Алекс Ключевской – Частный детектив второго ранга. Книга 2 (страница 44)

— Мне никогда не нравился замок, — Наталья подошла к перилам и, облокотившись на них, так же, как и граф, посмотрела вдаль. — Он меня всегда подавлял. Громову же в нём вполне комфортно. Даже удивительно.

— А ведь именно вам мы обязаны его появлением, — усмехнулся Макеев, переведя взгляд на свою гостью. — Возникает закономерный вопрос: каким образом вы смогли так быстро сориентироваться в чужом мире, и одновременно не можете привыкнуть к моему дому?

— Я ходящая, — вздохнула Наталья. — Когда я перешла вслед за замком в мир Громова, то этот мир принял меня за свою. В голове сразу же появились все необходимые знания. К счастью, у меня были с собой кое-какие драгоценности. Я их заложила в ломбарде и смогла в эти дни ни в чём себе не отказывать. Этот мир более… раскрепощён. Там люди не связывают себя столькими условностями, как мы. Минус — там нет магии. Но пара артефактов, которые были у меня с собой, всё-таки подействовали, правда, как-то криво. Хотя это странно, — она нахмурилась. — Громов не маг, они вообще не должны были подействовать.

— Вы его специально направили к замку? — Макеев смотрел на Наталью теперь с большим интересом, чем за все годы их знакомства.

— Я решила, что если не получится выбить себе хоть какую-то компенсацию за бездарно прожитые годы с этим ничтожеством Марком, то хотя бы предоставлю замку кандидата, — Наталья продолжала задумчиво смотреть на башни. — Замок очень неудачно приземлился, там были такие места, куда мало кто забредал из местных. А мне не хотелось вместе с ним раствориться в Астрале, — добавила она ядовито. — И нет, об истощении энергетической жилы я в тот момент не думала.

— Наталья Павловна, давайте договоримся: вы наслаждаетесь моим скромным гостеприимством хотя бы до бала вашей матери и не пытаетесь сделать мою жизнь невыносимой, я же в свою очередь в долгу не останусь, — граф встал и подошёл к ней, протягивая руку. — Поверьте, этот дом не столь ужасен, как вы о нём думаете.

— Хорошо, давайте не будем портить друг другу жизнь, — серьёзно кивнула Наталья и осторожно пожала протянутую руку. — И будь что будет.

***

Я вернулся домой и рухнул на диван в холле, расхохотавшись. Савелий выскочил откуда-то со стороны кухни, запрыгнул ко мне на колени.

— У тебя истерика? — спросил он, а я машинально запустил руку в шелковистую шёрстку и принялся чесать тёплый живот развалившегося кота. — Андрюша, что случилось? Ты меня пугаешь.

— Я покупал себе перстень, и ювелир умудрился мне всучить помолвочное кольцо для гипотетической невесты, — ответил я негромко.

— А, ну это нормально, — вздохнул Савелий. — Фишер и не такое может. Мне кажется иногда, что он магию применяет, воздействие на разум или что-то в этом роде.

— С чего ты взял? — спросил я, закрывая глаза.

— Ну а как ещё объяснить тот факт, что Марк купил Наташке браслет из трёх ниток отборных бриллиантов? А ведь он поехал себе запонки выбирать, или булавку для галстука, я уже не помню, зачем он в ювелирную лавку попёрся, — кот заворочался, когда я перестал его чесать. — Так, верни руку на место и продолжай, — заявил он категоричным тоном, не терпящим возражений.

— Что мне с кольцом-то делать? — спросил я, посмеиваясь, возвращая руку на кошачий живот.

— Да в сейф сунь, — промурлыкал Савелий. — Когда-нибудь пригодится. Фишер дерьма не делает, у него все камни качественные. Ты же не собираешься замок без наследника оставить? — спросил он, приподняв лобастую голову и с подозрением посмотрев на меня.

— Я об этом не думал, — честно признался я.

— И не думай! Не смей об этом думать, Андрюша! А то гложут меня смутные подозрения, что в воздухе витают очень вредные флюиды Марка, и ты ими очень нехорошо надышался. Сначала ты о мышах думал, потом о гречке, и закончится всё так же, да? Никаких наследников при живой жене и виском об камешек, потому что кретин и на мокром берегу ночью поскользнулся? — Савелий вскочил и зашипел на меня, выгибаясь и выпуская когти.

— Успокойся, ничем я не надышался, — я спихнул кота на пол, пока он мне ноги не расцарапал. — Чтобы думать о таких вещах, нужно хотя бы с девушками начать знакомиться. Вот на бал поеду и сразу начну думать о наследнике, — я усмехнулся.

— Вы решили посетить бал Беркутовых? — в холл вошёл Аполлонов, услышав мою последнюю фразу. — Имейте в виду, бал собирается посетить вдовствующая графиня, и это будет то ещё приключение для всех присутствующих.

— Зато не скучно, — возразил я, глядя на мага.

— Да уж, скучать вам точно не придётся, — Всеволод Николаевич ухмыльнулся. — Вдовствующая графиня Беркутова очень… интересная дама.

— Бал — это хорошо, — начал рассуждать Савелий. — На этом балу много девиц обычно бывает. А то ты, правда, по сути, только с Иркой Князевой знаком. Ирочка хорошая, подарок мне принесла, но ей уже за двадцать! Интересно, когда уже её отец перестанет страдать непонятно чем и просто не выдаст её замуж? Неужели ему собственную дочь не жалко? Ещё год-два, и кто на неё вообще посмотрит?

— Вы закончили с защитой? — спросил я, стараясь не обращать внимание на бубнёж кота. Выглянув в окно, попытался определить, что же изменилось в защитном контуре.

— Нет, разумеется, — поджал губы Аполлонов. — Я ещё только начал. Убрал весьма странные настройки, вроде тех безумных допусков в поместье, и определил ключевые точки, чтобы именно на них постепенно нарастить небольшие улучшения. Ничего сверхъестественного: небольшой ответ в виде цепных молний при активации защиты, парочка ловушек…

— Не нужно слишком увлекаться, Всеволод Николаевич, — быстро проговорил я, прерывая его.

— Разумеется. Я же уже сказал, что внесу всего лишь несколько штрихов. Дерешев первые изменения уже одобрил, — тут же ответил Аполлонов и резко сменил тему разговора. — Ну что, Андрей Михайлович, вы готовы пройти полную диагностику?

— Нет, — я покачал головой. — Но я прекрасно осознаю необходимость этого шага.

— Тогда давайте я ещё немного покопаюсь в библиотеке, и на днях мы начнём выяснять, что за странности с вами творятся, — немного подумав, произнёс Аполлонов и направился в библиотеку.

— Ну вот и отлично, — пробормотал я, направляясь к лестнице. — Хорошо, что не сейчас меня будут препарировать. Так что у меня есть время отдохнуть и немного морально подготовиться.

***

В комнату, погружённую в полумрак, вошла молоденькая горничная.

— Семён Алексеевич, вы здесь? — спросила она, оглядываясь и пытаясь что-то разглядеть в темноте. — Семён Алексеевич, Ростислав Семёнович просил вас найти. Вы не вышли к завтраку, и господин барон изволит выражать недовольство.

Ответом ей была тишина. Девушка поёжилась и прошла в комнату, пытаясь определить, Голубев здесь или всё-таки нет. Свет почему-то не зажёгся, и горничная подошла к окну, чтобы одёрнуть шторы и впустить в комнату немного света.

Барон Князев выделил своему управляющему целый флигель, состоящий из трёх комнат, большого санузла и даже маленькой собственной кухоньки, где Голубев мог приготовить себе кофе. После того как Семён отослал Анфису куда-то в Сибирь, во флигеле почти всегда было тихо. Это было настолько непривычно, что девушки, прибиравшиеся здесь, невольно чувствовали себя неуютно.

Солнце сразу же осветило маленькую гостиную, и горничная повернулась, сразу же увидев управляющего. Он сидел за столом, уронив голову на руки. Создавалось ощущение, что Голубев спит.

— Семён Алексеевич, вот вы где, — девушка приблизилась к нему и обошла стол, чтобы увидеть его лицо. Широко открытые глаза уже подёрнулись смертной пеленой, а в уголках рта явно засохла пена. — А-а-а! — завизжала горничная и, выбежав из комнаты, побежала к барону, чтобы сообщить ему, что Голубев мёртв. При этом она не переставала визжать, а в её глазах плескался ужас, потому что даже её опыта хватило, чтобы понять: управляющий барона Князева умер не естественной смертью.