Алекс Кимен – Невозможное (страница 6)
Лицо Тофона налилось кровью, его ноздри широко ходили, с шумом втягивая воздух.
— Марш в гинекей!!
Девушка развернулась и пошла к себе в спальню, а отец все не мог успокоиться, продолжая кричать ей в спину:
— Я запрещаю тебе выходить! Слышишь? Запрещаю!!
…
Сборы заняли совсем немного времени. Пандора торопливо сняла белоснежный свадебный пеплос и равнодушно бросила его на пол. Закутавшись в свой любимый желтый пеплос, она накинула теплый диплакс и взяла сверток с рукописью Алексиуса. Каждый вздох давался ей с огромным трудом. Каждым шагом, каждым движением руки она словно разрывала тысячи нитей, связывающих ее с родным домом, вдруг ставшим чужим и невыносимым.
Пандора расправила плечи и решительно вышла во двор. Отец стоял с Ифигенией и давал ей какие-то указания, служанки убирали украшения со стен. При виде Пандоры Тофон вздрогнул, его лицо исказила гримаса отчаяния и боли.
Девушка отвернулась и пошла к выходу.
— Пандора! — отец подскочил к ней и схватил за руку. Его лицо было красным. — Ты куда собралась?! Я приказал тебе сидеть в комнате!
Пандора скользнула сквозь него невидящим взглядом.
— Я должна спасти его… — прошептала она.
— Спасти? Всемогущие боги! Да что с тобой!? Ты обезумела! Неужели ты забыла свой настоящий долг? Свою семью? Свой город? Все эти годы ты верила в свое предназначение! А теперь? Ты разрушаешь свою жизнь, отрекаешься от своего настоящего долга! Предаешь веру в богов и пророчество!
Каждый упрек пронзал ее, словно раскаленная игла. Пандора вздрагивала от каждого слова, как от пощечины. Но поступить иначе было выше ее сил.
Она зажмурилась, высвободила руку и пошла к двери.
— Стой!! — отец уже не кричал, а хрипел ей вслед. — Если ты не остановишься, если переступишь порог этого дома, ты мне больше не дочь! Я отрекусь от тебя! У тебя больше не будет родины и семьи! Никто не поможет тебе и не подаст руку!
У калитки Пандора на мгновение остановилась и оглянулась. Отец поймал ее взгляд.
— Я люблю тебя, отец, — тихо сказала она и закрыла дверь.
Глава 5
1
Пандора брела по улице, словно во сне. Ноги сами несли ее вперед. Перед глазами стояло перекошенное страхом и гневом лицо отца. Что делать? Куда идти? Что она натворила!
Она не могла сказать, сколько прошло времени. Солнце уже клонилось к западу, когда Пандора обнаружила себя у подножья акрополя, возле святилища Афродиты. Она растерянно огляделась и невольно поразилась тому, куда пришла незаметно для себя. То самое место, откуда все началось. Именно здесь ее мать услышала пророчество Лисимахи, и здесь же во время священного таинства аррефорий Пандора совершила роковую ошибку.
Она приблизилась к алтарю, положила на землю сверток и закрыла глаза, в который раз взмолившись о прощении. Она усердно шептала благодарность божеству, но что-то не давало ей целиком погрузиться в молитву — что-то важное, о чем она совершенно забыла.
Услышав шорох, Пандора с тревогой открыла глаза — из расщелины выползла большая черепаха и неторопливо пересекла каменистую пустошь. Пандора замерла. Возле лежащего на земле свертка черепаха остановилась, настороженно принюхиваясь к незнакомому предмету. И в этот миг Пандору окатило волной обжигающего воспоминания. Как это могло вылететь у нее из головы! Девушка охнула и бросилась к свертку… Хвала богам! Спасибо, Афродита, ты не забыла про несчастную послушницу и подала знак! Черепаха испуганно спрятала голову в панцирь.
Дрожащими руками Пандора развернула сверток и вытащила потрепанные страницы. Где же… Она лихорадочно перебирала листы. Не это… Кажется, здесь… Вот! У девушки защемило сердце от страха и волнения, пока она разглядывала мятый пожелтевший лист. Все правильно… Вот акрополь, а вот обозначено какое-то место. Где-то близко, возможно, совсем рядом. Алексиус всегда был очень предусмотрителен. Как он любил повторять, не стоит хранить все яйца в одной корзине.
Она прищурилась и вгляделась в каракули Алексиуса. Ничего не понятно. Как жаль, что она так и не выучила его язык! Но вот этот знак, перечеркнутый круг… Хм… Девушка подняла взгляд: вокруг тишина и спокойствие. Хорошее тихое место вдали от людских глаз. Она напряженно оглядела скалу. Вырыть яму в каменистом грунте очень тяжело. Что бы сделала она, если бы хотела спрятать здесь что-то? Выбрала бы какую-нибудь расщелину и заложила ее камнями. Главное, потом не забыть где. Должна быть какая-то подсказка…
Не то… И это не то… Вряд ли… Вот оно! С самого края, возле узкой расщелины, заваленной камнями и увитой плющом! У Пандоры все сжалось в груди. Она настороженно огляделась и подошла к скале. Пальцы вцепились в горячие острые камни…
2
Солнце опустилось совсем низко, когда Пандора сумела наконец расчистить узкую щель. Прикусила губу и с опаской засунула руку в черную холодную пустоту. Саднили расцарапанные в кровь ладони. Пальцы нащупали что-то мягкое. Она вцепилась в промасленную ткань и с натугой вытянула плотный продолговатый мешок. Тяжелый… Содержимое мешка глухо звякнуло, опустившись на каменистую землю.
Пандора подцепила ногтями узел, развязала суму, осторожно заглянула внутрь и с облегчением выдохнула. Ее вдруг окатило волной пьянящего ликования. Все это казалось невозможным. Она смогла понять и воспользоваться своей догадкой, а Алексиус каким-то образом опять сумел помочь и ей, и себе. И эта непостижимая связь, это понимание другого пьянило и давало надежду. Они так хорошо научились понимать друг друга… Значит, у того, что она задумала, есть шанс!
Девушка завернула мешок с деньгами в диплакс и встала, с трудом удерживая тяжелую ношу. Что же теперь? Взгляд скользнул по нависающей над ней скале и уперся в мраморную кладку, венчающую акрополь. Сорока с треском порхнула с миртового дерева и стремительно полетела куда-то вверх, к манящему саду возле Аррефориона. Ну что ж… Подобный знак богов понять очень легко. Перехватив мешок второй рукой, девушка стала неуклюже подниматься по тропинке, ведущей к пропилеям.
3
Казалось, здесь так ничего и не изменилось за прошедшее время. Головокружительный вид, тишина, покой и близость к богам. Скрипнула калитка, пропуская Пандору во двор, и, как в детстве, сладкий цветочный запах окутал ее, обещая встречу с тайной.
В тени храма мелькнула белизна жреческого одеяния. Пандора затаила дыхание. Навстречу ей шагнула высокая стройная фигура.
— Хайре! Да благословит тебя светлоокая богиня!
— Хвала богам! — растерянно прошептала Пандора, со страхом и удивлением разглядывая молодую жрицу.
Та была чуть старше Пандоры, высокая, стройная с длинными иссиня-черными волосами и большими зелеными глазами.
— Что привело тебя в храм? — спросила незнакомка.
— Я пришла к Лисимахе, — с замиранием сердца прошептала Пандора.
— Я Лисимаха. Что ты хотела?
— Ты?.. Но ведь… — Пандора опешила.
Девушка грустно улыбнулась.
— Понимаю… Ты, наверное, пришла к тете… Она умерла полгода назад.
Пандора разочарованно выдохнула. Неужели боги посмеялись над ней, подарив ложную надежду? Девушка зажмурилась, с трудом сдерживая наворачивающиеся слезы. Как жаль, что она не смогла проститься со старой жрицей…
Молодая Лисимаха внимательно следила за ней:
— Как тебя зовут?
— Пандора, дочь Тофона из рода Филиадов… Была дочерью Тофона.
— Была?.. — недоверчиво уточнила жрица. — Но ведь это же ты победительница конных состязаний у Потидеи?
— Да…
— Я помню, тетя рассказывала о тебе и пророчестве. Она верила в тебя, и похоже, что она не ошиблась. Знаю, ты выходишь замуж за Алкивиада, героя взятия Олинфа и Потидеи. Прими мои поздравления. Это один из самых достойных афинских юношей.
Пандора стиснула губы и отвела взгляд.
— Свадьбы не будет… — прошептала она.
Лисимаха недоверчиво подняла брови:
— Что случилось?
— Я должна спасти одного человека.
— Это важнее твоего замужества?
— Да…
Жрица долго молчала, выжидающе глядя на девушку. Но Пандора никак не могла найти слов.
— Расскажи мне о нем.
— Его зовут Алексиус. Он был слугой в доме моего отца…
Лисимаха не сводила с Пандоры пристального взгляда.
— Он необычный человек… Алексиус часто рассказывал об очень странных вещах. Мне кажется, с ним порой разговаривали боги…
— Что с ним стало?
— Он не смог смириться с участью раба и ушел из нашего дома…