если имеется чего.

Отведав нехитрой деревенской снеди и опрокинув за компанию пару кружек домашнего пива, Бомж завалился на дощатую лавку, накрытую какими-то дерюгами, и заснул почти мгновенно. Жук спать не стал - не хотелось, тихонько болтал с бородатыми караульщиками. Про себя рассказывал и про здешнее житьё-бытьё расспрашивал. Охраняли мужики дорогу по очереди, на так сказать общественных началах. Бывало, забредали с той стороны отдельные твари, нечисть по-здешнему, потому и поставили здесь такой палисад, высматривать и валить пришельцев непрошенных. Последнее время, правда, тихо тута было, службу несли не утомительную, скорее даже скучную. Ели, пили, да спали по очереди, даже удивились сильно, когда увидели новых посетителей. Солнце уже наполовину опустилось за горизонт, когда пришли двое - ночная смена. Тарас, один из освободившихся от службы, с окладистой чёрной бородой, да косая сажень в плечах, повёл путешественников в село, прямиком к дому старосты.

- Ну, понятно, поносило вас по свету немало, ну да ладно, живы остались, и слава Богу. Оставаться думаете или дальше пойдёте? Я считаю, что вам маленько пожить у нас придется, отдохнёте с дороги, отоспитесь маленько, да и поработать немного надобно. Жизнь у нас простая, не бедствуем, но и не жируем, рабочие руки завсегда требуются. Хлеб-то, он даром не достаётся, делиться с путниками не зазорно, дело богоугодное, однако отработать хлеб-соль - дело благородное, давайте, без обид только. Обчество вам поможет, а вы - обчеству, дело крестьянское не хитрое, каждому у нас работа по силам и умению найдется.

- Да мы, дяденька не против поработать-то. На сколько нас в полон, взять думаешь?

- Недельки на две, а если понравится, можно и на больше задержаться. У нас здесь спокойно, сытно, на работах хребет не поломаешь, девки опять же. Кстати, на счёт девок, смотреть - смотрите, но рукам воли не давайте. Порядки у нас строгие - тронешь девку без отцовского благословения - оскопят в той же час, церемоний долгих разводить мужики не будут. Понравится девка, жениться надумаешь - ступай к родителям, сватов засылай и никак иначе, в общем, я вас попередил.

Разговаривал староста с ними спокойно, смотрел внимательно, Жук быстро догадался, что мужичок он не простой и себе на уме. Человека видит насквозь, похоже, дар сенса у него или нечто подобное. Прозондировал он их, проверил, нет ли внутри чего затаённого и опасного, да и задержаться предложил неспроста, чтобы побыли под присмотром какое-то время. Скрывать им нечего, значит, и бояться не стоит, а задержаться ненадолго - оно может и к лучшему. Отдохнуть в безопасности действительно не помешает, осмотреться и прикинуть спокойно, в каком направлении дальше двигаться, и главное - на какие средства. Пешком, да без припасов далеко не утопаешь.

- Уморился?

- Да не особо, жарко просто сегодня.

- Я чего думаю, крестник, жизнь здесь спокойная, тварей даже близко не видно, а живчик, зелье по-ихнему, регулярно потребляют и раздают его, кстати, по норме и бесплатно, за счёт общества. Откуда берут?

- Так спроси.

- Спросил уже. Есть здесь такой хитрый мужик, зовут его Фрол, живет за селом на своём хуторе, вон в той стороне. У него два сына и жена имеется, так вот он - штатный поставщик живчика в село, причём это единственный источник. Вывод какой, напрашивается? Фрол этот - контактёр с, так сказать, «внешним миром», сельские ведь из села никуда не выходят, а он, думаю, регулярно шастает за периферию, торгует с внешним миром. Интересно, сидят на одном месте, а «трясучка» их не берёт, почему? Надо бы с ним скорешиться, у него точно есть информация, что нам необходима, через него можно разжиться нужными сведениями и уйти в правильном направлении.

- А староста отпустит?

- Так он и не держит, мы уже достаточно отработали, претензий нет, я, кстати, у него спрашивал, всё нормально. Только что мы с собой в дорогу взять сможем, по мешку картошки и вилы? К Фролу надо идти, с ним договариваться.

- Завтра выходной. Толпа, я так понял, в церковь, благодатью напитаться, ну а мы сходим к этому твоему Фролу, что скажешь?

- Так и порешаем.

Староста их решение сходить к Фролу, вместо того чтобы потратить время на общение с всевышним, не очень одобрил, но виду не подал. Ребята они работящие и руки растут из правильного места, таких бы оставить в общине, но раз нет стремления к оседлой сельской жизни, неволить не стал. От окраины села до фроловского хутора, стоящего на отшибе, с километр будет, и дорога опять в гору устремилась. Само село в низинке стоит, поближе к реке, а свой дом здешний барыга поставил на пригорке и обнёс частоколом, крепость соорудил, короче, осаду можно держать, если конечно у противника пушки не имеется. Постучали в ворота, минут пять ждали, пока за ней шум не послышался. Открылась задвижка прямо посреди двери, оттуда - пара глаз.

- Чего надобно?

- Фрол нужен, дома хозяин-то?

- А, вы к бате? Сейчас покликаю, стойте здесь пока. Щас позову.

Мужики на селе почти все здоровенные как быки, туповаты немного - этого не отнимешь, размеренный, однообразный деревенский образ жизни накладывает свой отпечаток, но Фрол даже на их общем фоне выделялся. Жук, и сам не слишком мелкий, но и ему пришлось смотреть на подошедшего хозяина снизу вверх.

- Зачем пришли?

- Разговор есть.

- О чём?

- Может, внутрь пустишь или так на пороге и будем разговаривать?

- А это смотря о чём говорить будем, если глупости какие, так ступайте, откуда пришли, некогда мне.

Жук, успевший зыркунуть одним глазом внутрь двора, и заметить, характерные отметены на бортах стоящего там «броневика» сварганенного явно из российского УАЗика, посмотрел на Фрола с хитрым прищуром.