Алекс Кош – Огненный факультет (страница 31)

– Замечательно, – как мне показалось, удивленно сказал Тирел. – Тогда давайте знакомиться. По очереди называйте свое имя, возраст, где занимались, и как долго.

Мы переглянулись. Чез пожал плечами, дескать, придется мне первому.

– Чез, сорок пять лет. Занимался в Школе Искусства, тридцать лет. Медитативные техники изучал последние пять лет.

Пять лет? А я думал, что он их всего год изучает. Вместе со мной.

– Алиса, – представилась вампирша. – Семейная школа Искусства, тридцать лет.

Тирел кивнул, слегка поморщившись. Видимо, и он не в восторге от присутствия вампирши. И чем она всем не угодила? Очень милая девушка, между прочим. Стоп. Сколько она сказала? Тридцать лет? Насколько я помню, вампиров обучают с детства… так это же здорово! Она почти моего возраста!

– Зак, двадцать лет – радостно представился я. – Занимался в Школе Искусства, пятнадцать лет. Медитации изучал… вроде бы как один год.

Хотя, если честно, я бы не сказал, что изучал их. Так… сидел вместе со всеми, думал о своем, иногда даже спал… но вроде бы не храпел.

– Невил, шестьдесят три года. Обучался в Школе Искусства Приграничья, пятьдесят лет. Медитативная техника – двадцать лет.

Вот это да! Пятьдесят лет, это же почти что Мастер! Вот о таких как он и говорил мне Чез. Наверное, не просто ему было пройти все испытания…

– Наив, двадцать два года. Занимался в Школе Искусства десять лет, медитативная техника, – он неожиданно покраснел, – один месяц.

– Тоже неплохо, – ободряюще сказал Тирел. – В любом случае, здесь вам придется учиться совершенно иному способу управления энергией. Так как вы все в той или иной степени владеете Искусством, вам будет одинаково полезна эта формулировка. Грубо говоря, в Искусстве вы становитесь сосудом, который накапливает в себе энергию, и после накопления в любой момент может ее использовать. В данном случае главной характеристикой является объем вашего сосуда, и ширина горлышка, через которое он заполняется. В Ремесле, или в «прямой магии» – то есть, в прямом управлением «магами» – вы становитесь не сосудом, а своеобразной трубой. Вы впускаете в себя энергию, преобразуете, и тут же выпускаете. Задержать в себе энергию вы не можете. Вопросы?

Алиса подняла руку.

– А главной характеристикой нашей так сказать трубы, будет ее диаметр?

– Правильно, – согласился Тирел. – Но учтите, что это всего лишь сравнение, принятое нами для упрощения понимания, на самом деле никаких труб и сосудов нет.

– И если говорить образно и упрощенно, то мы, как люди до этого работающие с сосудами, должны у своих сосудов выбить дно, чтобы получить трубу? – лукаво поинтересовался Чез.

Тирел рассмеялся.

– Образно говоря – да. Какое количество «магов» вы сможете пропустить через себя за один раз, то есть вложить в одно заклинание – это и есть, по сути, главное ограничение силы. Ну… еще период восстановления после сотворения заклинания.

– Все ясно, – закивал Чез. – И как же мы будем пробивать наши сосуды?

– О! – поднял палец Тирел. – Для этого каждый факультет использует свои упражнения, в нашем случае – это упражнение со свечой.

– Дайте-ка я догадаюсь, мы должны будем ее зажечь? – предположил Чез.

Тирел кивнул, и щелкнул пальцами. В пяти метрах перед нами появилось пять небольших свечей.

– Зажгите их, – предложил Ремесленник.

Я удивленно посмотрел на друзей, но они были озадачены ничуть не меньше меня. Значит, Тирел действительно что-то забыл нам объяснить. Например, как нам это сделать-то?!

– Ладно, – начал Ремесленник, поудобнее устроившись в кресле напротив нас. – Сначала сядьте, как вам удобно. Затем закройте глаза и представьте, как окружающая вас энергия проходит сквозь вас.

Я послушно проделал все, что требовалось, но ничего не почувствовал, что, в общем-то, совсем не удивительно.

– Теперь откройте глаза, протяните руку в сторону свечи, и представьте, как энергия проходит сквозь вас, концентрируется на пальце, и тонким лучиком проходит к свечке.

Я проделал и это. Никакого лучика я не увидел, свеча загораться так же отказалась.

– Не отчаивайтесь, если в ближайшее время у вас это не получится. В среднем, прорыв происходит после недели – месяца упорных занятий в медитативном зале.

– Упорных занятий? – испугано переспросил Наив.

– Да, – решил уточнить Чез. – Упорные занятия, это сколько часов в день?

– Четыре часа утром, и четыре часа вечером.

Мы не удержались от огорченного вздоха. Восемь часов в день сидеть и заниматься неизвестно чем?! Хотя, вообще-то, мы не правы. Пока мы не зажжем эти драконовы свечки, никакого настоящего Ремесла мы не увидим. Будем только слушать нудные лекции, да на полу сидеть медитировать.

– Хватит вздыхать, – уже жестче сказал Тирел. – Чем больше времени вы проведете в этом зале, тем больше у вас шансов не вылететь из Академии.

– Вылететь? – эхом повторил Чез.

– Вылететь, вылететь, – повторил Тирел. – А вы думали, что все поступившие становятся Ремесленниками?

Мы согласно кивнули.

– Размечтались. Из двух сотен поступивших хорошо, если половина становится настоящими Ремесленниками.

– А остальные? – удивленно спросил я.

Мне всегда казалось, что из Академии никого не выгоняют. Даже Чез всегда говорил, что главное попасть в Академию, отсюда уже никуда не денешься. Я не слышал, чтобы в городе кто-либо упоминал об этом, и ни одного выгнанного из Академии я не встречал. Может, они того… выходят отсюда ногами вперед? Несчастные случаи, так сказать?

– Остальные не заканчивают свое обучение, и отправляются служить в дальние гарнизоны. Там каждый человек на счету, тем более человек, умеющий хоть немного управлять силой.

Вот это да! Как я понимаю, отказаться от такого назначения нельзя?

– Слушай Зак… – шепнул мне Чез, но продолжить не успел.

– Отставить разговоры, – рявкнул Тирел. – Разговаривать во время медитации запрещается, кроме обсуждения необходимых вопросов лично со мной.

Мы послушно заткнулись.

Так, что он там говорил? Расслабиться, представить энергию вокруг себя, потом открыть глаза, вытянуть руку…

Одна из свечей неожиданно загорелась.

Тирел удивленно захлопал глазами, и даже позволил себе легкую улыбку.

– Неплохо, совсем не плохо. Может быть, из вас еще что-нибудь и получится.

АКТ ВТОРОЙ, ознакомительный

Поединки в стенах Академии не запрещены. Более того, они приветствуются. Единственное условие их проведения – это присутствие Следящей Стороны. Следящая Сторона – это соответствующее число учеников старших курсов, либо Ремесленников. Число и стихийная принадлежность представителей Следящей Стороны соответствует числу и стихийной принадлежности поединщиков. Следящая сторона должна в обязательном порядке предотвратить фатальный исход поединка. Если, несмотря на действия Следящей Стороны, произошла смерть одного из поединщиков, то вся вина лежит на Следящей Стороне. Так же обязательно наличие ЭПК (энергетического поединочного купола), который так же поддерживается Следящей Стороной. При поединке Ремесленников Следящая Сторона обязательно должна включать в себя Высшего Ремесленника. Поединки являются неотъемлемой частью процесса обучения, и оцениваются наряду с обязательными спаррингами, предусмотренными расписанием.

Ставки на поединки запрещены!

Делайте ставки. Прием ставок заканчивается с первым фаэрболом.

Действие 0

Эта Ассамблея Ремесленников отличалась от прочих. Прежде всего, тем, что она был целиком и полностью посвящена новому поколению Ремесленников. Именно на этом совещании обсуждалась программа обучения учеников, и прочие организационные вопросы, связанные с новичками. Каждые тридцать три года программа обучения претерпевала существенные изменения, ведь наука не стояла на месте, иногда изменяя привычные представления, иногда уточняя и усложняя их. Кроме того, после первой недели обучения подводились некоторые итоги и составлялись прогнозы на будущее.

Огромный Зал Заседаний по форме своей ничем не отличался от прочих залов Академии. Одна сторона зала упиралась в стену башни, и поэтому представляла собой полукруг, другая сторона состояла из двух стенок, идущих встык под прямым углом. Такая форма залов была самой оптимальной, она позволяла расположить на одном этаже от трех до нескольких десятков залов разных размеров.

Вся полукруглая сторона этого зала была заставлена многоэтажными трибунами практически до самого потолка. Такая расстановка позволяла присутствующим на совещании наблюдать и слушать все, что происходило за кафедрой, или, как это было бы проще назвать, на миниатюрной сцене. Сегодня Зал Заседаний был заполнен до отказа. Изначально он не был рассчитан на такое количество людей, но за прошедшие сотни лет со дня основания Академии число представителей от каждого факультета сильно возросло. Главной причиной такого ажиотажа являлось желание каждого нового выпуска Ремесленников иметь своих представителей в Ассамблее. Безусловно, старшие члены Ассамблеи Ремесленников имели гораздо больше прав, и влияние их как в Зале Заседаний, так и вне него было значительно сильнее. Но молодые поколения Ремесленников были менее закостенелы, более активны, и в чем-то превосходили старшее поколение. Особенно молодое поколение преуспело в интригах…

– Мастера Ремесленники, объявляю наше заседание, посвященное новому набору учеников, открытым.