Алекс Ключевской – Частный детектив второго ранга. Книга 3 (страница 11)

— Вы сейчас с Хранителем разговариваете? — тихо спросила она.

— Да, — я поморщился. — Постоянно забываю, как это выглядит со стороны.

— И что он говорит? — она слабо улыбнулась.

— Вы ему нравитесь, и чешите его лучше, чем я, — ответив, я посмотрел на зафырчавшего Савелия. — Что?

— Можно подумать, ты меня вообще когда-нибудь чешешь! Никакой ласки бедный котик, всеми забытый, помирающий в голоде и холоде… — запричитал Савелий.

— А ты меня почаще трави и взрывай, — посоветовал я ему. — Вот увидишь, как интенсивно я начну тебя причёсывать.

— Ты просто толстокожее животное, — надулся кот. — Не то что Ирочка. Вот она меня понимает, — и он привалился лобастой головой к её животу.

— Да уж, — я тихонько рассмеялся и посмотрел на Ирину. — Поздравляю, вы единственная, к кому Савелий относится, хм, нормально. Полагаю, без очень большого повода он не будет вас травить.

Ира хихикнула и почесала Савелия за ушком. Кот прикрыл глаза и снова заурчал, а в салоне наступила тишина, прерываемая лишь умиротворяющим урчанием.

До поместья Князевых доехали молча, а в холле нас уже жал парень лет двадцати пяти на вид. Высокий, неплохо сложенный, с очень серьёзным лицом.

— Николай Свиридов, — представился он. — Барон Князев приказал мне вас дождаться и рассказать, что произошло в поезде.

— А вы куда-то спешите? — я удивлённо посмотрел на Ирину, но она только пожала плечами и опустила на пол Савелия, которого всё ещё держала на руках. Пробормотав что-то насчёт ужина и знакомства Хранителя с местными кошечками, Ирина ушла в сторону кухни. Савелий убежал за ней, и мы со Свиридовым остались наедине.

— Меня только что уволили, — он пожал плечами и постарался объяснить, поймав мой вопросительный взгляд. — Я упустил Голубеву, позволил себя усыпить и сразу не доложил о случившемся.

— Последнее — плохо, а разве на первые два пункта ты мог повлиять? — я несколько секунд разглядывал его, но парень молчал, и я задал очередной вопрос: — Ладно, не мне лезть в чужой устав. Где мы можем поговорить?

Рядом с нами практически сразу материализовался дворецкий, словно подслушивал, ожидая, когда же я произнесу последнюю фразу. Хотя я не могу с уверенностью сказать, что он не подслушивал. Мне частенько казалось, что тот же Валерьян по всему замку жучков рассовал и отслеживает каждое брошенное вскользь слово.

— Андрей Михайлович, позвольте вашу сумку. Я отнесу её в вашу комнату, — очень чопорно произнёс дворецкий. Спорить было бесполезно, да и не нужно, поэтому я просто протянул ему сумку, гадая про себя, где же я буду в итоге искать свою комнату, потому что вот прямо сейчас точно туда не пойду.

— Где мы можем поговорить без лишних ушей с господином Громовым? — Свиридов выразительно посмотрел на поджавшего губы дворецкого.

— В кабинете барона Князева. Ростислав Семёнович отдал все необходимые распоряжения, — выдержав короткую паузу, ответил дворецкий. — Идёмте, я вас провожу.

В кабинете Князева я уже бывал, когда предыдущий контракт с бароном заключал, поэтому прекрасно мог найти дорогу самостоятельно. Но если дворецкий хочет таскать мою сумку через весь дом, то кто я такой, чтобы препятствовать человеку в получении этих маленьких радостей.

Открыв дверь, дворецкий коротко поклонился и ушёл устраивать сумку. В кабинет он не входил, и становилось не совсем понятно, зачем он с нами таскался. Даже если предположить, что у меня внезапно развился географический кретинизм, и я забыл, что кабинет расположен в правом коридоре на первом этаже, недалеко от входа во флигель, то Свиридов-то точно знал, где он находится. Всё-таки Николай некоторое время проработал здесь охранником.

— Ну вот, меня уже караулят, следят, чтобы, не дай бог, ложки серебряные не утащил в качестве сувенира, — усмехнулся Свиридов и глубоко вздохнул.

— Вот как, — я посмотрел на стол и отмёл мысль садиться за него. Это чужой кабинет, и нужно об этом помнить. Кивнув Николаю на стоящие у стены пару кресел, я расположился в одном из них и, дождавшись, когда он сядет, продолжил: — А я всё гадал, зачем нас сюда провожали. Дорогу, вроде, мы оба знаем.

— Ну, чисто технически, вы здесь гость, а я уже не работаю, так что… — Свиридов снова сардонически улыбнулся.

— Да, вполне логично, — я откинулся на спинку кресла и вытащил из кармана свой потрёпанный блокнот. — Рассказывай с самого начала. Вот прямо с того момента, как вы с несравненной Анфисой Ильиничной сели на поезд.

Когда он закончил, я долго рассматривал записи, понимая, что мне очень не хватает личности того мужика, который вытащил Анфису. Но если бы всё было так просто, моя профессия не была бы востребована. К тому же я ещё точно не знаю, виновата ли Анфиса в отравлении мужа. Потому что, как ни крути, а теряет она с его смертью гораздо больше, чем получает. Я не зря просил Ирину сделать мне выписки из чрезвычайно сложного Гражданского кодекса, почему-то в этом мире совмещённого с Семейным кодексом.

— Они тебя обнаружили только в Москве? — наконец спросил я Свиридова, отрываясь от разглядывания записей.

— Думаю, что раньше. Я же вынужден был с ними в одном поезде ехать почти двое суток, — он вздохнул. — Я не одарённый, но вполне мог загримироваться: пара париков, усы, борода — это всё в специальной лавке продаётся, как забава на карнавалы, и стоит не так уж и дорого. Не полноценная иллюзия, но при грамотном использовании всё равно сразу узнать человека сложно.

— Сложно, — я кивнул. — Особенно, если тебя не учили оценивать образ в комплексе, не только лицо, но и манеру речи, моторику движений и другие, казалось бы, мелочи. Анфису вряд ли этому учили. А в поезде постоянно менять внешность не получится, соседи по вагону неправильно поймут. Где ты научился маскироваться?

— Я не учился, — серьёзно ответил Свиридов. — Много читал, в основном про частных детективов, вот и…

— А сам не хотел стать сыщиком? — спросил я, продолжая его разглядывать.

— Не знаю, — он опустил взгляд на свои руки. — Мальчишки, конечно, хотят стать детективами, и разумеется, первого ранга, никак иначе. Я ничем не отличался от других, тоже мечтал распутывать загадочные преступления. Сейчас, наверное, подам прошение на получение лицензии. Что мне ещё остаётся? Рекомендательного письма мне Гнедов не дал. Но я не мог ему сразу сообщить! — Николай вскинул голову. — Я неодарённый и не умею создавать вестников. И потом я растерялся, а когда начал следить за Голубевой, уже было неактуально что-то сообщать без хоть каких-то результатов.

— Тише-тише, не горячись, — я поднял руку, успокаивая парня. — Я тебя понимаю, правда, понимаю, но ты был всё-таки не детективом, а охранником, и правила в полувоенном подразделении не стоит нарушать, чтобы не оказаться на улице. И быть детективом первого ранга? Ты серьёзно? Это же такой геморрой, что и не вышепчешь.

— Я могу идти? Хотелось бы до темноты добраться до Дубровска, — сжав губы, спросил Свиридов, внимательно меня выслушав.

— Ну так я тебя не держу, — захлопнув блокнот, я поднялся на ноги. — Вот что, Николай, мне нужен помощник на это дело. Ирина Ростиславовна мне очень сильно помогает, но подозреваю, что её помощи мне может не хватить. Слишком много в этом деле неизвестных. Обычно я нанимаю Бергера, но он почти женился, к тому же у него сейчас есть дело, очень нудное, неинтересное, но денежное, поэтому я не хочу его отвлекать.

— Вы хотите нанять меня помощником? — недоверчиво спросил Свиридов.

— На это дело, да. Например, сейчас я начну допрашивать прислугу, одного за другим. Ты их знаешь и можешь мне что-то подсказать, — ещё раз прикинув все «за» и «против», я кивнул своим мыслям. — Ну так что, поработаешь на меня? После окончания дела уже я смогу дать тебе рекомендательное письмо, как последний работодатель.

Свиридов задумался, и я не мешал ему, подойдя к окну. То, что мне нужен постоянный помощник, я понял в тот момент, когда пытался разобраться с проклятыми контрактами на поставку материалов. Я не могу разорваться, чёрт побери! Слишком много дел копится, и меньше их не становится, но и бросить сыск я не могу, потому что на сегодняшний день — это почти что единственный источник моих доходов. Вся рента, получаемая с земель, пойдёт на восстановление шахты, и это совершенно не дешёвое удовольствие, надо сказать. Так что мне просто позарез нужен личный помощник и управляющий. И я понятия не имею, где взять ни одного, ни другого.

— Я согласен попробовать, — наконец ответил Свиридов, и я отвернулся от окна, всё равно из него открывается прекрасный вид на конюшню, а вид чистки копыт какой-то лошади почему-то быстро мне надоел. — Андрей Михайлович, я не знаю специфики работы, а вы предлагаете мне вот прямо с места и в карьер включаться в расследование. Это… Я попробую, — добавил он очень серьёзно.

— Ну вот и хорошо. Вернёмся завтра в замок и составим полноценный договор. Да, Николай, ты должен будешь принести мне временную клятву, действующую на время выполнения договора, — чуть поколебавшись, предупредил я. — Как ты понимаешь, я просто не могу впустить в Блуждающий замок человека, способного причинить хотя бы теоретический ущерб.

— Я понимаю, — ответил Свиридов. — Это нормальное требование, — добавил он, пожав плечами.