Алекс Каплан – Китай в XX веке. От рисовых полей до атомной бомбы (страница 9)
Политический балаган этот завершился совершенно неожиданно. Одним из насущных вопросов, расколовших в те дни центральную власть в Пекине, был вопрос о вступлении Китая в Первую мировую войну. К лету 1917 года на стороне стран Антанты в войну вступили США, и общее положение дел на фронте не оставляло сомнений в том, кто выйдет победителем из ужасающей схватки. Премьер-министр Дуань Цижуй настаивал на вступлении Китая в войну на стороне Антанты, чтобы не упустить впоследствии возможность получить политические дивиденды. Надо учитывать тот факт, что роль иностранных государств в жизни Китая после их бесцеремонного вторжения в страну в начале XIX века была огромной и постоянно росла. Первая мировая война внесла свои коррективы, и иностранная экспансия приостановилась, исключая разве что бесцеремонные нападки Японии. Однако в Китае понимали, что такое положение дел продлится недолго – ровно до завершения Великой войны, и победившие империалисты с удвоенной жадностью бросятся делить еще недоеденный китайский колониальный пирог. По этому вопросу политики в Пекине разделились на два лагеря: одни были готовы продать родину иностранцам в обмен на их помощь и поддержку, другие считали иностранных империалистов главными врагами Китая («заморскими дьяволами», как выражались крестьяне) и хотели начать с ними бескомпромиссную борьбу. Одни готовы были жить в колонии, став взамен ее туземными правителями, как это происходило в Индии, где местные махараджи вели фантастически роскошный образ жизни, оставаясь при этом верными слугами британской короны, – другие жаждали независимости. За независимость Китая ратовали не только истинные патриоты, но и оппортунисты, коих в стране насчитывалось немало, не желавшие вступать в противоречие с китайским обществом, проявлявшим крайнюю нетерпимость к проискам иностранцев. Последнее крупное народное восстание в Китае – Боксерское восстание 1901 года – было направлено исключительно против иностранного влияния в стране, даже императорскому дому пришлось временно оказывать поддержку мятежникам, дабы не захлебнуться в волне народного гнева.
В то время как премьер-министр Дуань Цижуй ратовал за войну, его противники – президент Ли Юаньхун и вице-президент Фэн Гочжан – выступали против, в результате чего возник конфликт, один из многих между ними. Но именно этот эпизод политического противостояния вылился в серьезное столкновение, окончательно лишившее центральное правительство в Пекине уважения и поддержки народных масс и заставившее Китай балансировать над пропастью. Президент Ли Юаньхун воспользовался своим конституционным правом, заручившись при этом полной поддержкой парламента, – и отправил премьер-министра Дуань Цюжуя в отставку. Произошло это 23 мая 1917 года. Дуань Цюжуй без промедления бежал из Пекина в соседний Тяньцзинь, где начал готовить мятеж, собирая войска. Исходившая от изгнанного премьер-министра угроза была крайне серьезной, ведь на то время он являлся самым уважаемым в армии генералом – и собрать серьезные силы для похода на Пекин ему не составляло большого труда. В поисках выхода из сложившейся ситуации не имевший серьезной военной поддержки президент Ли Юаньхун совершил трагическую ошибку, чуть не стоившую ему жизни. Он обратился за помощью к командующему дислоцированной неподалеку от Пекина Аньхойской армией – генералу Чжан Сюню. В обмен на штыки перепуганный президент пообещал генералу распустить парламент. На тот момент времени Чжан Сюнь являлся, пожалуй, самым реакционно настроенным из всех высокопоставленных военных мракобесов китайской армии. Он оставался ярым монархистом до самого последнего дня своей жизни. Посему в 1917 году, когда выпал его звездный час на сцене китайской истории, человек этот свято верил в императорское правление – как самое для страны правильное. И это при условии, что даже среди военных оставались считаные люди, все еще лелеявшие мечту о восстановлении империи. Он так и не остриг косичку, обязательную для ношения во времена императорского правления, как бы бросая политический вызов всему, уже полностью остриженному, китайскому народу. В императорские времена ношение косички вменялось в обязанность всему населению – голову без косички немедля отрубали. Именно с этим ярым монархистом президент Ли Юаньхун связал свое политическое будущее в надежде откупиться лишь обещанием распустить парламент. Однако неожиданные действия генерала Чжан Сюня превзошли всяческие разумные предположения, которые мог бы выстроить опытный политик в то время, что указывает на глубину политического безумия, царившего в среде правящего класса Китая. Тринадцатого июня 1917 года президент Ли Юаньхун распустил парламент страны – как того и требовал генерал Чжан Сюнь. На следующий день войска генерала неожиданно захватили Пекин, а президент Ли Юаньхун был помещен под арест. Однако страну поверг в шок не собственно захват власти Чжан Сюнем, а его последующие действия: генерал без промедления объявил о возрождении в Китае империи и восстановлении на престоле последнего императора Китая – одиннадцатилетнего Пу И, проживавшего дотоле без особых забот в Запретном городе. Совершив монархический переворот, Чжан Сюнь отпустил арестованного и, казалось, смирившегося с судьбой президента в японскую миссию в Пекине. Не теряя времени, Ли Юаньхун обратился за помощью к своему вчерашнему противнику – бывшему премьер-министру Дуань Цюжую, ради борьбы с которым и затеял неудавшийся союз
Чжан Сюнь – китайский генерал, в 1917 году предпринявший попытку восстановить в Китае монархию во главе с малолетним низложенным императором Пу И
Император Пу И – больше напуганный возрождением монархии, чем обрадованный – просидел на троне 12 дней. Весь Китай, а больше всего военные, был глубоко возмущен столь грубой попыткой вернуть страну в феодальное прошлое. За те пять с половиной лет, что минули с момента победы революции, народ Китая, несмотря на постигшие его беды, свыкся с коренными преобразованиями в государстве и не желал оглядываться назад: в сознании миллионов людей не осталось места церемониальным косичкам, застою и полному отсутствию перспектив. Жизнь в стране наполнилась анархией и хаосом, а военные, упрятанные не так давно в убогие казармы, встали у руля государства, зачастую грабя и убивая ни в чем не повинных мирных жителей, – и все же китайские граждане были полны надежд на скорейшее разрешение кризиса и восстановление порядка во властных структурах. Против закоренелого монархиста – генерала Чжан Сюня – объединились практически все командиры Бэйянской армии, революционеры с юга и большая часть пекинского населения.
Пу И – последний император Китая из маньчжурской династии Цин
Бэйянские войска под командованием Дуань Цюжуя вошли в Пекин 12 июля 1917 года и покончили с императорским правлением в Китае – уже навсегда. Потрясенный результатами собственных политических интриг, президент Ли Юаньхун подал в отставку и никогда больше не занимался политикой. Дуань Цюжуй вернулся на должность премьер-министра, а вице-президент Фэн Гочжан 1 августа 1917 года занял вакантный пост президента страны. Практически без промедления – 14 августа 1917 года – Китай вступил в войну на стороне Антанты, и на сей раз данный шаг правительства не вызвал возражений народных масс. Когда выяснилось, что Германия поддержала монархический переворот генерала Чжан Сюня, настроения в обществе изменились. Премьер-министр Дуань Цюжуй смог с легкостью реализовать собственные планы, тем более что его главный оппонент – бывший президент Ли Юаньхун – самоустранился. Однако участие Китая в Первой мировой войне даже минимальным назвать сложно. В Западную Европу, на Ближний Восток и в Африку было отправлено приблизительно 135 тысяч китайских крестьян – копать окопы войскам Антанты, грузить снаряжение и выполнять иные тяжелые работы, не требовавшие серьезной подготовки. Китайские войска, высланные в помощь Антанте, назывались трудовыми батальонами и в боевых действиях участия не принимали. И все же более 20 тысяч отправленных «воевать» китайцев не вернулись домой. Они умерли в Европе от непривычного климата и еды, полного отсутствия медицинской помощи со стороны принимающих союзников, которых интересовало только одно – выжать из бедняг все соки. Но основной причиной массовой гибели китайских солдат стала «испанка», забравшая в 1918 году на территории Европы в два раза больше человеческих жизней, чем собственно Первая мировая война, в окопах которой и свирепствовала болезнь.
Пока летом 1917 года военные боролись за власть в Пекине, на юге страны началась третья революция, во главе которой вновь стояла партия Гоминьдан под руководством доктора Сунь Ятсена. Первая революция 1911 года была направлена на свержение императорского режима династии Цин, вторая, в 1913 году, боролась с диктатурой генерала Юань Шикая, а в июле
1917 года вспыхнула революция доктора Сунь Ятсена. Лидер Гоминьдана решил воспользоваться моментом политической смуты, полагая, что безвластие в Пекине будет долгим и это даст его партии возможность вернуться в строй. Однако царившая в стране и в умах граждан неразбериха не дала революции шанса даже на успешное развитие, не говоря уже о победе. Итогом действий Гоминьдана стало новое противостояние между Севером и Югом. Сунь Ятсен в июле 1917 года прибыл из Шанхая в Гуанчжоу, где объявил о создании Движения в защиту Конституции. Он разослал членам китайского парламента приглашения прибыть в Гуанчжоу на конференцию, которая начала свою работу двадцать пятого августа – в списках зарегистрированных участников значилось 100 депутатов китайского парламента. Делегаты постановили создать Военное правительство в Гуанчжоу с целью защиты Конституции в стране и первого сентября 1917 года провозгласили Сунь Ятсена генералиссимусом и избрали правительство, после чего революционный процесс в Гуанчжоу начал набирать обороты. Революционеры без промедления взялись за создание армии, и задел был довольно успешным. Одним из первых на призыв Сунь Ятсена к революции против бэйянских милитаристов откликнулся министр военно-морских сил, 22 июля 1917 года приведший в Гуанчжоу эскадру из девяти кораблей. Затем под знамя Сунь Ятсена начали стекаться многочисленные местные командиры, у которых было мало людей и оружия. Однако милитаристы в Пекине преодолели свой внутриполитический кризис и в январе 1918 года отправили сильную военную экспедицию против Сунь Ятсена, в лагере которого к тому моменту началась междоусобица. Стоит отметить, что в умах политических и военных деятелей в Китае началось брожение идей и понятий, потому красной нитью китайской политики стал оппортунизм, проистекавший из желания выжить на политической арене любой ценой. Жертвой сложившегося положения дел и пал главный революционер Китая – доктор Сунь Ятсен. Вскоре после довольно успешного начала третьей революции окружение Сунь Ятсена в Гуанчжоу окончательно перестало с ним считаться и погрязло в дрязгах и переделах, ничем не отличавшихся от имевших место в Пекине. Доктор вернулся в Шанхай, где начал подготовку следующего революционного наступления на Китай, которое случилось лишь в начале двадцатых годов – в союзе с коммунистами и при поддержке СССР.