Алекс Кинсен – Нейтрализация (страница 33)

— Аннарин. Думаешь, ты её испугаешь?

— Сейчас ещё не время.

— Трусишка. Просто боишься, что она тебя отошьёт, как Крэя. И скорее всего, когда узнает, что ты — номарх, так и будет. Поэтому можешь начать окучивать её уже сейчас, пока все твои ожоги ещё на тебе. Для маскировки. Уж их она точно не испугается, поверь.

Я видел сомнение в ярко фиолетовых глазах номарха, которые он обычно прятал под линзами, имитируя принадлежность к ремам.

Глава 15

День благотворительного приёма должен был быть завтра. Я делал вид, что не замечаю, как Девчонка таскает к себе платье и какие-то ещё штуки, которые должны были ей помочь в её шпионской деятельности. Наивная. Думает, я пропущу её в главное гнездо мирового зла.

— Менхит просил привести Аннарин, — сказала мне Дженри, когда я навестил её с утра. — Как мою преемницу в Школе.

— Тем более нет. Они же знают, что мы с ней всё время вместе с момента выхода из Нейтрализатора. Значит, она им зачем-то понадобилась и лучше усилить охрану. Ещё раз нет.

— Ты прав, завтра с утра скажу ему, что она отравилась. Кстати для верности, вылей ей это в схиву. Тогда она сама будет уже не так рваться на приём. Не сможет выйти из уборной. Она ведь хотела сбежать со мной в тайне от тебя.

— Да, я знаю, — мы оба посмеялись, и пузырек с веселящим средством упал на пол, но не разбился. В последние дни Дженри роняла всё по нескольку раз в день.

Я присел, чтобы поднять склянку, когда она покачнулась и упала на меня сверху.

— Джен? Дженри? — пожилая леди не реагировала. Я подключил свой комм к её руке.

— Анализ.

— Состояние критичное. Ожидается полная остановка сердца в течение двух следующих часов.

— Черт, нужен регенератор.

— В этой ситуации стандартные регенераторы не смогут воздействовать на истощённые клеточные мембраны, — автоматический голос комма был холоден и бесстрастен. — Я могу ещё чем-то вам помочь?

Прямо сейчас пожилая, мудрая, и очень лёгкая леди умирала в моих руках. Словно таяла. Она знала моего отца. Она заботилась о детях с этой улицы и из ближайших кварталов. Может быть, она была не самой далёкой и сообразительной, подослав ко мне своих уличных гопников, девушка одного из которых теперь, благодаря другой недалёкой, осталась без парня. Но, чёрт возьми, для себя я уже разобрался, как относиться к этому эпизоду. А её чертов родитель даже не нашёл время, чтобы слетать к соседнюю империю за средством от её недуга. Она могла протянуть ещё лет пятьсот.

— Сука, — выругался я в адрес её папаши, хватая Джен на руки. Я погрузил впереди себя на байк и помчался к заброшенному космодрому Хиритори.

В обычном месте меня уже встречал мой знакомый «Дрон».

— Вы сегодня с гостями? — он был неизменно вежлив.

— Слушай, я не знаю, зачем привёз её сюда, но, может, сможешь что-то сделать? Хоть что-то?

У дрона не было лица, и скорее всего, если бы было, сейчас на нём было написано что-то вроде: стоит только пустить чернь в свой храм, как они сразу начинают требовать для себя вечной жизни. Или что-то вроде того, но мне было наплевать. Я не напрашивался к ним в гости, они сами пригласили меня.

— Уверен, что-то получится. Прошу за мной. Подождите, я вызову гравиплатформу.

— Не трать время, она весит немного, у неё не больше часа. Бегом.

Дрон действительно заставлял меня бежать за ним равномерным шагом минут пятнадцать. Зато спуск на гравиплатформе вниз сквозь Туман казался вечностью.

— Пожалуйста, сюда, — голос Дрона был сосредоточен, отрывист и лишён своей привычной размеренности.

Регенератор не был похож на обычные. Маленькая старушка буквально затерялась в огромном саркофаге, рассчитанном на трёхметрового нирилига. Крышка не была прозрачной, как в современных. Она медленно закрылась с глухим грохотом, словно погребая ещё живую Джен под собой.

— Я ощущаю вашу тревогу. Не волнуйтесь, сегодня она не умрёт. Но возможны побочные эффекты.

— Какие? — я встревожился ещё больше.

— Они не всегда предсказуемы. Прямо сейчас я могу спрогнозировать около тридцати вариантов, но мне бы не хотелось озвучивать их все. Благодаря посещению номарха, я начал изучать и перенастраивать этот регенератор для современных жителей планеты, но процесс далек от завершения. Пожалуйста, сядьте.

Маленькая гравиплатформа поднесла мне каменный стакан с полупрозрачной жидкостью. Я вопросительно смотрел на шарик.

— Выпейте. У вас поднялось давление от осознания возможной потери близкого.

— Не то, чтобы близкого.

Я задумался. Возможно, дело было в том, что без Джен наш завтрашний план ждёт полный провал. Прислушался ещё раз. Нет. Дело было не в этом. Сейчас мне было плевать на завтрашний план. Я просто не хотел, чтобы не самый злой и плохой человек умер в мою смену. Я мог что-то сделать, и я сделал. Может быть, Тен был прав. Это гордыня.

— До завершения программы около двух часов. Пожалуйста, выпейте для восстановления гомеостаза.

Ладно. Прямо как пенсионер, пью успокоительное.

Видимо, Дрон очень не хотел все два часа развлекать меня остроумными беседами, потому что я тоже выключился, прямо на стуле. А проснулся, когда крышка каменного саркофага уже открывалась. Я медленно встал и подошёл. Внутри была не Дженри. Молодая женщина, на вид которой было не больше тридцати лет, чуть выше ростом и немного прибавившая в весе, лежала внутри. Я ткнул её пальцем, она вздрогнула. Жива.

— Джен?

Она действительно была похожа на мадам Тиргаоки, как если бы была её прапраправнучкой. Она выглядела существенно старше Девчонки, но точно младше меня. Как-то так.

— Джен?

— Простите. Вот и побочный эффект. Кажется, самый неплохой из всех возможных. Отлично. Синдром Кинли нейстрализован. Пришлось перезаписать её клеточную информацию.

Глаза женщины начали двигаться под закрытыми веками, а я потёр лицо руками.

— Вы не довольны? Среди других сценариев побочных эффектов были потеря…

— Дело не в этом, — я перебил его. Теперь было не до медицины. — Просто теперь её нельзя выпускать на завтрашний приём. Иначе будет понятно, что в её исцеление вмешались силы, которых на Дахрариге не должно быть. Понимаешь?

— Понимаю, — выдал Дрон после паузы. — Пытливые умы могут понять, что здесь замешаны технологии Древних.

— Именно. Я очень благодарен тебе. Прости, как я могу тебя называть?

— Я не идентифицирую себя ни с каким именем, но мой исходный код — нейрокопия мозга великого учёного Нагрихарата Ниримтера. Если вам нужно как-то ко мне обращаться, можете называть меня Харат, Так вам будет удобнее.

— Да, — я всё ещё был растерян. Дженри уже начинала шевелиться и открывать глаза. — Я очень тебе благодарен, Харат. Уверен, Дженри, как женщина, тоже обрадуется.

Я снова тёр лицо и затылок. Кого же теперь запускать на приём?

— Простите, у меня есть встречная просьба, — Харат отвлёк меня от тревожных мыслей. — Я просканировал сознание мадам Тиргаоки. Вы, безусловно, можете ей доверять, она целиком на вашей стороне. Но мы пока не считаем целесообразным открывать секреты этого Зала кому бы то ни было ещё.

— Понятно, — я уже брал её на руки. — Тогда я потороплюсь убраться отсюда, пока она не проснулась окончательно.

— Благодарю за ваше понимание. По этой же причине, — Дрон остановил меня, — мы очень не рекомендуем передавать наши технологии в руки генерального искусственного разума.

— Ты имеешь ввиду, Нейромать?

— Верно.

— Ясно. Она с нами сотрудничает.

— Мы просим всего лишь не передавать ей в руки наши чипы. Мы настаиваем.

Я коротко кивнул.

Дженри окончательно проснулась в своей постели на втором этаже «Школы боевых искусств». Всё это время я сидел с ней, предупредив Семнадцатого, своего основного помощника, что сегодня не приду.

Женщина потянулась и села.

— Удивительно, я потеряла сознание, да? — она прочистила горло. — Что-то с голосом?

Конечно, он был на несколько тонов мелодичнее.

— А кажется, будто выспалась. Триста лет так не спала, — Дженри улыбалась и была вполне красива. — Ладно, сынок, извини, если напугала. Уже всё хорошо. Я итак тебя задержала. Завтра всё в силе. Иди.

Она бодро встала, откинула одеяло и уставилась на свои ступни.

— Что это?

— Джен, взгляни в зеркало, только аккуратно. Я побуду здесь, пока ты не придешь в себя.